Тогда Атрей послал в Дельфы слуг испросить оракула о том, как спасти город. Ответ Пифии был таков: чтобы жители перестали страдать, нужно вернуть в Микены Фиеста. Как ни противился этой мысли Атрей, он не мог дать погибнуть целому городу из-за своей вражды с братом. Он понял, что иного пути нет, и приказал искать Фиеста во всех уголках Греции, но отнюдь не обещал ему теплый прием. Люди Атрея ездили из города в город, из селения в селение, но Фиест будто канул в Лету, никто о нем даже не слышал. Но вот однажды в Сикионе нашлись Пелопия и Эгисф. Их обоих доставили к Атрею, и тот решил, что кровь от крови Фиеста может подойти для того, чтобы успокоить гнев богов. Он оставил у себя обоих племянников и растил Эгисфа как родного вместе со своими детьми: сыновьями Агамемноном и Менелаем и дочерьми Анаксибией и Астиохой.
Беды в Микенах утихли, и царская семья впервые за долгое время вздохнула с облегчением. Шли годы, и сыновья Атрея уже превратились в юношей. Зная историю своего рода, они захотели положить конец ее ужасам. Агамемнон и Менелай сами отправились на поиски дяди, и на этот раз судьба им благоволила. Братья смогли найти Фиеста, он был схвачен и привезен в Микены, где Атрей приказал бросить его в темницу. В голове его уже созрел красивый план: он пожелал, чтобы Фиест умер от рук собственного сына, последнего из своего рода. Атрей вызвал Эгисфа и велел ему расправиться с разбойником, запертым в темнице. Юноша, не задавая лишних вопросов, отправился туда, вошел к Фиесту и занес над ним меч.
Но вдруг возглас удивления вырвался из уст Фиеста: узнал он свое оружие. Его он оставил Пелопии перед тем, как покинуть ее и малолетнего сына. Теперь этот меч послужил ему еще раз, и Фиест стал умолять Эгисфа выслушать его. Когда правда раскрылась и Эгисф понял, что едва не убил собственного отца, он пообещал во что бы то ни стало вернуть власть в Микенах Фиесту. У них появился коварный замысел, и они тут же привели его в исполнение.
Эгисф уверенно вошел в покои Атрея и сказал ему, что пленник мертв. Атрей же, вздохнув с облегчением, стал торопливо собирать различные жертвы для богов, чтобы ознаменовать конец братской вражды и заодно вымолить прощение за причастность к убийству Фиеста. Вместе с дарами богам Атрей отправился к берегу моря, а Эгисф последовал за своим дядей. Когда же тот отвернулся, чтобы начать ритуал, Эгисф пронзил его спину мечом. Атрей упал замертво, не успев произнести и слова.
Отомстив за смерть родных, Эгисф поспешил во дворец, где освободил Фиеста, и власть над Микенами перешла к нему. Когда вести о перевороте дошли до Пелопии, она, объятая горем, бросилась на меч, чтобы не быть больше свидетелем кровавой вражды потомков Пелопа. Сыновья Атрея, Менелай и Агамемнон, опасаясь за свои жизни, бежали из Микен, и таким образом Фиест и Эгисф остались единственными властителями города. Убежище беглецам предоставил спартанский царь Тиндарей. Узнав об их бедах и о том, что они несправедливо изгнаны из родного города, решил он оставить юношей у себя на службе. Доблестные воины, они заслужили его полное доверие и расположение, поэтому, когда пришло время, Тиндарей помог им отвоевать власть в Микенах и победил Фиеста. Фиест и Эгисф бежали, а на трон Микен взошел Агамемнон, став самым могущественным из царей Греции того времени.
Этот акт завершается историей, описанной у некоторых античных авторов (например, у Еврипида и Павсания) и предвещающей ужасы грядущих событий. Иногда рассказывают, что дочь Тиндарея, Клитемнестра, уже была замужем за Танталом, внуком того самого Тантала, отца Пелопа, и от их союза даже родился сын. Но Агамемнон в одном из своих походов увидел Клитемнестру и, желая ее в жены, убил Тантала и их дитя. Только после этого он поехал ко двору Тиндарея и получил разрешение жениться на Клитемнестре. Другая дочь спартанского царя, Елена, стала супругой Менелая, который после смерти Тиндарея унаследовал власть в Спарте. Эти события предваряют новую череду бед и несчастий в поколении внуков проклятого Пелопа.
