«Запах вафель», «Детский смех на пляже», «Весёлые крики во время футбольного матча», «Атмосфера приятной летней вечеринки».
– Интересно, что же это такое? – с некоторой опаской рассматривал банки Месье Филин.
– Наклонитесь и рассмотрите как следует, это кошмар! – сказал один из скорпионов и разрыдался от ужаса.
Молли с удивлением наклонилась, направила палочку на одну из банок и произнесла:
– Свет погасни, бокалум иллюминатум!
Сейчас же фонарики на её ногах погасли, а банки осветились изнутри. Молли и все присутствующие стали свидетелями странного явления: в каждом стеклянном сосуде кишела целая толпа крошечных людей, которые толкались как безумные и бегали туда-сюда.
– Посмотрите, это спасатели с пляжа! – сказал Месье Филин.
– А вон там продавец мороженого, а ещё продавец вафель и тот господин, который торговал блинчиками. Они заперты все вместе, – заметил один из скорпионов.
– И ростом не выше спички, – добавил второй.
– Их уменьшили в размере! – подхватил третий. – Представьте, что будет, если такое случится с нами! Ведь мы уже и так-то не больно велики!
– Тогда почти совсем исчезнем, – поддержал его первый.
– Мама! – всхлипнул Пузырёк.
Можно было предположить, что он даже заплакал, но разглядеть рыбьи слёзы под водой не очень-то просто.
– Но кто мог устроить такое и для чего? – спросила горничная.
– Кто? Тот странный человечек, которого я уже видела… не знаю где… а для чего… Кажется, я догадываюсь. Смотрите! – И Молли указала на коробки, в которые были плотно уложены некоторые банки. На каждом ящике наклеена этикетка с адресом: «Экспериментальная база Артика 2000, 2356, улица На-Краю-Света, 987000, Южный полюс».
– Тут даже дата отправления стоит! Перевозчик приедет за ними завтра!
– Но где же Маркус? – спросил Месье Филин. – Его нет ни в одной банке!
– Посмотрите сюда! – сказал Пузырёк. – Тут лестница, по которой можно спуститься в погреб. Там горит свет, и я слышу какой-то шум, крики, плач… А вот там, на ступеньке, шерсть, чёрные шерстинки, кошачьи, Маркуса…
Лестница выглядела устрашающе, внизу было темно и холодно, как в глотке у акулы, повсюду висела паутина, на которой копошились огромные жирные пауки, пухлые и волосатые, как йети, и каждая ступенька скрипела, как кладбищенские ворота в ночь полнолуния.
Маленькая команда спускалась вслед за скорпионами, и вскоре, помимо скрипа лестницы, они начали различать стук, который наводил на мысли о работающей пишущей машинке.
– Это ещё что такое? – спросил первый скорпион.
– Страх! – ответил второй.
– Это страх издаёт такой звук? – удивился третий.
– Нет, – объяснил первый, – но от страха клацают зубы, коленки ударяются одна о другую, и из всего вместе получается такой стук.
Обернувшись, скорпионы увидели Молли, которая дрожала как осенний лист, Месье Филина, который щёлкал клювом, как трёхнедельный цыплёнок, и Пузырька, который пускал пузыри быстрее, чем ракета проносится в небе. Последней на покрытых пылью ступеньках стояла горничная, и только ей одной удавалось сохранять спокойствие.
Лестница вела куда-то вниз, и конца ей не было видно. Чем ниже они спускались, тем громче раздавались непонятные шумы и ужасные крики.
Наконец Молли и её товарищи оказались в зале, в котором были установлены странные приборы: циферблаты со странно движущимися стрелками, мигающие кнопки, рукоятки, которые в любой момент можно было привести в движение, дёрнуть, толкнуть или повернуть, трубы и переплетающиеся провода, а по всему периметру помещения стояли колбы закрученной формы, наполненные розовым соком, а также с зелёной светящейся жидкостью. Всё это издавало разные звуки: клонг, клинг, тинг, понг, пик-пик, плок, паф, пиф и пуф!
