без куртки. И только руками дело не обошлось. Он принялся замывать рубашку и брюки от выплюнутого мною куска рыбы.
– Давай завтра куда-нибудь сходим?
– Вы глухой или тупой? Я замужем.
– Хороший левак укрепляет брак. Не слышала о таком? – с ухмылкой произносит он.
– Адрес повторить или помните? – ничего не отвечает.
Молча открывает мне дверь со стороны переднего пассажирского кресла и в такой же тишине усаживается на водительское кресло.
Всю дорогу чувствую на себе его взгляд, так и хочется повернуться, и сказать, чтобы смотрел на дорогу, но держусь. Не хватало еще, чтобы подумал, что я им заинтересована. Господи, как представлю, что он может узнать, что я на самом деле не та, за кого себя выдаю, так в пот бросает. Он же меня в порошок сотрет. Во что я, блин, ввязалась.
Не сразу поняла, что мы подъехали по ранее указанному мной адресу. Пипец. Теперь еще и добираться до дома надо.
– Спасибо, что подвезли, – едва успела коснуться ручки двери, как он перехватил меня за запястье.
– Как насчет встретиться завтра вечером? Мужу скажешь, что консультируешь важного клиента, – улыбнувшись, произносит он. Во взгляде неприкрытое веселье. Черт, ему просто нравится меня задевать. Как его отвадить? Надо что-то обидное.
– Даже если предположить, что я решу гульнуть и выбрать себе в качестве любовника мужчину с толстым кошельком, я выберу не вас.
– Почему? – вполне серьезно интересуется он.
– Потому что ваш возраст, Вячеслав Викторович, для меня неподходящий.
– А что с ним не так?
– Вам скоро на пенсию выходить, вот что. Мужчины вашего возраста меня не интересуют. Если уж любовник, то надо выбирать молодого, пышущего энергией и гормонами, а не предпенсионера, хоть и привлекательного.
И все же язык – мой враг. Игривый взгляд моментально исчез с его лица. Пипец, ну я и дура.
– Боишься предпенсионера? – сжимает мое запястье сильнее.
– Отпусти мою руку.
– Я не просто так скумбрию с луком наяривал с тобой на пару. Угадай зачем?
Я даже не успела ничего обдумать, не то, что вслух сказать. Все произошло настолько быстро, что очухалась только, когда его рука переместилась на мою шею. Грубый рывок и я почувствовала его губы на своих. Попыталась оттолкнуть его рукой в грудь, но не тут-то было. Предпенсионер неплохо так накачался.
Не сказать, что поцелуй противный, если его так можно назвать, но приятного от отсутствия выбора – мало. Мне бы возмутиться, что язык этого наглого мужика у меня во рту, но почему-то факт того, как он сильно сжимает мою шею, возмущает больше. Наверняка, я за это поплачусь, но в этот момент мне становится все равно. Я со всей силы кусаю его нижнюю губу.
Однозначно не ожидал, ибо не только прекратил хозяйничать своим языком в моем рту, но и отпустил меня. Думала ударит так, что отлечу к окну, но вместо удара этот великовозрастный придурок начинает смеяться, касаясь пальцами окровавленной губы.
Воспользовавшись этим моментом, вылетаю из машины. Резко открываю дверь заднего сиденья, забираю куртку вместе с пакетом и, не оборачиваясь, иду к подъезду Ксении.
– Это было незабываемо, – слышу вслед стоило только отойти от машины на несколько шагов. Не поворачиваться. Только не поворачиваться!
И все-таки я феерическая дура. Сама не поняла, как оглянулась. Смотрю на приоткрытое окно со стороны пассажирского кресла, а он ухмыляется. Рука сама взметнулась вверх, демонстрируя средний палец.
Глава 6
Прекрасный пятничный вечер. Зашибись. Вместо того, чтобы лежать на кровати объедаясь мороженым, я вынуждена ошиваться у реальной Ксении. Уже в третий раз подхожу к окну. Да что, блин, надо этому прилипале? Проверяет меня? Двадцать минут вполне достаточно, чтобы поверить, что я здесь живу и свалить на все четыре стороны.
– Как думаете, почему он не уезжает?
– Думаю, он ждет пока ты открыто выглянешь в окно. Играется с тобой. Короче, еще неделю помаринуй его, но не больше и трахнись с ним, – спокойно произносит Ксения, отпивая чай.
– Вы нормальная вообще?
– Вполне. Давай откровенно: ты не поступишь на бесплатное обучение. А твой брат из принципа денег на обучение, как не давал, так и не даст. Ты физически не сможешь накопить нужную сумму, работая секретаршей. А такой мужик как Архангельский – твой билет в будущее. Жениться не женится, даже если невесты в реале нет, но денег подкинет прилично. Актерская профессия в принципе не предполагает принципиальности. Так что засунь ее куда подальше и воспользуйся случаем, – на одном дыхании невозмутимо произнесла Ксения, протягивая свой мобильник. – Это явно по твою душу.
«Размер груди и ноги. Соврешь – поднимусь и покажусь твоему мужу»
– Пипец. Ну и прилипала.
– Он хочет одеть тебя красиво, не тупи, Наташ. Пиши ему. И забирай симку, видимо, он крепко на тебя запал, раз мой номер пробил.
«Однерка. Тридцать восьмой»
– Ну и зачем ты соврала?
– Затем, что я не буду носить то, что он мне купит. Не ожидала, что вы мыслите так же стереотипно. Актриса – не равно шлюха.
– М-да… тяжело тебе будет по жизни.
В очередной раз подхожу к окну, только теперь не скрываясь. У этого мужика явно с головой проблемы, ибо он точно ждал, когда я выгляну в окно. Подмигнул мне фарами и, к счастью, тронулся с места. Скорее бы попасть домой…
***
Тронули ли меня его слова о неуверенности? Однозначно, да. Терапия – ходить по дому в белье, смотря на себя в зеркало, и говорить о том, какая я красивая, не помогает от слова совсем. И шикарные трусы вместе с платьем тоже не помогут, ибо я всегда буду знать, что под ними «украшает» мое тело. Провожу рукой по животу и понимаю, что с каждым годом я комплексую все больше. Как от этого избавиться?
И все-таки я неблагодарная свинья… Живая же. Хожу, блин! А ведь могла и дальше лежать, и мочиться под себя.
Погруженная в свои думы, не сразу сообразила, что в дверь звонят. Накинула халат и взглянула в глазок. Блин! В квартире не убрано. Вот уж чего мне меньше всего хочется, так это разочаровывать брата. Снова. Ибо мой выбор профессии актрисы – для него сплошное разочарование.
Миша брезгливо обводит взглядом снимаемую мной студию. Сейчас опять возьмется за старое.
– Я напоминаю,