Была ли на то воля судьбы или к ней примешалось еще и проклятие Пелопидов, вот только счастье Менелая и Елены длилось недолго. Прекрасную царицу украл троянский царевич Парис, что стало поводом для самой масштабной войны греческого мира.
Похищение Елены. Керамическая тарелка, рельефная роспись. Южная Италия, III в. до н. э.
The J. Paul Getty Museum, Los Angeles, 84.DE.118
Менелай обратился за помощью к Агамемнону, и тот, собрав наибольшее число военных кораблей, был избран командовать объединенными силами греков. Война растянулась на десять лет, и за это время в доме Агамемнона произошли изменения.
Царевна Клитемнестра еще помнила, что узы их брака осквернены убийством ее мужа Тантала и первого сына. Однако горе достигло предела после того, как Агамемнон обманом заставил ее приехать в Авлиду с их дочерью Ифигенией и затем вероломно предал, принеся Ифигению в жертву, чтобы греческие корабли наконец двинулись в Трою. Потеря дочери оказалась непосильной ношей и превратила царицу в мстительную, жестокую женщину, замыслившую смерть мужа.
Узнав, что Агамемнон отправился в долгий поход, из изгнания вернулся Эгисф. Его обуревала жажда мести двоюродному брату, и он хотел вернуть себе власть в Микенах. Неожиданно у беглого сына Фиеста и убитой горем матери Ифигении нашлось нечто общее, что сделало из них союзников, а со временем – даже влюбленных. Клитемнестра и Эгисф больше всего на свете желали отомстить Агамемнону[24]. Последней каплей для царицы стало то, что Агамемнон по возвращении из Трои привез с собой троянскую царевну Кассандру в качестве наложницы. Та самая Кассандра, предсказывавшая лишь горести и несчастья, предрекла, что в этом доме Агамемнону да и ей самой, грозит смерть, но вновь осталась не услышана.
Клитемнестра устроила мужу пышный прием, пригласила его омыться перед пиршеством в честь его возвращения, а когда Агамемнон закончил, внезапно накинула на него ткань. Не ожидая этого, царь запутался в драпировке, и в тот самый миг к нему подкрался Эгисф и ударил мечом. Не теряя времени, Клитемнестра приказала разделаться с несчастной Кассандрой, а затем подавила восстание среди тех, кто оставался верен Агамемнону.
Кровь ручьями текла из царского дома, и в этом хаосе криков и сверкающих мечей дочь Агамемнона и Клитемнестры по имени Электра вместе с кормилицей вынесла закутанного в плащ брата Ореста. Он мог стать следующей жертвой, ведь Эгисф захотел бы убрать нежелательного претендента на микенский трон. Когда суматоха улеглась и стало ясно, что замысел Эгисфа и Клитемнестры удался, они вдруг обнаружили, что Орест пропал. Разъяренный Эгисф хотел было расквитаться с Электрой, но Клитемнестра опасалась, что многочисленные смерти и так вызовут гнев богов. И если разделаться с Агамемноном у нее причин хватало, то дочь Электра лично против нее ничего не злоумышляла. Поэтому решено было отдать Электру замуж за простого крестьянина, чтобы ее дети не могли претендовать на трон в Микенах.
Маленький Орест оказался изгнанником и попал ко двору критского царя Идоменея, а потом – в Фокину, где рос у своей тетки Анаксибии. С ее сыном Пиладом, своим двоюродным братом, Орест стал неразлучен, и они росли вместе в крепкой дружбе. Возмужав, Орест отправился в Дельфы за советом оракула. Понимая, что за смерть отца следует мстить, Орест в то же время сомневался, верно ли это, ведь противостоять ему придется родной матери и родному дяде. Но в святилище оракула к нему явился сам Аполлон и призвал свершить то, что должно, пообещав, что в противном случае Орест всю жизнь будет мучиться и сгинет от безумия.
Тогда Орест вместе с Пиладом отправился в Микены, готовясь встретить свою судьбу и последствия, какими бы ужасными они ни были. В Микенах он навестил могилу Агамемнона и по греческому обычаю вместе с приношениями оставил там прядь волос. Вскоре после этого к могиле пришла Электра и по пряди сразу же догадалась, что
