class="p1">– Второе. Ну так что вы заканчивали?
– Ничего, кроме школы. И ее с трудом.
– Серьезно?
– Абсолютно. Ну и пару месяцев ПТУ. Сбежал. Не вышло из меня автомеханика.
– Очень странно, – тянет она, явно о чем-то задумавшись.
– Что я без образования и богатых родителей смог достичь того, чего другие не могут, имея все?
– Это как раз не странно. Я была уверена, что вы учились в академии наглости. Вот и хотела узнать ее адрес. Мне бы тоже не помешало немного этому научиться. После столь короткого общения с вами, я остро нуждаюсь в этом.
– Немного тесного общения со мной, и всему научишься без академии. Как раз сегодня и начнем, – подмигиваю ей, дабы позлить и вывести на эмоции.
– Остановите машину, – строго произносит она, вздернув свой и без того курносый нос. То-то же, деточка.
– Обязательно, как только доедем.
Никаких истерик и словесного пинг-понга. Обвела меня каким-то презрительным взглядом и отвернулась к окну. Несколько минут тишины и снова посмотрела на меня. Какая-то внутренняя часть меня открыто бунтует, ибо я не вижу никакой заинтересованности в ее взгляде. Я разучился ухаживать за женщинами. Хотя, в принципе никогда особо этого и не делал, ибо само все шло в руки.
В юности смазливая морда помогала, сейчас в придачу статус и деньги. И вот сижу в данный момент полностью озадаченный, понимая, что мыслями эта мелюзга явно не здесь. Боится? Но при этом она не выглядит напряженной. Скорее, пуленепробиваемо отстраненной. Играет или всерьез не понимает, что это еще больше подогревает мой интерес?
Дожил твою мать. Думаю о том, как поддеть малолетку, чтобы обратила на меня свое царское внимание. Когда затянувшееся молчание конкретно начинает бить по мозгам, я не выдерживаю и первым начинаю разговор.
– Оцени мою внешность от нуля до десяти.
– Восемь, – не задумываясь, бросает она.
– Ты меня обескуражила.
– Чем? – равнодушно произносит она.
– Почему так много?
– Вы не можете не понимать, что вы привлекательный мужчина.
– Тогда почему не десять? – о счастье-то какое, наконец-то соизволила на меня взглянуть.
– Минус балл за проступающую седину и еще один за морщину на лбу. Встречный вопрос. Оцените мою внешность, – ну сейчас ты у меня получишь. Главное не переборщить.
– Семь.
– А невесту оценили на девять. Но почему-то трахаться везете меня, а не ее. Что с вами не так?
– Повтори.
– Что?
– Трахаться. Мне нравится, как это звучит из твоих уст.
– Вам не психолог нужен, а психиатр.
– А тебе ЛОР и невролог. Ты либо слышишь плохо, либо с памятью беда. Сеанс номер два: внешность не играет главенствующую роль в моей жизни. Красивая статуэтка – всего лишь часть интерьера. Главное, чтобы торкало.
– За что сняли три балла? – ну наконец-то. Не чуждо-таки банальное женское любопытство.
– Минус балл за осанку, точнее за ее отсутствие, второй минус за одежду. И еще один балл снимается за неуверенность в себе.
– А что не так с моей одеждой?
– Антисексуальный джемпер. Балетки, кроссовки – это все подростковая одежда. Женщина должна носить каблуки, если она не безногая. И, желательно, показывать свои ноги, то есть носить платья или юбки.
– Должна носить каблуки? С фига ли она вообще кому-то что-то должна? – ну наконец-то кто-то забыл о роли психолога.
– Не кому-то, а себе. Исключительно себе. Если бы на тебе были каблуки, то осанка и походка были бы другими. То же самое касается белья. Если бы на тебе были красивые трусы, а не то, что я увидел в кабинете, то ты бы по-другому себя чувствовала. Женщину в красивом белье всегда видно. Даже не раздевая. Там уверенностью несет за версту. На тебе нет красивого белья. Но ты не переживай, я подберу на свой вкус. Тебе понравится.
– Значит не выпустите меня?
– Ты чем слушаешь? Выпущу, конечно, после ужина, сеанса психоанализа и секса.
– Ну ладно, – снова безэмоционально произносит она.
Я ожидал какой-нибудь истерики, да даже рукоприкладства, но точно не того, что моя гостья снимет с себя куртку. Перекинув свои блондинистые волосы на одну сторону, не смотря на меня, она начала вытирать ладони влажной салфеткой. Только сейчас понял, что сегодня на ней очень даже неплохая кофта, оголяющая плечи. Ей безусловно идет. В принципе, эту девчонку можно даже назвать красивой. При правильной огранке – десятка из десяти. А это странно, учитывая, что блондинки никогда не были у меня в приоритете. Тем более крашеные.
– Вячеслав, а у вас случайно не найдется ножика?
– В моем доме много ножей. Выберешь какой тебе по вкусу.
– А мне сейчас нужен.
– Из оружия есть только ствол.
– Я не умею им пользоваться, – да ее хоть что-нибудь прошибет?
– Как так? Замужем и не умеешь пользоваться стволом?
– Ах, вы про питона? Боюсь, он не настолько острый, чтобы им можно было что-то проткнуть. Ну ладно, воспользуюсь пилкой для ногтей.
Догадаться, что на уме у этой девчонки – трудно. Спустя минуту, осознал, что это даже нереально. Открыв упаковку с фольгой, она разложила ее у себя на коленях, а дальше в очередной раз полезла в пакет. Достав из него лук, она принялась его чистить ранее протертой все теми же влажными салфетками пилкой. Смотреть за тем, как она нарезает лук пилкой – забавно, но что это на хрен такое?
– У тебя все дома?
– Нет. Свекровь уехала отдыхать. А с какой целью интересуетесь?
Свекровь. Однако, умница, еще помнит про свою легенду. А дальше эта самая умница достает из пакета упаковку со скумбрией. На меня не смотрит, ибо увлечена распаковкой рыбы. Салон наполняется прекрасным весьма специфическим запашком. Знакомые мне женщины не любят есть при мужиках ни в каком виде, у них в крови притворяться не жрущими. И поглощение еды что-то вроде табу. Эта же принимается наяривать скумбрию так, как будто одна на белом свете. А уж как смачно закусывает луком.
– Ты же не ешь после шести.
– Сегодня пятница. Загрузочный день, можно есть все в любых количествах, – смачно облизнула пальцы и перевела на меня довольный взгляд.
– Это типа должно меня остановить от сто тридцать первой статьи?
– Ну, пыл-то поубавит точно, – с ехидством в голосе произносит она.
–
