неописуемый ужас. Ему захотелось избавиться от этого… От этого монстра, и как можно скорее.
Хань Лунь закричал:
— Умри!
И выпустил силу, заключённую внутри золотого ногтя. Он вздрогнул, и на нём появилась трещина, из которого прямо в девушку устремился яркий золотистый свет. Он почти вонзился в неё, как вдруг глаза Маи, всё ещё покрытые боевой дымкой и суженные в сосредоточении, блеснули, и её руки сами собой выставила клинок перед лицом золотистого света.
Она безумная, подумал Хань Лунь, наблюдая затем, как сияние сперва заволакивает белый клинок, а затем покрывают и саму девушку с ног до головы. Безумна, да, но более она не представляет для него угрозы.
Мужчина выдохнул, а затем почувствовал укол у себя на сердце и сильнейшее смущение. Теперь, когда его противник был уничтожен, аннигилирован, когда от него не осталось даже пыли, Хань Лунь осознал, какой навлёк на себя позор. В таком смешном, жалком сражении он использовал силу своего мастера! Теперь его засмеют. Фэй Тун, этот ублюдок, теперь будет глумиться над ним.
Проклятье. Ну ладно. Пускай. Мужчина приподнял голову и уже собирался приказать своей армии добить противника, который потерял своего генерала… Даже нет, лучше он сам их сейчас добьёт, своими собственными руками, и тут…
Хань Лунь замер.
Золотистый свет прояснился, и перед ним показалась черноволосая мечника. Она… Была ещё жива… Нет, это невозможно! Невозможно! Он не мог поверить своим глазам. Он использовал силу Мастера, её должно было аннигилировать! Расщепить на молекулы!
На секунду голова мужчины совершенно опустела. Он просто смотрел на девушку, и не шевелился. Она тоже не двигалась. Её голова была опущена, и только бледные ручки держали меч… В какой-то момент в голове Хань Луня промелькнула мысль о том, чтобы попробовать сбежать от этого монстра, но, почти одновременно с этим мечник вздрогнула и свалилась на колени. И сразу всё её тело захватила дрожь, и на коже выступили кровавые потёки. Её меч свалился вниз. Казалось, он стал весить целую тонну, так что теперь она не могла его не то что приподнять, но даже и протащить.
Сперва Хань Лунь удивился. Затем, постепенно, его губы расплылись в широкой улыбке… Страх немедленно улетучился. Так она была ранена, Смертельно ранена! Она больше не представляла угрозы. Ну разумеется, ведь она испытала на себе силу его мастера… Видимо, у неё был некий особенной артефакт или ещё нечто в таком роде, что уберегло её жизнь. Но это была удача на один раз. Теперь его противника на может даже пошевелится.
Хань Лунь усмехнулся. Затем приподнял голову и осмотрел вражескую армию. Солдаты противника с тревогой смотрели на своего генерала. Некоторые из них даже пытались, безуспешно, пробиться и спасти её, но не могли пробиться через его собственные войска, которые постепенно теснили их в сторону планету.
Хань Лунь наклонил голову и вальяжно прошёлся к дрожащей девушки. И снова она попыталась приподнять свой меч. Он вздрогнул… Но не пошевелился.
— Ты поплатишься за свою дерзость. Подумать только… Я потратил силу мастера на такое убогое существо, — на пальцах Хань Луня вырос чёрный коготь. Мужчина приподнял свою руку и прицелился девушке в шею. Она стиснула зубы. Хань Лунь подумал, что она попытается бежать, оставит неподъёмный клинок, — который он разумеется собирался преподнести в качестве подарка мастеру, — но мечника продолжала сжимать его обеими руками.
— Смешно, — хмыкнул Хань Лунь и стал опускать своё чёрный коготь прямо на её белую шейку.
— Действительно смешно, — раздался голос у него за спиной, и кто-то схватил руку Хань Луня за локоть. Мужчина вздрогнул и отпрянул в сторону. Неизвестный не стал его удерживать, и Хань Лунь сразу умчался на сотню метров и растерянно посмотрел на человека, который так неожиданно пробрался ему за спину.
Это был мужчина, примерно сорока лет, с длинными чёрными волосами, облачённый в простую бронзовую броню.
— Ты… Как ты… — сюда пробрался, хотел было спросить Хань Лунь, но уже на полове предложение запнулся. Не обращая на него внимания, неизвестный в броне посмотрел на девушку, стоявшую на коленях. Последняя приподняла голову, улыбнулась, и вдруг безвольной куклой рухнула на стальную обшивку космического судна. Тогда мужчина улыбнулся, покачал голов и подобрал её на руки.
Хань Лунь растерялся. Почему этот новый противник совсем не обращает на него внимания. Он что? Тоже сумасшедший?.. Неважно. Он поплатиться за свою дерзость:
— Умри! — крикнул Хань Лунь, вскинул руку и набросился на врага. Чёрный коготь был уже в миллиметрах от его, шеи, как вдруг мужчина повернулся и выбросил руку. Хань Лунь ощутил сильнейший зажим на своей шеи, попытался отпрянуть, затем увидел кулак у себя перед глазами и…
Последним, о чём подумал Хань Лунь, было время.
Сорок восемь часов уже прошли. Он опоздал.
После этого его сознание захватила чёрная дымка.
Навсегда.
388. Сдавайтесь
Фан Линь бросил быстрый взгляд на разбитую чёрную фигурку у себя перед глазами. После его удара лицо генерала из мира мёртвых треснуло, один его кусочек и вовсе отвалился, и он стал похож на разбитую фарфоровую куклу. Сходство проявлялась во всех отношениях, в том числе и в стеклянных глазах. Он был мёртв. В нём не осталось ни единой искорки жизни.
Фан Линь мимолётно подумал о том, что поступил неправильно, что ему нужно было сохранить жизнь — если это можно было назвать жизнью, — противнику если не для того, чтобы он приказал своей армии отступить, то хотя бы с целью последующего допроса. Зря он просто взял и убил его.
С другой стороны, в эту конкретную секунду он вообще не думал.
Взгляд Фан Линя опустился на девушку, которая лежала у него в руках. Никогда прежде не видел он её настолько потрёпанной. Лицо её было бледное, как первый снег. В тёмных волосах, на побледневших губках, на шее и на подбородке запекалась кровь. И всё-таки она была жива, и тёмные глаза девушки, самую малость приоткрытые, как у сонного человека, смотрели на него с нежной, влажной, вязкой и сияющей теплотой.
— Мастер, — прошептали её губы, — я… — она попыталась встать, и все мышцы её тела, тонкие, жалкие, которые Фан Линь чувствовал своими ладонями, единовременно задрожали.
— Спи давай, — сухо сказал мужчина, вытянул руку и нежно щелкнул её полбу. Мая вздрогнула, её реснички в последний раз затрепетали, и она закрыла глаза.
Вскоре её беспокойное дыхание стало размеренным, и девушка уснула.
Фан Линь ещё раз посмотрел на её нежное спящее личико, а затем приподнял голову и обратил взгляд
