нежели те, кто ведёт себя скромно.
— Привет, красавица, — противный голос, растягивающий гласные, заставил девушку вздрогнуть.
Она много слышала о таких ситуациях, но сама столкнулась с подобным впервые. Именно из-за таких случаев ученицы Пика Мотыльков стараются не ходить поодиночке вне своей вершины.
Губы Черешни попыталась сбежать, но тут же врезалась в грудь другого ученика. Видимо, они подготовились и заранее окружили жертву.
— Не подходи, — упавшая женщина сделала попытку отползти, но тут же упёрлась спиной в ноги окликнувшего её первым. Над ней нависло улыбающееся надменное лицо со сросшимися густыми бровями.
— Запнулась, красавица? Позволь нам с братом тебе помочь, — здоровяк взял её за руки и поставил на землю одним движением. Даже, наверное, правильнее было бы сказать, подвесил: он гораздо выше ростом, и потому она висела руками вверх, едва стоя на цыпочках.
— Что вам нужно⁈ Вас накажут за нарушение правил секты! — он страха и позорности ситуации у девушки вылетели из головы все боевые техники. Пожалуй, если бы они напали напрямую, попытались бы ударить или даже убить, она бы не растерялась. Возможно даже победила бы обоих учеников, даже несмотря на то, что они немного превосходят её по уровню. Всё-таки по боевой силе ученики Пика Мотылька превосходят Пики Печатей и Талисманов — эти два пика с древних времён довольно близки.
Но сейчас речь не о сражении, а о попытке обесчестить.
— Что нам нужно? Да ничего особенного, — второй парень, гораздо ниже подельника ростом, провёл тыльной стороной ладони по щеке.
И тут Губы Черешни вспомнила, что она воительница. Со «связанными» руками ничего особого не сделать, всё-таки большинство тайных техник активируются пальцевыми печатями, но вот ударить в пах коленом — вполне себе можно и так.
— Братья, выходите, — проскрипел заваливающийся на бок скрюченный ученик. — В этот раз попалась брыкучая козочка.
Оказалось, что ещё двое прячутся в стороне от тропинки. Видимо, завершая окружение, сидели там на случай новой попытки сбежать.
— Раз ты временно неспособен к получению удовольствия, позволь нам быть первыми, — заявил один из «новеньких».
Губы Черешни увидела на его лице самую противную ухмылку из всех, какие она вообще встречала в жизни. А с уродами они с сёстрами встречаются постоянно, только вот никто не решается напасть на компанию.
— Ха, а про меня вы не забыли? — пробасил здоровяк, всё ещё держащий девушку. — Первыми вам не бы… хр-х-х-х-х…
Что произошло Губы Черешни не поняла, так как лицом висела в другую сторону, но зато сразу почувствовала, что хватка ослабла и тут же с разворота нанесла удар. В этот раз с применением тайной техники Мотылька-Кровососа. Два пальца пронзают грудь даже весьма сильного практика, если у него нет чего-то вроде Духа Черепахи или артефактного нагрудника.
Только пальцы ушли в пустоту, ни в кого она не попала. Боковым зрением разглядела, что какая-то быстрая тень утащила здоровяка во мрак деревьев.
— Кто ты? Покажись, мерзавец! — заорал один из подмоги.
Они втроём встали спина к спине и озирались. Нет, испуга на их лицах не было, в себе они уверены. Разве что рожа получившего коленом в пах немного сморщенная, но так это и нормально.
Губы Черешни не знала что ей делать. Как-то слишком пугающе выглядела расправа над здоровяком на пике второго этапа. Может быть это монстр сбежал из загонов Пика Укротителей? Или марионетка уровня Формирования Ядро (3) вышла из-под контроля? До Пика Марионеток здесь недалеко.
Отвращение к насильникам победило, и она приняла решение убегать, пока на неё не обращают внимание настороженные подлецы. Как раз путь в сторону родной вершины свободен, его преграждал пропавший здоровяк.
— И кто придумал называть эту секту праведной? — услышала убегающая женщина незнакомый голос за спиной. Он говорил с небольшим акцентом, правильные слова звучали как-то непривычно. Нельзя сказать уверенно, правильно ли она разобрала слова, ведь дорожка насыпная и камушки шуршали под её лёгкой походкой.
— О! Как я удачно зашёл! Пик Печати, да? А что у вас в кармашках? — это всё, что Губы Черешни смогла разобрать, прежде чем её навстречу прибыла сестра-наставница.
— Что с тобой, младшая? На тебе лица нет. И почему ты бежишь? — тут же встревожилась женщина.
— Т-там, — указала девушка в сторону, где случилась… хм… чуть не случилась неприятность.
— Я проверю! — и старшая скрылась за поворотом дороги, прикрытом густыми деревьями.
Когда Губы Черешни догнала наставницу, то широко раскрыла глаза:
— Старшая сестра, я не знала что вы такая… решительная, — на самом деле она запнулась, потому что на язык просилось слово «извращенка». Чудом успела вовремя поправиться.
Да, собственно было с чего так подумать: все четверо лежали связанными в один большой кулёк. Вместо верёвок использована их же одежда, а потому на них не осталось даже подштанников. Да и связали их вовсе не голова к голове, а как придётся, так что обе женщины густо покраснели наблюдая как трутся друг об друга мужчины, пытаясь освободиться от пут. А один даже, кажется, возбудился от этого. Фуууу… Или это последствия ранения? Всё-таки Губы Черешни ударила от всей души, а какие могут быть последствия от такой травмы бывают у мужчин, она никогда не интересовалась.
— Сёстры! Помогите! Нас ограбили! Всё нажитое! До последнего камушка! Украдено!
— Стой! — Губы Черешни остановила сестру наставницу, пожелавшую освободить связанных. — Нужно позвать людей для расследования. Ничего нельзя трогать! А то ещё нас обвинят.
— А ведь и верно! — согласилась старшая и запустила вверх сигнальную вспышку.
Сейчас сюда сбежится много народа с ближайших вершин. От этой перспективы стать героями слухов на ближайшие годы, связанные застонали. Такое зрелище не скоро забудется.
— Я убью тебя, травник! Мы найдём тебя! Слышишь⁈ — орали они, перемежая ругань с проклятьями.
* * *
— Ты хоть знаешь, чего мне стоило убедить других старейшин закрыть глаза на твой проступок? — шипел Сосновый Аромат на нового ученика своего Пика.
Шипел, потому что все ругательства уже закончились.
— Какой проступок? — в очередной раз ученик глупо выпучил глаза.
— Ты унизил учеников двух вершин! И ограбил! — наставительно поднял палец глава.
— Нет, старейшина. Так вы совсем разоритесь, — тяжело вздохнул Тихий Омут, чем выбесил старшего. Он только и смог сказать:
— Что⁈
— Нужно было напирать на то,
