— Чего?
— Ну, например, того, что он может убить тебя, — рыцарь обеспокоенно смотрел на неё, не обращая внимания на недовольный взгляд волшебника, которому явно не нравилось, что он так просто называет жрицу по имени.
— Хм... В одном из миров ходит одна мудрая мысль о том, что страх убивает разум. Когда в опасной ситуации человек поддаётся страху, он перестаёт думать и в результате именно из-за этого погибает, а тот, кто вместо страха начинает действовать, как правило, справляется с опасностью. К тому же, чего мне бояться? Я жрица, Богиня защищает и оберегает меня.
Риана беззаботно рассмеялась, в то время как её спутники смотрели на неё со странной смесью эмоций в глазах. С одной стороны — с восхищением, с другой — с недоверием. А девушка опять повернулась к ним с горящими от любопытства глазами:
— Ну а третий?
— Что? — не понял первый волшебник, он всё ещё не мог понять, то ли эта жрица слишком наивна, то ли действительно обладает настолько сильной магией, что даже смерти не боится.
— Третий генерал. Вы же говорили, их трое.
Лекамир, видя перед собой девушку на целую голову ниже его самого, да и по объёму почти в два раза меньше, сомневался в том, что она может одолеть того, кто, по слухам, своих врагов разрывает на куски голыми руками. Однако он также отмечал, что мускулы на ее руках развиты, они не так видны как у мужчины, но читаются, когда она напрягает руки. Рыцарь не осмеливался раздумывать о том, как выглядит её тело, которое сейчас скрыто за туникой, но почему-то не сомневался, что оно так же натренировано. И что девушка, несмотря на свою в целом женственную фигуру, довольно сильна. Осознав, что его мысли начинают приобретать интимный оттенок, он с радостью сменил тему.
— А третий — это Эгрант, — сказал рыцарь. — О нём меньше всего известно. Одно только ясно: он очень умён и, насколько я слышал, отличный стратег. Когда Талемы пошли на Шентру, второе завоёванное королевство, то Эгрант сумел меньшим числом войск, да ещё находясь в невыгодной позиции, одержать убедительную победу.
— О... — Девушка задумалась. — Судя по всему, этот ваш Дракон собрал возле себя таких же выдающихся личностей. Теперь многое становится ясно... Видимо, я всё-таки попала туда, где не только смогу найти достойного противника, но и принести реальную пользу людям. Итак, мне не терпится, давайте поспешим!
С этими словами она сорвалась с места и побежала вперёд по тропинке. Лекамир сначала проследовал было за ней, но потом понял, что ему не сравниться со жрицей. Девушка бежала так, будто не знала значения слова усталость. Ему пришлось сесть на своего коня, чтобы поспеть за ней.
И последующие часа два они так и двигались. Волшебники в карете, рыцари верхом, причём и те, и другие пришпорив коней, а девушка бежала, ничуть не отставая и даже время от времени чему-то посмеиваясь.
Анаквий Третий сидел на своём троне и с тоской наблюдал за танцующими подданными. А в частности за своей дочерью, принцессой Олеей. Она была одной из немногих, кто по-настоящему веселился сегодня. Что за блаженное неведение и невинность.
Его старшая дочь сидела недалеко от него, стараясь не выглядеть слишком отчуждённой, в то время как другие придворные дамы вовсю улыбались и обсуждали кавалеров. Но Анаквий видел, как напряжена её фигура. У отца и дочери уже состоялся неприятный разговор по поводу его планов на жрицу. Он знал, что Келина не одобрит этого, потому ничего ей не рассказывал. Король вообще хотел держать её от всего этого подальше, но с тех пор как его старшая дочь поняла, что наследницей престола станет Олея, она вовсе не перестала интересоваться делами короны. Если раньше девушка училась управлять людьми и королевством, то теперь она посвятила себя тому, чтобы их защищать. Старшая принцесса изучает мастерство меча и полна решимости влиться в ряды воинов, а также она вникает в тонкости и хитрости взаимоотношений между равнинными королевствами, учится дипломатии.
И Анаквий должен был признать, что со своим умом и сообразительностью его дочь многого могла добиться. Он уже не однократно жалел, что она не родилась мужчиной. Не было бы правителя лучше. Её желание во что бы то ни стало служить родному королевству вызывало в нём одновременно гордость и отчаянье. Монарх всё ещё надеялся, что она образумится и найдет себе мужа, обзаведётся детишками и обретёт простое женское счастье.
Но сама Келина была иного мнения. Каждое утро она изнуряла себя тяжёлыми тренировками, превращая нежное девичье тело в гору мускулов. А вторая половина дня принцессы проходила в залах совета или в кабинете отца, забивая нежную головку знаниями и государственными проблемами.
Анаквий вздохнул и опять посмотрел на Олею, свою младшую дочь. Она была в роскошном платье, в отличие от своей сестры. Если Келина предпочитала скромные и простые наряды, то для Олеи не существовало такого понятия как "слишком роскошно". Она была настоящей принцессой: красивой, весёлой, доброй. Светлым человечком, которого хотелось защитить от того страшного мира, что простирался за стенами замка. И сейчас она танцевала со своим кавалером, улыбалась и радовалась от души. Девочке недавно исполнилось семнадцать, возраст, в котором тебя покидают последние детские черты. Её очарование раскрылось и заиграло всеми своими цветами.
Когда к ним прибыл герцог Зеленовский из горных хребтов, чтобы договорится о брачном договоре, он был просто сражён красотой Олеи.
Переговоры с ним велись уже давно, так как оба правителя хотели объединить свои земли. Герцог хотел перебраться на Равнину и иметь официальный статус короля, но все его территории были в горной местности, а Анаквий же был не против расширить свои владения. Тем более что в горах было много ценных ископаемых, из-за чего Зеленовкий был несказанно богат. К тому же, в свете приближающейся угрозы с севера, лишняя военная помощь союзников Люкении будет весьма полезна. Так что, после довольно быстрых переговоров, было решено заключить брачный договор между ним и Келиной, которая с радостью согласилась, узнав, какую пользу принесёт этот союз. Когда же она поехала к нему с визитом, оба они быстро нашли общий язык, и Анаквий не мог не нарадоваться тому, как всё хорошо получилось.
Однако когда Герцог прибыл к ним в замок с ответным визитом и увидел младшую принцессу, то не смог устоять и попросил пересмотреть условия брачного контракта. Анаквий при всём желании не мог его винить, он понимал, что Олея намного привлекательней сестры, но всё равно было обидно за старшую дочь. Тем не менее, после долгих уговоров, Олея согласилась выйти замуж за Герцога.
