— Мой багаж, нужен кто-то из слуг.
— Я сам все донесу, не извольте волноваться.
— Ты маг? — чуть замешкалась я.
— Да, я одарен, но немного, — произнес юноша с гордостью, — Не так, как отец, увы.
— Что ж.
Мы оба почувствовали неловкость момента. Кучер скрипнул сапогами впереди, небрежно спрыгнул с козел, чуть покряхтел, затем дошел до задней части кареты, принялся распутывать дорожные ремни, которыми были прикручены к карете все мои новые вещи. Так же кряхтя, он спустил их на тротуар. К моему безмерному удивлению, Анджел сам догадался сунуть в натруженную руку кучера монетку. В ту же секунду тот сжал ее в своем кулаке.
— Не стоило, господин, ваша мачеха уже расплатилась. Покорнейше благодарю. Да пребудет мир в вашем доме и в вашей семье, теперь она стала больше и вскоре обязательно расцветет. Ваш отец и ваша мачеха очень красивая пара. Я рад, что у них есть такой чудесный потомок, как вы, — судя по медовому голосу кучера, монетка оказалась весомой. Да уж и очень быстро он сжал ее в своем кулаке.
— Вы видели моего отца. Простите, а где он вышел, я забыл уточнить?
— К-хм. Не поладили они маленько, вот папа от счастья и ушёл гулять по полям. Сугубо от счастья! Что жена ему такая досталась. Красавица! Да еще и трудолюбивая, одним словом — ведьма. Думаю, к ночи отец до дома дойдёт. Может, и раньше, если решится пройти с того края через город. Но я б на его месте шел кругом, ни к чему рисковать, а это дольше. Да, вокруг города по болотам всяко дольше. Еще ж и волки там были. Но отец маг, справится, наверное, как-то со стаей. Ничего, к завтраку точно будет. Уверен!
— Я же так на работу опоздаю. С меня там голову снимут вместе с прической! — ахнула я.
— Я ж говорю, очень любит трудиться ваша мачеха.
Анджел недоуменно поднял правую бровь, прищелкнул пальцами и с легкостью взял в руки два ящика с багажом. Все, что осталось мне — донести коробку со шляпами.
Я шагнула на подъездную дорожку, Анджел чуть замешкался здесь, поставил багаж, достал ключ, неспешно размотал цепь на калитке. Мне он невозмутимым голосом, совершенно не детским, счел нужным пояснить.
— Мы раньше жили с отцом в другом месте, там было неспокойно, — по голосу парнишки я слышу, что он врет или крупно не договаривает. Подростковую ложь я чувствую кожей, за столько лет, что преподаю, уже натренировалась.
— Любопытно.
— Лорд очень не любит, когда ворота остаются открытыми.
— Какой лорд? Хозяин дома, вы снимаете, я правильно поняла?
— Этот дом принадлежит моему отцу, лорду Оскару, вы не знали? — мальчишка в полнейшем изумлении уставился на меня.
— Как интересно. Нет, я даже не догадывалась.
Парень сделал странное движение глазами, будто бы взвесил меня или что-то прикинул. Мы неспешно направились к особняку, позади заскрипел колесами экипаж, лязгнули цепи. На этот звук я обернулась. Калитка захлопнулась сама по себе, цепи, словно две змеи, обвили ее прутья, пасть навесного замка хищно распахнулась, поймала колечки цепи и с лязгом захлопнулась. Невольно я вздрогнула, не каждый день такое увидишь.
Да и иду я не столько в дом жениха, сколько в логово вампира. Очень резко захотелось вернутся на оживленную улицу, просто сбежать. Это насколько нужно не иметь разума, чтоб вляпаться в такую историю? Конечно же, обратно меня никто не вернет, даже не подумает возвращать! Ну я и глупая, если не ввернуть словечко из запрещенного для учителей лексикона.
Нет, ну надо же так! Сколько раз я рассказывала детям о правилах безопасности, о том, что с незнакомыми людьми нельзя никуда ходить, а уж тем более с упырями! А сама? Сама-то я на что надеюсь? На то, что меня вот так просто возьмут и отпустят из этого дома на все четыре стороны сразу? Угу, как же, мечтаем дальше. Еще и домой помогут попасть. Нужно бежать, разыскать Дениса, пообещать ему что угодно, лишь бы помог мне вернуться домой. А еще лучше — найти тот дом, во дворе которого я очнулась. Наверняка портал на Землю где-нибудь там. Нужно только разыскать его, и я вернусь к дочери.
