ответил я, вспоминая бескрайнюю свалку. — И делают вид, что перерабатывают.
— Неправильно ты говоришь, — произнёс полицейский. — Запомни: есть сейчас такая тема, как экология. Умные люди с высокими лбами… Они говорят, что отходы нужно сортировать. И утилизировать.
— Умно, — вставил я.
— Здесь, в «Белом Голубе», мы тем и занимаемся, — хищно улыбнулся начальник.
Он посмотрел на меня, и страх почему-то пробрал меня до костей. Улыбка маньяка. Взгляд абсолютно безумного человека. И на этом фоне — капитан Звон, с пустым лицом. Интересно, Звон — это фамилия или позывной? Я подумал, что бояться нечего. Ведь всё это — пустые угрозы. Даже хотел сказать что-нибудь провокационные, до того момента, как…
— Капитан Звон! — неожиданно рявкнул Кренов. — Кувалду. Шагом-марш!
— Есть подать кувалду! — ответил надзиратель и чеканным шагом вышел за дверь.
— Кувалду? — машинально переспросил я.
— Ага, — зевнул начальник. — Ты ж хотел, чтобы твои муки закончились? Я-то думал, что этот Питер Пен Питерский всё решит… Ну, придётся самому.
Голос рецидивиста в моей голове замолчал. Должно быть, он и сам был обескуражен таким поворотом. Мне стало страшно, хоть я и пытался не подавать вида. Кувалда — вещь такая… Ею можно не только сваи забивать.
Глава 5
Живой гвоздь
Кто о чём, Гриня — об убийствах. Он подал голос и яростно призывал разделаться с идеологическим врагом. Сам бы он точно не упустил такой шанс.
«Только двое вас! — возбужденно говорил он. — Куси его в шею. Глотку вырви, да как следует башкой долбани. Ну!»
Я велел душегубу помалкивать. Мне показалось, что начальник настроен если не дружелюбно, то хотя бы не агрессивно. К тому же, у меня появился план… В конце концов, я ведь не обещал Тимофею хранить магическую верность до конца своих дней. Наоборот, я уже понял, что мне с ним не по пути. От него нужно было срочно бежать! Главное — это продержаться некоторое время. И позвонить. Да, в этом странном мире я запомнил всего один телефонный номер, зато какой.
— Намучился в кандалах? — произнёс Кренов, когда его подчинённый вышел за дверь.
— Не то слово! — ответил я. — Жуткий анахронизм.
На миг собеседник завис. Пытался понять, что я ему только что сказал.
— Слово-то какое! Хочешь, облегчу твои страдания? — с издёвкой спросил начальник острога.
— Вопрос с подвохом, — ответил я. — Скажу «да», а вы что-нибудь опять придумаете. Нехорошее.
— Предупреждали меня, что Гриня — тот ещё артист, — произнёс Кренов. — Но о таком разве предупредишь? Императорский театр плачет по тебе. Такое надо вживую видеть! Таких преступников, как ты, мне ране не попадалось. Уникум!
Всё не мог понять, он Гриню хвалил или уничтожал своей пламенной речью.
— Что вы имеете в виду? — спросил я.
— Разговорчики! — рявкнул он. — Запомни: начальству вопросов не задают. Зубы ты заговариваешь мастерски. Как будто гипнотизируешь. Веришь ли? Мне на миг показалось, что ты — не легендарный Гриня-прыгун, а простой парень. Обычный такой, свой человечек. А знаешь, что мне ещё говорили? Что ты акробат. Что умеешь так убить, как никто не догадается. Всё жду, когда ты на меня накинешься.
— Врут, — сказал я. — Без необходимости никого не убиваю. Так что насчёт снятия кандалов?
— Ты думаешь, нужно от них избавиться? — переспросил Кренов.
Мне почему-то казалось, что для снятия кандалов требуется кузнец. Начальник острога поднялся со своего трона и прошёл к шкафу. В одной из ручек находилась замочная скважина, что было практически незаметно. Кренов достал ключ из связки, что висела на поясе. Открыл замок и развёл в стороны дверцы. Вот тебе раз, секретный кабинет! Или комната отдыха?
— После тебя, падаль, — сказал начальник, подталкивая меня внутрь. — И никакой ты не убийца, я посмотрю… Даже жалко, что не нападаешь. Что не вырываешься. Вот он я, смотри! Даже без ножа.
С трудом, из последних сил, я засеменил вперёд и вошёл в эту потайную комнату без особого страха. Ну не может ведь это быть всерьёз? На первый взгляд, ничего особенного: пол был отделан плиткой, стены — металлическими панелями. Никакой мебели. Но увиденное внутри заставило меня содрогнуться. В центре помещения на каменном постаменте стояла… Дубовая колода!
И знаете что? Она была подозрительно похожа на плаху.
В этот же момент за спиной раздались шаги. Капитан Звон вернулся, и не один. С ним шёл ещё один надзиратель. И они несли… Настоящую кувалду! Длинная деревянная ручка, огромный набалдашник. У меня в голове возникла страшная догадка. Гриня решил молчать после того, как я отказался нападать на начальника острога. Быть может, он тоже испугался или был озадачен.
— Уложить, — рявкнул Кренов, когда полицейские передали ему орудие.
И прежде, чем я что-то успел предпринять, две пары крепких рук схватили меня, подогнули колени, надавили на плечи и положили на плаху. Всё это было проделано настолько быстро, что я даже пикнуть не успел. Теперь голова и часть туловища лежали на дубовой колоде. Лицо было повёрнуто вбок, в сторону двери. Начальник острога склонился передо мной. Он наслаждался моментом.
— Прекратить твои мучения, падаль? — спросил он.
От страха я не смог даже ответить. Только пропищал что-то нечленораздельное. Да уж, выписал мне Тимофей билет в один конец! Такой развязки приключений я не мог представить даже в страшном сне. Всё, что угодно, было бы лучше. Год в подвалах магической школы, свалка, базар… Этот безумный надзиратель играючи ворочал тяжёлым молотом. Он что, кузнец? Завидев на моём лице искренний ужас, Кренов широко улыбнулся.
— Ну что, Гриня, — произнёс он. — Добро пожаловать в Соликамск. Сейчас мы тебе штамп поставим… О прибытии.
Он взял кувалду двумя руками и закинул на плечо. Набрал полные лёгкие воздуха и стал заносить своё орудие над головой.
— Не имеете права! — прокричал я. — Без суда!
Надзиратели рассмеялись. Кренов тоже нашёл происходящее смешным. Дыхание его сбилось, и ему пришлось вновь положить молот на плечо, чтобы собраться.
— Ой, артист, — выдохнул он. — Ладно.
И вновь стал заносить молот над головой. В этот момент… В дверь постучали. Наверное, комната была не такой уж потайной. Не дожидаясь ответа, в кабинет вошёл Пловец. Тот самый конвоир, что вытащил тело Грини из воды.
