– Держи лук и стрелу вот так, – показал ему Тарзан и вручил заряженный лук воину. – Скажи своим людям, чтобы посторонились, потому что первый выстрел может быть неудачен. Прицелься в голову льва так, как делал это я. Теперь оттяни тетиву насколько можешь.
Могучий, прекрасно сложенный воин силился натянуть тетиву, но лук, из которого Тарзан стрелял без малейших усилий, не поддавался. Когда он отпустил тетиву, стрела пролетела несколько футов и упала на пол.
– В чем дело? – удивился воин.
– Стрельба из лука требует постоянных упражнений, – пояснил человек-обезьяна.
– Это какой-то фокус, – настаивал воин, – покажи, как ты стреляешь сам.
Другие воины, наблюдавшие эту сцену с неподдельным интересом, перешептывались между собой, а потом высказались открыто.
– Чтобы согнуть эту палку, нужен сильный человек, – заявил один из них.
– Алтидес очень силен, – сказал другой.
– Но его силы недостаточно.
Алтидес, которого офицеры назначили старшим, внимательно наблюдал, как легко Тарзан натянул тетиву, и эта легкость восхитила его. Остальные воины смотрели на Тарзана с таким же восхищением, и, после того как вторая стрела впилась в голову льва рядом с первой, прозвучали их одобрительные возгласы.
Алтидес смущенно почесал затылок.
– Я должен теперь запереть тебя, – сказал он, – не то старый Томос повесит мою голову на стене дворца. Скажи, для того чтобы согнуть эту палку, которую ты называешь лук, действительно не требуется никаких фокусов?
– Абсолютно никаких фокусов, – заверил его Тарзан. – Сделай сам более легкий лук, чтобы ты смог натянуть его, или принеси материал, и я сделаю лук для тебя.
– Отлично, – воскликнул Алтидес. – Теперь идем, я закрою тебя.
Воин провел Тарзана через двор к другому строению, где он был помещен в комнату. При свете факела, который держал в руках его провожатый, Тарзан увидел, что в комнате есть еще кто-то. Затем дверь закрылась, и Тарзан остался наедине с непроглядной темнотой ночи.
Впрочем, это было не совсем так, и, хотя он не видел своего соседа, слышно было чье-то дыхание.
С кем на этот раз свела его Судьба?
ГЛАВА VI
Несмотря на непроницаемую тьму, Тарзан сразу же приступил к обследованию тюрьмы. Прежде всего он наощупь прошел к двери и удостоверился, что она сделана из крепких досок. Чуть выше уровня глаз он нащупал маленькое квадратное отверстие. С внутренней стороны не было ни замка, ни щеколды. Неизвестно было, как дверь запирается снаружи.
Наконец узнав о двери все, что было возможно в этой ситуации, Тарзан медленно пошел вдоль стены, осторожно ощупывая каменную кладку. Между тем дыхание его соседа по камере становилось все слышнее. Изучая помещение, Тарзан постепенно приближался к своему товарищу по несчастью.
В противоположной от двери стене Тарзан обнаружил маленькое, расположенное высоко над головой окно. Стояла такая темная ночь, что невозможно было определить, куда выходит это окно – во двор или в другое помещение. Но самое главное – его невозможно было использовать для побега, так как оно было слишком узкое, чтобы пропустить через себя тело взрослого человека.
Исследуя это окно, Тарзан приблизился к углу, где сидел человек, и теперь он отчетливо услышал какое-то движение. Дыхание компаньона стало чаще, как будто он начал сильно нервничать. Наконец в темноте прозвучал голос:
– Что ты делаешь?
– Изучаю камеру, – ответил Тарзан.
– Ты только навредишь себе, если ищешь путь к побегу, – сказал голос. – Тебе не удастся выбраться отсюда до тех пор, пока они не откроют дверь. Я тоже пытался выйти на свободу, но это невозможно.
Тарзан не отвечал. Впрочем, говорить было не о чем. К тому же Тарзан говорил редко даже тогда, когда у других было множество тем для разговоров. Он продолжал исследовать комнату. Изучив последнюю стену, он понял, что его сосед был прав. Это была маленькая четырехугольная каменная дыра, с одной стороны которой вдоль стены тянулась длинная скамейка, а с другой были дверь и небольшое окно.
Тарзан прошел в дальний угол комнаты и присел на скамейку. В этом каменном мешке было холодно и сыро, к тому же ему хотелось есть, однако страха он не испытывал. Он перебирал в памяти малейшие детали всего происшедшего с ним и мечтал, чтобы утро освободило его от этого кошмара. Его пронзила мысль: возможно, он сделал ошибку, не попытавшись вырваться на свободу, прежде чем воины Золотого Города заперли его в темницу, из которой, кажется, ему вообще не выбраться. Эта мысль не давала ему покоя. Как и все звери, он ненавидел плен. Однако он в тюрьме и вырваться на свободу невозможно. Остается только лучше воспользоваться своим настоящим положением. Придет такой день, когда его все же освободят или откроют темницу, и тогда, несмотря на то, что их намерения по отношению к нему будут продиктованы дружелюбием, он воспользуется малейшей возможностью, чтобы убежать.
Человек, сидевший в углу комнаты, снова обратился к нему.
– Кто ты? – спросил он. – Когда они привели тебя сюда, при свете факелов я увидел, что ты не из Катны и не из Атны.
Голос человека был грубый и хриплый, судя по тону, он скорее требовал ответа, чем просил его. Такой тон был неприятен Тарзану, и он промолчал.
– В чем дело? – прорычал его товарищ по камере. – Ты что, немой? – В его голосе отчетливо слышалось раздражение.
– Я не глухой, – ответил человек-обезьяна. – Почему ты кричишь на меня?
Компаньон молчал всего несколько секунд, затем заговорил снова, но совершенно другим тоном.
– Мы можем просидеть в этой дыре очень долго, – сказал он. – Мы не должны ссориться, мы должны стать друзьями.
– Как хочешь, – ответил Тарзан. Темнота скрыла его равнодушный вид и непроизвольное пожатие плечами.
– Меня зовут Фобек, – сказал мужчина. – А как твое имя?
– Тарзан.
– Ты откуда – из Атны или из Катны?
– Нет. Я из страны, которая лежит далеко на юге.
– Лучше бы тебе сюда не попадаться. Как ты очутился в Катне?
– Я заблудился, – объяснил человек-обезьяна, не имевший ни малейших намерений говорить правду, чтобы не раскрыть таким образом свою связь с одним из врагов Катны. – Я был захвачен потоком во время грозы, и река принесла меня к вашему городу. Здесь воины Катны взяли меня в плен и обвинили в том, что я пришел убить вашу королеву.
– Значит, они думают, что ты пришел убить Немону! Впрочем, пришел ты сюда с этой целью или вовсе без цели, теперь не имеет значения.
– Я не понял, на что ты намекаешь? – поинтересовался Тарзан.
– Я имею в виду, что в любом случае ты будешь убит, – объяснил Фобек, – только они будут лишать тебя жизни так, чтобы это понравилось Немоне.
