бородавок болотной Квакуши. С добавлением слюны шестипочкового гепарда.
Я усмехнулся.
— На кой чёрт гепарду шесть почек?
— Кто ж его знает, — пожал плечами старик. — Так природа решила.
«Нет, — мысленно возразил я, — это недотёпы-химерологи так решили, которые даже не удосужились продумать мочевыделительную систему».
Я отчётливо чувствовал, что, будь то выжимка или порошок, в каждом товаре таилась тончайшая, но различимая энергия создателя. Это не было создано природой. Это были остатки чьих-то неудачных или, наоборот, удачных экспериментов.
В сети такую информацию не найти. Торговля частями химер, не прошедших государственную сертификацию, была под строжайшим запретом. Поэтому я достал телефон и показал Альфреду фотографии того, что я хотел бы продать — останки тех крылатых тварей, что Рядовая и Псих так эффективно утилизировали в подвале.
— Хм, вот это неплохая штука, — кивнул лавочник, разглядывая изображение крыла с уникальной складной механикой. — Кожа у них прочная, как кевлар. А сама кожа есть?
— Кожи нет.
— Жаль. Из кожи можно было бы сделать отменные нарезочки для бронежилетов богатым клиентам. Но и так неплохо. За крылья могу дать двести. За череп — ещё сто. Когти — рублей по десять за штуку…
Цены, конечно, были не космические, но весьма приличные. На частях некоторых тварей можно было заработать и пятьсот, и шестьсот рублей за раз. Всё зависело от качества и редкости образца.
И тут Альфред решил продемонстрировать свой главный талант.
— А знаешь, почему я до сих пор работаю в этой лавке, а не сижу дома на пенсии? — он хитро прищурился. — Я оценщик.
Он выставил руку над одним из пузырьков на прилавке. Его ладонь окутало едва заметное свечение. От склянки к его пальцам потянулись тонкие энергетические синие потоки.
— Видишь? Эта выжимка синего цвета, а значит, редкого качества. Энергетическая напитка в ней что надо. Она отлично подходит для лечения химер или для проведения сложных операций, когда твоё создание и так на грани. Разные составы могут помочь.
— И какие же это составы?
Альфред рассмеялся, и свечение вокруг его руки погасло.
— А кто тебе скажет? У меня таких нет. Я только ингредиенты продаю: качественные или не очень, всякие. Каждый химеролог свои рецепты производит. Этим мы и ценны — у каждого свои методы.
— А если какой-то химеролог захочет написать и выпустить книгу? — полюбопытствовал я.
— Тогда он будет полным идиотом, — фыркнул старик. — За всю историю ни разу такого не было. Во-первых, его, скорее всего, убьют. Кому нужно, чтобы разные недоучки получали доступ к сокровенным знаниям? Это же сразу обрушит весь рынок. Химерологический бизнес — жестокая штука. Свои секреты все держат при себе.
Я подумал о том, сколько бы книг мог написать я сам. Наверное, во всей стране не хватило бы пустых полок в библиотеках, чтобы их разместить. Одна только моя монография «Особенности репликации астральных слизней в условиях повышенной гравитации» заняла бы томов десять. А тут… тут они боятся поделиться рецептом мази от лишая. М-да.
Уже перед моим уходом Альфред взял с полки два почти одинаковых на вид когтя.
— Вот, смотри. Один стоит сто рублей, второй — рубль. В чём разница?
Я присмотрелся. Энергетический след был очевиден.
— Тот, что за рубль, — пустой. Я продаю его как сувенир туристам и детям, которые забегают за чем-то интересным. А вот этот, за сотню… в нём есть хорошая концентрация магии его бывшего владельца. Этот — для настоящих покупателей. Можно извлечь остаточную эссенцию и использовать для усиления.
Он отложил когти и достал из-под прилавка невзрачный, высохший гриб.
— А вот это, например, стоит целых три тысячи. Хотя с виду — обычная поганка.
— И в чём его ценность? — спросил я, хотя уже догадывался.
— А в том, что если его споры правильно активировать, то за одну ночь он может покрыть ядовитой плесенью целый гектар земли. Идеальное средство для устранения конкурентов в сельском хозяйстве.
Я кивнул. Да, это место было именно тем, что мне нужно. Кладезь информации и редких компонентов, которые не найти в официальных источниках.
— А вот это что? — я указал на большую банку, в которой в мутной жидкости плавал огромный глаз размером с кулак.
— Око циклопа! — с гордостью заявил Альфред. — Прямиком из Диких Земель. Редчайший экземпляр. Даёт носителю способность видеть в темноте и замечать скрытые магические ауры. Всего за десять тысяч!
Я мысленно хмыкнул. Око циклопа… Ага, как же! Держи карман шире. Я-то видел, что это просто увеличенный глаз гигантского болотного слизня, который научился мимикрировать под более опасных существ. Если правильно приготовить — слабенькое ночное зрение он, может, и даст. Но вот ауры замечать… Разве что ауру страха у самого носителя, когда тот поймёт, что его развели, как лоха. Но спорить я не стал. У каждого свой бизнес.
В итоге, я узнал всё, что хотел. Уточнил цены на свои трофеи, договорился о будущих поставках.
Напоследок, помимо нескольких редких ингредиентов для своих экспериментов, я купил и кое-что для своей будущей лаборатории. Здесь продавались и колбы, и реторты, и прочая алхимическая утварь. Я закупился по полной, потратив почти всё, что у меня было. Это необходимое вложение в будущее.
Довольный, я покинул лавку и отправился домой.
* * *
Я вернулся в клинику ближе к ночи. Валерии уже не было — ушла домой. И правильно.
Тишина. Наконец-то… Только мерное тиканье часов и храпение Психа, который уже завалился спать в своём углу.
Я с грохотом опустил на пол ящики с алхимическим барахлом, которое урвал в лавке, и распахнул плащ.
— А смотрите, кого я принёс!
На моей ладони сидел маленький пушистый комочек и испуганно моргал чёрными глазками. Ещё один хомяк. Я просто не смог пройти мимо. Он сидел в грязной клетке, и в его ауре я почувствовал такой потенциал к обучаемости, что моя рука сама потянулась к кошельку.
— Остановите-с! — Кеша, дремавший за стойкой администратора, тут же проснулся и спикировал ко мне. — Хозяин, ты в своём уме⁈ Зачем нам столько⁈ У нас их уже тринадцать! Это что, новый фетиш? Коллекционирование хомяков?
— Не знаю, пригодятся, — пожал я плечами, аккуратно пересаживая новичка на стол. — Отличные получатся миньоны. Бесплатная рабочая сила. Ты же сам говорил про экономику.
Я положил ладонь на крохотное тельце. Энергия потекла, перестраивая, улучшая