— Госпожа, могу я спросить? — парень резко обернулся, нахмурился, чуть приподнял свой острый подбородок. Он ровесник моих детей, а выглядит настолько старше. Моих — я имею в виду детей того девятого, проклятого всеми учителями класса, которыми я руковожу. Пытаюсь руководить.
— Да, конечно. Спрашивай, что нужно.
Парень совсем уж нехорошо на меня посмотрел. Еще чуть-чуть и он спросит, под каким бы соусом я хотела оказаться на их семейном ужине. С клюквой или со сметанкой подавать мою кровушку.
— Вы откажете моим гувернерам? И займетесь воспитанием сама? — сощурился, голову в плечи вжал. Боится? Нет, не думаю. Знать бы, что вообще можно ждать от юного упыря.
— Думаю, мы обсудим это с твоим отцом. Без гувернеров будет не обойтись. Но все же я надеюсь внести свою лепту в твое воспитание, — Я очень надеюсь выжить!
— Благодарю, я вас понял, — мальчишка в задумчивости взглянул на дорогу, поджал бледные губы и наконец отворил передо мной двери дома. А я и не заметила, как мы успели дойти, — Прошу вас, проходите.
— Спасибо, ты очень любезен.
Впереди просторный холл, пол блестит, нигде ни пылинки, роскошная лестница на второй этаж. Что это? Надеюсь, не мышеловка и я не сто первая жена, которая вот так, по глупости, перешагивает через этот порог, чтоб не дожить до утра.
— Сколько раз, говоришь, твой отец был женат?
— Я знаю только о двух его браках.
— О двух?
— Мой отец вдов. Теперь же вы вторглись в его холостую жизнь, чтобы наполнить ее светом.
— Какая красивая фраза. Где ты ее вычитал?
— Гувернеры заботятся о моем воспитании.
— Ага, я так и подумала.
Я оглянулась назад, на улицу, утопающую в свете редких фонарей. Очень захотелось обратно, выйти на тротуар и ждать мужа там. А когда он вернется — стрясти с него все, что он обещал, точнее, возможность вернутся обратно на Землю. Внезапно раздался ужасающий вой, прямо оттуда, с улицы милого городка, за ним следом послышалось веселое гоготание.
— Это кто?
— Должно быть, соседи, через два дома от нас. Там живут вурдалак с женой. Как будто сегодня они что-то празднуют. Будет лучше, если вы зайдете в дом, госпожа, — парень обеспокоенно посмотрел на улицу, его пальцы сами собой потянулись к ручке двери. Я шагнула в дом, дверь почти сразу захлопнулось. Только с улицы донеслось рычание и отчаянный крик женщины.
— Голубые!
— Р-р-р-розовые! Я порву тебя на лоскутки, Антонина.
Вот и захлопнулась мышеловка, в отчаянии подумала я. Живот отчаянно заурчал, как же неудобно перед парнишкой. Как давно я не ела? Кажется, последний раз это были макароны в школьной столовой.
— Должно быть, вы устали с дороги, — осторожно предположил юноша. Решил заманить в глубину дома? Чтоб моих криков никто не услышал?
— Нет, ну что ты.
— В какую комнату отнести ваши вещи? В спальню отца? — произнес он с видимым напряжением.
— Оставим пока все здесь. Я потом разберу.
— Слуги могут не так понять, — замешкался парень.
— Кстати, а где они? — насторожилась я и еще раз обвела взглядом холл. Ну, хоть чучел бывших жен и невест нигде нет, уже хорошо. Вообще, этот дом выглядит роскошным, ухоженным, видно, что о нём очень заботятся.
— На ночь все слуги покидают дом, уходят во флигель. Я говорил, раньше мы с отцом жили в другом месте. Там было очень небезопасно, потому-то мы сюда и уехали. И теперь отец не выносит, когда ночью в доме есть кто-нибудь посторонний, может по ошибке принять его за грабителя и выйдет совсем уж худо. Ни к чему рисковать. Мертвые слуги работают гораздо хуже живых, да и услуги некроманта дорого стоят, — парень неловко улыбнулся. Я побледнела.
— Что?!
— Отец так любит шутить.
Анджел втянул голову в плечи. На улице вновь послышался шум. Крики, громкие голоса, потом визг. Наверное, я совсем устала, просто на автомате открыла дверь и громко крикнула своим профессиональным голосом опытного педагога, доброжелательным таким, чтоб уж наверняка.
