– Ничего я им не давал, – завизжал из зала парень с петушиной причёской ирокеза на голове.
– Встаньте, – проговорил нехотя судья. – Если вы что-то хотите сказать, то представьтесь сначала.
– Артур Филиппович Маковецкий. Да, я сын депутата государственной думы и не позволю оговаривать меня. Требую привлечь к ответственности майора полиции за лжесвидетельство.
– Постыдитесь, Артур Филиппович, – начал говорить майор, но опять был прерван судьёй.
– У вас, наконец, всё, свидетель? Присаживайтесь.
– Одну минутку, – сказал адвокат Володи, вставая, – мне удалось достать видеозапись, подтверждающую слова свидетеля Бессонова.
– Какую ещё видеозапись – совсем уж раздражаясь, спросил судья.
– Дело в том, что подсудимые встретились с заказчиком преступления Маковецким возле здания станции метро «Автозаводская». У меня имеется и распечатка разговора с мобильного телефона Маковецкого с одним из подсудимых, когда он приглашает своих друзей срочно встретиться и, как он сказал, получить хорошие бабки. Но лучше будет сначала просмотреть видеозапись их встречи, которая была произведена камерами видеонаблюдения у станции метро именно в день совершения преступления и за полчаса до него. Соответствующий документ технической экспертизы тоже имеется.
Плёнку поставили на видеомагнитофон. На экране было ясно видно, как подсудимые подходят к Маковецкому, обнимаются, о чём-то говорят. Затем Маковецкий достаёт из внутреннего кармана деньги и вручает каждому по несколько купюр. После этого вся группа отходит в сторону. Некоторое время спустя, в обзоре камеры появляется Володя. Он идёт по тротуару к переходу через дорогу и за ним устремляется тройка подсудимых. Несколько позднее в ту же сторону отправился и сам Маковецкий.
– Здесь, по-моему, всё ясно, – начал комментировать адвокат Володи, – На лицо преступный сговор, ключевую роль в котором играет Артур Маковецкий, которого следует привлечь к ответственности.
Парень с синим гребешком волос вскочил и бросился из зала. Однако на самом выходе его остановили двое дюжих полицейских.
Судья усталым голосом сказал:
– Артур Филиппович Маковецкий, вы арестованы в качестве обвиняемого в соучастии в покушении на убийство. Объявляется перерыв в заседании.
Эпилог
Следующее заседание суда переносилось несколько раз по непонятным простому человеку причинам. В конце концов, оно состоялось. Обвиняемые получили разные сроки заключения условно. Учли молодость подсудимых и то, что это их первое попадание на столь неприятную для всех скамью.
На заседании, конечно, присутствовали не только школьники, но и преподаватели школы, в которой учились первые энпэшники. Первыми их называли долго, так как в их компанию включались всё новые и новые ребята и не только из этой, ставшей знаменитой школы, но и из других соседних школ. В то же время группы энпэшников стали появляться и в других районах города. Они появлялись повсюду в людных местах, укоризненно глядя на нарушителей элементарных норм общественного поведения, фотографируя особо строптивых, не желающих слушать просьбы молодых патрульных вести себя прилично. Иной человек, ища поблизости урну, чтобы бросить окурок, озирался по сторонам и говорил грубовато в сердцах:
– Теперь уже и плюнуть некуда, обязательно доставай платок, чтоб тебя не засекла в бескультурье неизвестно откуда появляющаяся шпана с повязками на руках. Того и гляди сфотографируют, повесят фото на доску, ославят на весь город, век не отмоешься от позора.
А другим это нравилось. Часто можно было услышать от стариков и старушек:
– Как же стало хорошо жить в Москве. Всюду, не успеешь войти в вагон, трамвай или автобус, а тут уж к тебе кидаются «Садитесь, пожалуйста». В метро раньше говорили громко: «Уступайте место пожилым, инвалидам, беременным женщинам», но сколько же молодых людей утыкались носами в газеты или закрывали глаза, ничего не видя. Теперь к предыдущим объявлениям стали вдруг добавлять: «Молодые люди, просьба к вам не делайте вид, что вы трое суток не спали или книжка и газета настолько интересны, что вам некогда уступать место рядом стоящему старому человеку или просто женщине. Посмотрите вокруг, доставьте себе и другим удовольствие своей культурой».
На улицах начали замечать и ценить чистоту. Становилось непринятым оставлять в любом месте пустые банки и бутылки из-под пива и других напитков. Все почему-то искали ближайшую урну, чтобы бросить в неё ненужную тару.
Всё реже слышался в обществе грубый язык неотёсанных бомжей. Даже в молодёжных газетах, так любивших заигрывать с молодым читателем, печатая материалы с грубым вульгарным сленгом, стали подумывать о том, что пора внедрять культуру красоты и гармонии, которая, несомненно, заключена и в слове.
По завершении года в газете «Советская Россия» подводились итоги. Лучшим материалом года была признана статья Кати о новых тимуровцах. Она даже получила первую премию. Катю пригласили работать обозревателем.
Всё это было работой энпэшников. Им это очень нравилось.
Однажды на общешкольном собрании выступил Володя Левый. Он сказал огромное спасибо всем своим друзьям за поддержку и заключил свою пламенную речь такими простыми словами:
– Понимаете, пацаны-пацанки, я счастлив, что мы с вами не коптим землю, а по-настоящему живём на ней.
Зал взорвался аплодисментами.
Понятно, что Вика и Володя поженятся, как и Федя с Таней, но после школы. В школьные годы создавать семью они считают безнравственным, а ведь они, нравственный патруль, они энпэшники. Им особенно нельзя быть безнравственными.
