Оба не проявляли ни малейшего желания покинуть меня и отправиться обратно в лес, который виднелся невдалеке. Было похоже, что меня единогласно избрали вожаком стаи. А куда стая — туда и они.
Называть обоих щенков мелкими мне уже порядком надоело, к тому же различать их придется, если они со мной останутся.
— Эй, вы, морды! — морды внимают мне, не моргая.
— Как бы вас обозвать? На Белку со Стрелкой вы не похожи, писаете не сидя. А Шариками оба быть не можете. Ну не Кубиком же второго называть? Нет? Правильно, — я замолкаю и внимательно разглядываю щенков, отвечающих мне тем же.
— Вот когда надо, ничего путного в голову не лезет. Бред один. Ну, ладно… Буду сейчас все подряд гнать, на что отзоветесь, тем и будете, — принимаю окончательное решение.
Щенкам оно видимо не нравится, так как они начинают расползаться по углам, притворяясь ковриками. Долгое перечисление различных существительных, прилагательных и имен собственных дает неожиданный результат.
Живчик, постоянно сопровождающий меня на охоту, оказывается Ветром. А вот его выздоравливающий брателла — Роем.
М-да. То ли они от меня чувством юмора заразились, то ли и правда им так нравится. Ну, как нравится, так и будет.
Теперь настало время подумать об имени для себя. В том смысле, что в люди мы пойдем со дня на день, и мне как-то придется представляться. Я, конечно, сначала послушаю, что там происходит, но, судя по имени погибшего парнишки, Вась, Петь и Александров я здесь не встречу. Впрочем, как и Биллов, Джонов и прочих Ричардов.
Собственным именем я представляться не хочу. Оно у меня своеобразное. Я полжизни прожила как Касандра Тышкевич. Тоже большая и отдельная история, как и про мою внешность. К тому же меня смущает тот факт, что обычно в фантастической литературе с именами вечно какая-то засада происходит. То к душе привязка, то к свободе. Бог их знает, местных этих. Лучше не рисковать.
— Ветер, как мне назваться? — лениво окликаю тигропса, блаженно грызущего вчерашнюю косточку.
— Р-р-р-рр…
— Не, не пойдет, слишком брутально и как-то по мачистски. Рой? — оглядываюсь на второго. Этот уже просто спит, громко сопя под лапами, которыми закрывает морду.
— Эх вы, как есть, так первые, — вздыхаю я.
А чего вздыхать-то? В глубине души я уже решила, что для всех окружающих позаимствую в виде своего имени то, как меня видел Моринадзуко-сан. Кирой буду. Опять же проще реагировать, если зовут. На это я точно откликнусь.
Глава 6
Весь следующий день мы посвятили наведению лоска. Ну, со мной все понятно — постирушка джинсов и футболки, приведение в порядок волос и ногтей. Звучит быстро. В реальности, без моющих средств на это ушло полдня.
Хищников своих я просто протерла остатками рубашки. И задумалась. За ту неделю, что мы здесь живем, они, то ли от оседлой сытой жизни, то ли природа у них такая, выросли до размеров крупной овчарки. Да и детскую пушистость как-то пообтерли. Страшненькие зубки делали их внешность еще более колоритной. Да и, думаю, все местные в курсе, что это за зверьки. Надо бы как-то обозначить их принадлежность к домашним животным, а то пристрелят с испуга. Людям вообще свойственно уничтожать то, чего они боятся.
Максимум, до чего я додумалась — это ошейник. И вот из чего их сделать? Кожи у меня нет, да даже если бы и была, шить мне ее нечем. Хотя… Тут ведь главное чтобы видно было?
Вздохнув, отхватываю ножом еще кусок от нижней юбки своего бального платья. Она дымчато-голубого оттенка, на черной шерсти издалека видно. Завязываю ленты у них на шеях. Ага, бантиком. Контраст бантиков с зубками даст нужный эффект замедления у тех, кто захочет пострелять по целям. А лишняя минута для размышления в такой ситуации — дополнительный контролер в поведении. Проще говоря, пока они глазки от изумления протирают, мы либо убежим, либо всем по шее накостыляем.
Хорошо, что эти смешные щенки со мной, одну бы меня давно засекли. Места все-таки заселенные. Хотя была в поведении местных одна оригинальная деталь. На этот берег реки, к лесу, они не ходили. Военные разъезды, оружные, в кольчугах, бывали, раза два за эту неделю видела их вдалеке, на галопе. А вот гражданских лиц ни разу не встречала. За грибами-ягодами здесь совсем ходить не принято? Может психология у них такая? Мол, я не сажал, значит, собирать не буду?
К вечеру все приготовления были завершены, вещи компактно упакованы в рюкзак. Вставать придется рано, я еще на днях присмотрела симпатичное дерево метрах в двух от дороги, ведущей к воротам городка. То, что надо, для подсматривания и подслушивания.
Встающее солнце застает нас уже на позициях. Я — в высокой удобной развилке на дереве, щенки на охране имущества в овраге позади меня. В который раз удивляюсь — вот чем угодно поклясться могу, они меня понимают. Почему удивляюсь? Так я ведь не из династии Дуровых, дрессировкой отродясь не занималась. Да и из домашних животных у меня всегда были только кошки, причем из тех, что гуляют сами по себе. Ну и срок их одомашненности вызывает у меня определенные сомнения. Не тот срок неделя, чтобы выработать нужные условные рефлексы у животных. Особенно на команды. Тут конечно не Земля, но сомневаюсь, что первая сигнальная система здесь работает по-другому. Исходные-то посылки вроде одинаковые.
Пока я развлекалась измышлениями на тему особенностей функционирования нервной системы и головного мозга у своих тигропсов, на дороге появились пешеходы, телеги и даже несколько верховых. А кстати, на чем это верховые едут? Нет, серьезно. Если в телеги запряжены четко опознаваемые лошади, только очень большие, такие мутанты-переростки, то под верховыми, неторопливо прорысившими мимо меня из города, были совсем другие животные. Вроде те же лошади, но… Вот ни секунды не сомневаюсь, что эти 'лошади' вместо сена мясо жрут. Хищно выгнутые горбатые морды, с выглядывающими по бокам губ клыками говорят сами за себя. Хвосты длинные, гибкие, так и хлещут по бокам, а на конце хвоста — шип. Не мир, а паноптикум какой-то. Проводив странных 'коней' обалдевшим взором, стараюсь сосредоточиться на дороге. Может, что полезное услышу?
За несколько часов висения на дереве я узнала много интересного. К примеру, что Крибдив — последний населенный пункт перед границей. Что вот-вот откроют навигацию (почему, кстати, лето вроде, давно плавать положено?) и тогда с моря пойдут корабли за товаром. Что купцов за последние дни понаехало, и склады на пирсе все битком забиты. Что война на севере, вроде, поутихла, да и с южными соседями договор нынче, у них там у самих на островах какие-то проблемы. Вот даже проход через городишко им открыли к морю, отсюда до островов ближе всего доплыть. Много разного про местную 'брюкву' и виды на ее урожай. Про цены на крибдивском рынке. И про соседей, конечно: 'Опять напилси и буянил всю ночь, гад, а мне ж с ранья в город! Прибью сволочь когда нить!'
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
