подливаю только масла в огонь?
Так и вижу насмешливую ухмылку Ксюши: «Агния, твой талант усугублять ситуации сравним разве что с умением заливать пожар бензином. Браво, малышка!»
Ведь в действительности я не собиралась никуда идти с балагуром Костей!
Но мой язык, будто живущий своей отдельной, авантюрной жизнью, продолжал усердно рыть мне яму, закапывая меня все глубже и глубже.
— Вообще-то, это будет не совсем свидание, — продолжила нести я свой бред, чувствуя, как по спине бежит предательский холодок.
— Мы просто… сходим на прогулку. Полюбуемся звёздами. Строго как хорошие, платонические коллеги. И не более! — выдавила я, чувствуя, как предательская дрожь в голосе выдает меня с головой, но я не сдаюсь.
Игнат замер, и в этой внезапной неподвижности было что-то пугающее. Вся его мощная фигура напряглась, он наклонился ко мне, сокращая и без того ничтожное расстояние между нами. От него исходил жар, а в воздухе запахло грозой.
— Кнопка, то есть ты хочешь сказать, — его голос был низким и обманчиво спокойным, — что ты будешь молчать о нас… чтобы спокойно сходить на свидание с Костей? Чтобы романтично полюбоваться с ним ночным городом?
— Ну да! — обрадовалась я, интенсивно кивая головой, словно подтверждая его слова. — Именно! Ты всё правильно понял…
Глаза мужчины сузились, а я поняла, что снова что-то сказала не то.
— То есть… нет, — попыталась я исправится, чувствуя, как горит лицо и путаются мысли. — Я не это имела в виду, Игнат…
Его взгляд скользнул по моему лицу, выискивая малейшую ложь, а губы тронула едва заметная улыбка.
Я сделала шаг назад, но уперлась спиной в стену. Бежать было некуда.
— Не это? — он склонился еще ближе, и его дыхание коснулось моих губ. — Тогда что же, Кнопка? Объясни. Я внимательно слушаю. Что же ты имела в виду, когда предлагала хранить нашу общую «тайну» ради свидания с другим?
В его голосе сквозила опасная, почти хищная мягкость, от которой по спине побежали мурашки.
Глава 12
Агния Стомина
Горячее дыхание Игната обжигает мои губы, мне кажется, еще вот-вот и сердце выскочит из груди.
Я зажмуриваю глаза на мгновение, пытаясь таким образом успокоить бешено колотящееся сердце.
Кажется, моя шутка вышла за рамки моего «гениального плана».
«Агния, ты как всегда! Не изменяешь своей привычке доводить все до абсурда», — мысленно журю себя я.
Вот и как мне выкрутиться из этой весьма пикантной ситуации?
Я заставила себя выдохнуть и медленно, слишком медленно, открыла глаза. Его взгляд ждал меня. Глубокий, пронизывающий, полный невысказанных мыслей.
Вокруг нас по-прежнему царит полумрак, создавая особую, «интимную» атмосферу.
Ехидный голос лучшей подруги Ксюши врывается в сознание сквозь шум в моей голове: «Агния, даже в самом смелом романе такую ахинею не пропустила бы ни одна уважающая себя редакция».
«Может, опять сказать что-нибудь из ряда вон выходящее? Или сделать вид, что это все глупая шутка…».
Не успеваю до конца сформулировать мысль и решить, как лучше поступить в сложившейся ситуации, как мужчина чуть отстраняется, настолько чтобы наши глаза встретились.
Его тепло-карие омуты смотрят на меня внимательно, изучая каждый миллиметр моего лица.
Под этим пристальным вниманием щеки вспыхнули предательским румянцем, а по спине пробежали мурашки.
— Я предлагаю тебе сделку, кнопка! Стань моей женой! Фиктивной, всего на месяц, — продолжает красивый мужчина шокировать меня каждым произнесенным словом.
Мой рот сам собой приоткрывается в удивлении, принимая форму буквы «О».
Вот как я умудрилась во все это вляпаться?
— Месяц? — мой голос прозвучал низко и хрипло.
— И что входит в условия этой… сделки? Кроме ношения твоего кольца и сомнительной чести быть твоей «фиктивной» женой, Игнат? — более уверенно говорю я, в моем голосе присутствует и доля скептицизма.
Несмотря на то, что сердце в груди вновь ускорило свой ритм, я решила узнать суть столь абсурдного предложения, в этот раз он переплюнул даже меня в этом…
Игнат отвечает не сразу, сначала он какое-то время молчит, обдумывая что-то.
— Моя мама настаивает на браке, — наконец произнес он, и в его глазах мелькнуло что-то сложное — смесь раздражения и неизменной сыновней привязанности.
— Но дело не только в ее настойчивости. Точнее… есть еще одно обстоятельство…
— Когда я открывал свое дело, взял у отца деньги на это, — Игнат произнес это с неожиданной горечью в голосе.
Пальцы Игната нервно провели по идеально уложенным волосам, нарушая безупречную укладку. Этот непроизвольный жест выдавал его истинное состояние — передо мной стоял не самоуверенный успешный мужчина, а загнанный в угол человек, пытающийся сохранить лицо.
— Папа сказал мне тогда, что вложится при одном условии, но в тот момент не сказал, какое оно…
— Я в то время как-то не задумывался, к чему может привести такая беспечность. Ты же помнишь моего отца?
Я молча кивнула, в памяти тут же всплыл образ сурового мужчины с ледяными голубыми глазами, который в детстве казался мне воплощением чего-то устрашающего. Когда отец Ксюши смотрел на меня, мне всегда казалось, что он видит не просто маленькую девочку, а читает все мои тайные мысли, все спрятанные страхи и надежды.
— Мне был важен только результат в тот момент! — продолжал говорить Игнат, и в его голосе я отчетливо услышала отголоски отчаяния.
Я молча продолжала слушать мужчину, давая ему выговориться, отлично понимая, что за этими словами скрывается многолетняя боль и желание что-то доказать родителю.
— Я так хотел ему доказать, что я… Впрочем, это уже не важно.
Он с силой сжал переносицу, как будто пытаясь физически подавить нарастающую мигрень.
— И вот недавно отец поставил мне условие. Жениться. В течение месяца. На «достойной кандидатуре» из его списка, — брюнет произнес эти слова с таким отвращением, что я вздрогнула.
— Иначе он не только отзывает все инвестиции из моей компании, но и забирает её под свой контроль. Это всё прописано у нас в договоре. Компания «БаринOFF» это моё детище, которое я строил с нуля, вкладывая всю свою душу в него, — голос Игната дрогнул, выдавая глубину его отчаяния.
— Только это доказывает, что я чего-то стою без его денег и связей, — это он произнес так тихо, что мне показалось, что это всё мне послышалось.
Игнат резко повернулся ко мне, и в его глазах горела смесь ярости и отчаяния.
— Поэтому я предлагаю тебе сделку, Кнопка. Ты становишься моей женой. Всего на месяц. Этого хватит, чтобы формально выполнить его условие, успокоить маму и дать мне время придумать выход из сложившейся ситуации, — он горько усмехнулся.
— Потом мы с громким «скандалом» расстаемся, и я
