Девушка съеживалась, падал всё ниже и ниже. И в то же время, когда противник снова опускал свою руку, девушка неизменно встречала её мечом… Это было противостояние чистой, незамутнённой силы. Рано или поздно один из противников обязательно должен был дрогнуть.
Исход сражения обещал решиться в ближайшие несколько минут…
386. Победа?
Сражение армий постепенно ушло на второй план. Вскоре уже не только сами дуэлянты, но и вообще все солдаты, что с одной, что с другой стороны, пристально наблюдали за баталией между юной мечницей и бледным мужчиной в чёрном облачении.
Они были словно солнце и луна, на фоне которых все остальные, кто находился на поле боя, напоминали звёздную россыпь. Великанами, которые сражаются возле муравьиного улья.
Исход сражения был уже предрешён. Тёмное воинство обладало неограниченными ресурсами. Они несли страшные потери, и в то же время их число как будто совсем не уменьшалось. Даже если девушка одержит верх, что было невозможно, Альянс всё равно проиграет. Это было неминуемо. И всё равно солдаты не могли не обращать внимание на эту дуэль. Она притягивала глаза… Несмотря даже на своё кажущееся однообразие.
Снова и снова чёрный генерал вскидывал свои когтистую руки — его когти казались такими чёрными, что, когда они проносились на фоне звёзд, сами звёзды меркли и несколько секунд не могли зажечься вновь, — снова и снова девушка блокировала его удары своим белоснежным клинком. Время застыло. Закрутилось. Завертелось в спираль.
Мало по малу, чёрный генерал теснил девушку. Её руки дрожали. Лицо становилось всё более бледным. В драгоценных камушках её тёмных глаз множились красные трещинки.
Казалось, каждый удар приносит ей нестерпимую боль. Щемящей жалостью отзывалась она в людских сердцах. Девушка была хилой, слабой… Ещё немного, думали воины, и она сломается, как тонкий стручок на ветру… Ещё немного, вот сейчас… Но нет. Снова и снова, когда приходило время обменяться ударами, вся слабость, которая ещё недавно овевала её фигуру, мгновенно улетучивалась; девушка приподнималась, вскидывала меч и совершала движение настолько механическое и точное, что с неё впору было рисовать схемы для учебников по фехтования.
Раздавался звон, и снова юное тельце ломило надвое.
Это была удивительная картина.
Это было проявление не дюжей воли.
Это был результат упорных тренировок.
Воины альянса не могли поверить в происходящее. Вскоре, все они пропитались глубоким уважением к своему генералу… Иные чувства испытывал её противник. Невероятное упорство девушки сводила Хань Луня с ума. Каждый раз, когда он думал, что сейчас это жалкое создание наконец рухнет, сломается, умрёт, что вот сейчас его чёрные когти вонзятся в её плоть, она приподнималась и отбивала его удар как ни в чём не бывало.
В какой-то момент мужчину охватило лютое бешенство. Ему казалось, что она над ним издевается. Что всё это: бледность, трепет тощего тела, капли крови, которые выступали на обветренных губах, — всё это шутка. Она над ним смеётся. Он не понимал, как такое возможно, чтобы противник в своём плачевном состоянии снова и снова отбивал его удары. Более того, напор её клинка не только не ослабевал — он становился сильнее. Невозможно, думал Хань Лунь. Просто невозможно. Вдруг, он обнаружил, что постепенно раздражение у него на сердце превращается в тревогу. Жалкая девушка приобретала в его глазах ужасающие очертания. Она становилась сильнее. Это было невероятно, но с каждым своим ударом она становилась всё сильнее и сильнее.
А что если… Что если она победит?
Эта мысль словно колокольный звон грянула в голове Хань Луна. Лицо его побледнело. Он тотчас забыл и про спор, и про время, и про всё остальное. Холодные пальцы ужаса обхватили его сердце. Что если он проиграет? Что если он… Умрёт?
Он снова вскинул руку и ударил своей когтистой рукой. И снова жалкая, потрёпанная мечница отразила удар… А затем провела неловкий ответный выпад, и лезвие её клинка мелькнула прямо у него перед глазами. Испуганный Хань Лань отпрянул. Жгучая боль прошлась по его лицу. Брызнула чёрная кровь.
И тут же невообразимый ужас схватил мужчину. Он может умереть… Он действительно может умереть. Нет, это невозможно. Невозможно. Мастер… Его спасёт мастер. Каждому из них, каждому своему генералу мастер дал крупицу своей силы. Если он ею воспользуется, то не умрёт.
Она была нужна на самый крайний случай. Позор тому, кто использует её без приказа, но Хань Луню было уже всё равно и на своё честь, и на репутацию. Страх уничтожил его гордость. С бешеной улыбкой на губах он отпрянул и вытянул руку. Вспыхнул блеск. В его пальцах появился и засиял ослепительным светом короткий жёлтый ноготок.
Солдаты замерли. Стоило появиться этому ногтю, как все баталии, которые до сих пор гремели на поле боя, застыли. Так дети, занятые друг другом, немедленно опускают кулаки, стоит в комнату явиться взрослому человеку. На фоне этого маленького кусочка золотистого света все они чувствовали себя совершенно незначительными. Сами себе они казались пылинками, которые сметёт первым же порывом ветра. Испуганные и заворожённые, солдаты обеих армий уставились на жёлтый ноготок в руках чёрного генерала.
Вскоре воинство из мира мёртвых опустилось на колени. Они узнали силу своего мастера и поспешили проявить перед ней подобающее раболепие.
Хань Лунь усмехнулся: к нему возвращались уверенность. Затем он ощутил укол гордости из-за того, что ему пришлось прибегнуть к этому крайнему методу.
Это всё она виновата, подумал Хань Лунь.
Бросив яростный взгляд на мечницу, он заревел:
— Умри, поганая тварь!
В бледную девушку, которая приподнимала свой меч, устремился разрушительный свет…
…
В это самое время, на границе звёздной системы в нескольких сотнях километров от поля боя, заработали врата….
387. Меч
Всё произошло моментально. Мая была всецело сосредоточена на клинке у себя в руках, и когда её противник вдруг отпрянул в сторону, а затем скорчил странное лицо и достал сияющий золотистый ноготь, первой мыслью девушки… Нет, даже не мыслью. Первым, что она сделала, это шагнула вперёд, ему навстречу, пытаясь достать его лезвием своего клинка.
На секунду на бледном лице Хань Луня мелькнул страх. Неужели она настолько сумасшедшая, подумал он о своей сопернице, что готова преследовать его даже после того, как ощутила немыслимую силу его мастера? Да она, должно быть, умалишённая, решил мужчина и даже попытался скорчить улыбку… У него не получилось. С одной стороны, вид девушки, которая следует за ним на верную смерть, аки слепой котёнок, был забавным, а с другой он вселял в мужчину
