И это пальто! – Он дернул бровями, чем окончательно взбесил Джессику.
Она сжала ключи в кулаке и, громко топая, спустилась к нему. Сверху он не казался таким высоким, но на расстоянии нескольких дюймов ей пришлось задрать голову, чтобы установить контакт. Джессика ткнула пальцем ему в плечо, но Кристофер увернулся, и она промазала, пронзив морозный воздух.
– Давай пропустим все грязные словечки, что вертятся у тебя на языке. Я лишь хотел сказать, что розовый цвет невыгодно подчеркивает воспаленные глаза.
– А явился ты сюда, чтобы справиться о моем здоровье? – съязвила Джессика.
Кристофер задрал голову и выдохнул облачко пара. Затем серые глаза устремились на дверь.
– Может, поболтаем внутри? Впустишь?
Джессика открыла рот, чтобы послать его куда подальше и желательно навсегда, однако сил препираться у нее не осталось, и холод забирал последнее желание это делать. Она решила, что кружка горячего кофе взбодрит ум и принесет ему ясность.
– Хорошо. Но так и знай, выкинешь какой-нибудь фокус, и… – Джессика не нашла подходящей расправы, чтобы озвучить ее вслух, и лишь погрозила пальцем.
Не дожидаясь реакции, она зашагала по лестнице и не заметила, как Кристофер скорчил рычащую рожу за ее спиной.
– Разувайся! – скомандовала она на входе.
Кристофер не растерялся, стянул с себя ботинки, поставил их вместе и заботливо выровнял носки. Джессика фыркнула, осознав, что Бейса забавляют ее просьбы, и указала на коридор.
– Гостиная прямо и направо, сразу после кухни. Я сейчас. – Сама она стянула пальто и забросила подальше в чулан, намереваясь завтра же от него избавиться.
Кристофер прошел в гостиную и остановился у каминной полки с фотографиями. Джессика задержалась на мгновение, чтобы подглядеть. Ведь люди, когда их не замечают, ведут себя искренне. Кристофер выглядел, как английский аристократ – с прямой осанкой и сложенными за спиной руками, он легко покачивался из стороны в сторону, изучая фотографии. По рукам пробежали мурашки, как бывало всякий раз, когда кто-то брал ее вещи. Растерев предплечья, Джессика направилась в столовую и на ходу предупредила:
– В доме мало вещей. Задумаешь что-то спереть, я сразу замечу.
Вслед раздался бархатистый смех, и Джессика улыбнулась. Вопреки всему, ей было спокойно. Она включила кофемашину, выбрала две кружки вместо одной, и, пока кофейник наполнялся ароматной жижей, взглянула в зеркальную дверцу микроволновки. Кристофер не соврал, голубые глаза в ярко-розовой окантовке век смотрелись жутко.
Когда Джессика вошла в гостиную, Кристофер сидел на диване и задумчиво сверлил взглядом стену.
– Я решила, что кофе нам обоим не помешает, – сказала она и поставила кружки на стол.
– У тебя уютно, – отозвался Кристофер.
Джессика обвела взглядом комнату, из-за которой выбрала именно этот дом. В ней не было ничего лишнего – угловой диван цвета топленого масла расположился у правой стены напротив камина. Ближе к очагу она поставила два кресла, в которых любила читать или разглядывать фотографии, вытянув ноги. Когда она впервые встретилась с владельцем, агент обратил ее внимание на люстру в стиле барокко из богемского хрусталя, которая отражалась в зеркале над каминной полкой и сотнями бликов рассеивалась вокруг. Она бы, может, и поверила, но хозяин дома в растянутых клетчатых штанах и вьетнамках вряд ли был ценителем антиквариата. И все же нашлось кое-что, что влюбило ее с первых секунд. Старый паркет из ореха, выложенный елочкой. В некоторых местах от шагов он тихонько трещал, и этот треск создавал домашний уют. И Кристофер тоже его почувствовал.
Заметив на полу несколько книг, Джессика смутилась и поспешила поднять их.
– Если думаешь, что мне нужны твои учебники, то не волнуйся. Я не интересуюсь фотографией в этом смысле слова. – Он откинулся на спинку дивана и пригубил кофе.
– Ближе к делу, – отрезала она и поставила книги на полку.
Кристофер облизнул молочную пенку с верхней губы и спросил:
– Что скажешь, если я предложу тебе сделку?
Джессика уселась в кресло и развела руками.
– Что бы ты ни предложил, мне нечего дать взамен.
– Может, для начала выслушаешь?
Слушателем она была отменным, в этом и заключалась ее профессия. Ведь для того, чтобы рассказать чью-то историю, ее нужно сначала услышать. Обычно рассказчики попадались предсказуемые, но не Кристофер Бейс. Это она поняла с конференции. А еще поняла, что он не из тех, кто болтает о жизни за чашечкой кофе. Так зачем он пришел? Гадать бесполезно. Джессика смерила его подозрительным взглядом.
– Для начала – могу. Жаль, что твое общество – это все, что я заслужила в конце дня, – она сделала большой глоток и закрыла глаза. Ее тело обмякло, будто тяжелая ноша свалилась с плеч.
Кристофер усмехнулся.
– Не очень-то дружелюбно с твоей стороны, если учесть, что я спас тебя из передряги.
– Сначала втянул, затем спас. А еще ты забыл упомянуть о последствиях, которые мы до сих пор разгребаем.
– Последствия? – удивился он.
Джессика отмахнулась.
– Уже поздно. Что за сделку ты хотел предложить?
Кристофер постучал пальцами по кружке, отставил ее на стол и уперся локтями в колени. По его позе Джессика догадалась, что разговор предстоит серьезный.
– У меня с сенатором личные счеты, – начал он. – Я долгое время пытаюсь его разоблачить, но каждый раз Экклберри изворачивается и ускользает из моих рук, как слизняк.
– Ждешь, что я надену перчатки, вооружусь гашеной известью и выйду на тропу войны?
Кристофер вопросительно приподнял бровь.
– Нет, исключено! – Она вскинула ладони и помотала головой.
– Мне нужна твоя помощь, Джессика. Не безвозмездно, конечно.
– Хочешь меня подкупить?
– Если такое возможно. – Кристофер обворожительно улыбнулся, и защитный замочек щелкнул.
Любопытство боролось со здравым смыслом. Но если бы каждый слушался своего разума, то мир давно бы вымер со скуки.
– Что я получу взамен? – спросила она.
– Ты – репортер. Получишь эксклюзивный материал, уличающий Экклберри в финансовых преступлениях.
– Звучит, безусловно, заманчиво. И слишком легко, чтобы быть правдой, – несколько разочарованно произнесла Джессика.
– Никто не говорил, что будет легко. Задача в том, чтобы попасть туда, куда попасть невозможно. Но с моей помощью у тебя все получится.
– Тогда почему не сделаешь этого сам?
Кристофер тихо хлопнул в ладоши и отвел взгляд.
– Сделал бы, если бы мог.
– Так ты задумал меня использовать? – с наигранным возмущением воскликнула Джессика.
– Не передергивай! – Он выпрямил спину. – Вместе мы добудем информацию, которая откроет глаза обществу на все его злодеяния. Сенатор заплатит за все, что сделал.
В голосе Кристофера сочилась враждебность.
– Что же он натворил, раз ты хочешь разделаться с ним?
– Придет время, и ты все узнаешь.
– Так не пойдет.
Кристофер вздохнул.
– Некоторые люди взлетают все выше и выше и забывают
