Читаем без скачивания Пацаны и пацанки - Евгений Бузни

– Вы хорошо их разглядели? Узнать могли бы? – спросил адвокат. – Посмотрите, нет ли здесь в зале кого-нибудь похожего на них.

Свидетель посмотрел по сторонам и, вытянув руку, указал на подсудимых:

– А вот они. Тот, что с усами – бежал сначала с ножом и прятал его в сапог.

– Это неправда. Это подстава, – закричали подсудимые.

– Прошу тишины, – оборвал их судья.

Тогда попросил слова прокурор, который стал спрашивать:

– Свидетель, вы видели там в парке, чтобы кто-то кого-то убивал или просто дрался?

– Нет, не видел.

– На каком примерно расстоянии от вас были бегущие, когда вы свернули, как вы выразились, в кусты?

– Думаю метров тридцать, сорок. Точно не знаю.

– Может быть, пятьдесят?

– Может и пятьдесят, не буду спорить.

– И у вас такое острое зрение, что вы увидели нож в руке бегущего?

– Ну, во-первых, нож блеснул на солнце, когда парень его прятал в сапог. Во-вторых, всё для нас стало ясно, когда парни пробежали мимо нас. Мы вышли снова на дорожку, прошли по ней и увидели лежащего на скамейке молодого человека, майка которого была в крови. Он, очевидно, собирался себя перевязать, но не смог. Мы обнаружили рану, Таня моя медик, так что сразу всё поняла, схватила упавший бинт и стала им перевязывать парня, а я сразу позвонил в скорую помощь.

– Вы узнаёте пострадавшего?

– Да, мы к нему потом пришли на другой день и познакомились. Вот он сидит, и свидетель, улыбнувшись, поднял приветственно руку, глядя на Володю.

Следующим свидетелем была девушка предыдущего – Лиза, которая, в сущности, повторила рассказ своего друга и также узнала троих бегущих в подсудимых.

– Они сговорились, – прокричали подсудимые. Мы там не бегали. Мы были в кино.

Тогда адвокат Володи пригласил ещё одного свидетеля. Это была старушка лет шестидесяти. Маленькая сгорбленная женщина, неторопливо, подошла к трибуне, выслушала вопросы и предупреждение прокурора, представилась и, в ответ на вопрос адвоката, сказала:

– Я у том парке прибираю. Там шкодят многия. Така молодёжь, шо глаз да глаз нужон. Бутылки, сигареты и всяку другу гадость можна увидеть, усё бросають, где ни попадя. Я у тот день листву начала прибирать. Ужо сыпаться начала с берёзоньки одной. Видать корни подгнивать началы. Тут эти скаженныя рысаками мимо несутся. Та чёрные такие усе, чисто черти поганыя. Напужали меня. А там далее забор, так они, бачу, через нёго, як сигануть. Тю, думаю, дурью маются. Ворот им мало.

– А вы их не видите здесь, бабушка?

– Та як жешь, бачу. Вон воны сидять, голуби. Чого там лизли?

Адвокат Володи встал, говоря:

– У меня нет больше вопросов к свидетелю. Я бы хотел задать вопрос подсудимым.

Обескураженный свидетельскими показаниями прокурор молчал. Подсудимые на вопрос адвоката, понурив головы, заявили, что были в парке и действительно видели парня с мороженым в руке на парковой скамейке. Первую часть своей работы адвокат Володи выполнил блестяще. Однако теперь подсудимые настаивали на том, что истец, будучи профессиональным боксёром сам потребовал от ребят деньги и стал их избивать.

– Хорошо, – сказал адвокат Володи, – свидетелей вашей беседы нет, но вы же не станете отрицать того факта, что один из вас ударил боксёра ножом, после чего вы втроём бросились бежать? Тот, кто использовал нож, может понести большее наказание. Это очевидно. Кто же это сделал?

– Возражаю, – подскочила адвокат подсудимых, – сторона истца пытается запугать подсудимых.

– Я не запугиваю, – парировал адвокат Володи, – а констатирую. Закон об ответственности ещё не отменяли.

– Протест отклоняется, – сказал судья, – продолжайте.

Подсудимые мрачно молчали.

– Та-ак, – протяжно сказал адвокат Володи, – тогда я попрошу пригласить в качестве свидетеля майора полиции Бессонова.

– Возражаю, – быстро сказала адвокат подсудимых, – я хорошо знаю материалы дела. Майор Бессонов занимался инцидентом, имевшим место на набережной через много дней после того, что произошло в парке. Никакого отношения к данному делу он не имеет.

– Протест поддерживаю, – сказал прокурор.

Адвокат Володи сказал, как бы раздумывая:

– Тогда в попытке убийства можно обвинить любого из подсудимых.

– Как это любого? – взвился подсудимый с косичками. – У меня ножа не было. Я и не собирался убивать.