Пригнувшись, почти ползком, Молли и её команда двигались вперёд. Позади машины, поршни которой то поднимались, то опускались – слурп, плюф, паф, плаф пуф! – они увидели маленького человечка, того самого, что сидел на пляже в полосатых плавках и майке в горошек, того, который так тихо и вежливо разговаривал с ними. Сидя на табуретке, он возвышался над столом и вёл беседу с будущей жертвой.
– Твоя участь решена, – говорил он. – Никто тебе не поможет! Остальные тоже были уменьшены, стали малюсенькими, миниатюрными. Больше никогда они не смогут называть малюсеньким и смешным меня! Завтра они отправятся на край света. Но ты, ты один, имеешь право на особое обращение. Прежде чем ты станешь размером с мышь, ты, любимый кот этой отвратительной Молли, я превращу тебя в то, что для кота не может быть ужаснее. Я превращу тебя в собаку! Ты, ангорский кот с мягкой шерстью, станешь колючей таксой! – И отвратительный человечек рассмеялся дьявольским смехом. – Ха! Ааааахаха! Хааахахаха!
Повернувшись к клавиатуре, человечек, натянувший поверх купального костюма белый халат, а на руки – толстые резиновые перчатки, приготовился нажать на кнопку.
– Нет! – крикнула Молли и выпрямилась во весь рост. – Нет! Назад, мелкий мерзкий микроб! Оставь Маркуса в покое, отстань, или я превращу тебя в мыльницу! – И она направила на зловещего человечка волшебную палочку, на кончике которой уже дрожали капельки гнева.
Человечек замер. Потом, не оборачиваясь, обратился к Молли:
– Наконец-то вы здесь! Я уже заждался. Знал, что явитесь, но полагал, что отыщете меня скорее.
Человечек наконец повернулся к Молли и с высоты своей табуретки уставился ей прямо в глаза.
«Я его уже видела… я уже видела его, но где?» – снова задала себе уже ставший навязчивым вопрос Молли.
Глава 8
Вся надежда на тётю Саманту
Человечек по-прежнему восседал на табурете, но вдруг прямо на глазах стал меняться. Он раздавался вширь и увеличивался в длину, его голова, принявшая заострённую форму, уже упиралась в потолок, жёлтые жестокие глаза растянулись, а два огромных грозных клыка во рту были готовы источать смертельный яд. Его тело всё вытягивалось и вытягивалось, и вот уже бесконечно длинный и могучий змей извивался в комнате, пытаясь сжать, раздавить, задушить и перемолоть своих врагов.
Первым отреагировал Пузырёк. Выпрыгнув из своего надёжного укрытия – котелка, – он бросился на змея и стукнул его крышкой от кастрюли прямо промеж глаз.
– Вперёд, друзья! Я займусь чудовищем, а вы освободите Маркуса!
Месье Филин был тут как тут. Три взмаха крыльями – и он оказался точно напротив злодея и включил фонарики на максимальную мощность. Рептилия, уже приготовившись сожрать Пузырька, была ослеплена. Змей зажмурился и с криком отступил.
И тогда в бой вступили скорпионы. Первый швырнул в него муку. От удивления змей открыл глаза, и тогда второй скорпион воспользовался моментом, чтобы кинуть в него перец.
– Уарррггг! – заорал змей, а из глаз его потоком полились слёзы.
Подоспел третий скорпион и разбросал горох. Горошинки рассыпались по комнате и закатились под змея.
– Аааа… – закричал змей. – Ааааа, аааах… апппччххххххиии!
Ослеплённый змей с красными глазами и воспалённым горлом чихнул так сильно, что оступился и поскользнулся на горошинах. Скользя и окончательно теряя контроль над ситуацией, он отлетел назад, чихая без остановки, стукнулся о стену и – паф! – свалился в углу бесформенной кучей.
– Отвяжите меня, – послышался в