– У меня тоже ножа не было, – оправдываясь, сказал подсудимый с двумя прядками волос на щеках. Так что мы вообще не при чём.

– Вставать надо, когда говорите! – рявкнул судья и ударил молотком по столу. – И не говорить без моего разрешения.

Адвокат Володи настойчиво второй раз попросил пригласить майора Бесонова, поясняя тем, что его информация имеет прямое отношение к рассматриваемому вопросу и явка свидетеля обеспечена.

Судья заиграл желваками скул и попросил вызвать Бессонова.

Майор чётко отвечал на поставленные вопросы и рассказал о том, что в день происшествия были задержаны за драку в метро Владимир Бессонов и молодой человек с причёской ирокеза, назвавшийся Вальдемаром. И хоть Вальдемара на месте происшествия в парке не было, майор полагает не без основания, что драка в парке явилась прямым следствием и продолжением драки в метро. Иными словами, потерпевший поражение в вагоне электрички назвавшийся Вальдемаром парень позвонил своим друзьям и попросил их рассчитаться с его обидчиком.

– Вот почему эти трое подошли к Владимиру в парке и затеяли с ним ссору.

Судья недовольно остановил майора:

– Это ваши предположения, которые ничем не подтверждены. Вы говорите явно не по делу, вводя ещё сюда мифическую фигуру какого-то Вальдемара в качестве заказчика преступления.

– Вальдемар фигура не мифическая, – спокойно ответил майор. – Имя его действительно мифическое, поскольку задержанный парень назвал себя ложным именем. И только благодаря инциденту на набережной, в котором принял участие нынешний подсудимый Артур Маковецкий, нам удалось узнать настоящее имя и фамилию, как вы, ваша честь, изволили правильно заметить, заказчика преступления Глеба Задворкина. Он, как я успел заметить, сидит сейчас здесь в зале в качестве зрителя, вместо того, чтобы занимать место рядом с подсудимыми.

– Вы пытаетесь увести суд в сторону, – сказала, резко поднявшись, адвокат подсудимых. – Какие у вас есть доказательства и что они подтверждают?

Судья бессильно развёл руками, не зная вмешиваться ли в вопрос. Но майор уже отвечал:

– Я хочу продемонстрировать имеющиеся фотографии, на которых чётко видно, как ныне подсудимый Артур Маковецкий достаёт из сапога нож, а потом выставляет его вперёд, угрожая. И только потому, что рядом оказался спортсмен, владеющий приёмами рукопашного боя, нож удалось выбить, иначе могла произойти вторая трагедия с этим же самым ножом. Снимки проверены экспертами и у меня есть их заключения об аутентичности, то есть они не подвергались исправлениям.

Майор передал снимки через секретаря судье и продолжил рассказ:

– Кроме того, у меня имеется аудиозапись, из которой явствует, что подсудимый Маковецкий и нынешний истец Владимир Левый встречались до инцидента на набережной. Прошу прослушать запись, к которой я прилагаю заключение экспертов о том, что она не подвергалась изменениям.

Запись прослушали, и снова заговорил Майор:

– Помимо этих доказательств, свидетельствующих о том, что наши герои уже встречались, у меня есть заключение экспертов о том, что кровь, обнаруженная на скамейке, где был ранен ножом Владимир Левый, следы крови на рукоятке ножа, принадлежащего подсудимому Артуру Маковецкому, а также следы крови на правом сапоге Артура Маковецкого все принадлежат не только одной группе крови, но конкретно одному человеку Владимиру Левому, что было доказано даже одним временем происхождения следов. Подсудимый при моём допросе признался сначала в содеянном нападении и в том, что пытался скрыть следы крови на ноже, тщательным протиранием. Он не догадался только о том, что сразу после ранения нож был сначала спрятан в сапоге, а потом протёрт неаккуратно тряпкой, которая не удалила подтёки крови за рукоятку ножа. Впоследствии, как я узнал, он стал всё отрицать то ли потому, что не знал о результатах экспертизы, то ли по причине уверенности в безнаказанности преступления.

– Вы всё сказали? – отрешённым голосом спросил судья.

– Нет.

– Что ещё?

– Хочу повторно обратить внимание на то, что за этим преступлением стоит заказчик Глеб Задворкин, который по моим сведениям дал исполнителям, своим дружкам, крупную сумму денег за эту разборку с Владимиром Левым.

– Ничего я им не давал, – завизжал из зала парень с петушиной причёской ирокеза на голове.

– Встаньте, – проговорил нехотя судья. – Если вы что-то хотите сказать, то представьтесь сначала.

– Артур Филиппович Маковецкий. Да, я сын депутата государственной думы и не позволю оговаривать меня. Требую привлечь к ответственности майора полиции за лжесвидетельство.