На мою удачу Глейди только в ладоши не хлопает при просьбе сопроводить меня в мастерские. По дороге осторожно выспрашиваю беззаботную болтушку об интересующих меня вещах. Есть ли в Крибдиве школы? Есть при Храме. Отлично, а где у нас Храм? На площади за рынком. Ага, а библиотеки случайно при Храме нет? Не знаешь? Ну и ладно. Как меня зовут? Собираюсь с духом.
— Леди Кира, — величественно объявляю я.
Глейди серьезно мне кивает. Кажется, она нормально воспринимает мое бесфамильное 'аристократство'.
Походом к портному я осталась довольна. Готовую одежду мне доставят завтра, после обеда. Я заказала два костюма: тканевый черный и кожаный темно-коричневый, плюс четыре рубашки. Еще портной сосватал мне шляпу, похожую на треуголку, которую я приобрела сразу, но попросила доставить завтра, вместе со всеми вещами. У сапожника мы задержались. Сапоги для верховой езды мне подобрали на месте, я даже сразу в них переобулась, а вот сменную пару, с более плотной подошвой и без каблука, по типу ичигов, мне придется ждать два дня. Ошейники решено было сделать из плотных, широких ремней бежевого цвета. Сапожник обещал сразу направить изготовленные 'нашейные ремни' к ювелиру, для тиснения на них моего герба и инициалов.
Посещение ювелира отложила напоследок. Все просто — я герб еще не придумала. Так, в задумчивом состоянии, и стояла перед торговой стойкой, на которой лежала коробка с готовыми драгоценностями в виде длинных гребней, полуколец со шпилькой и прочего барахла для причесок. Глейди увлеченно болтала с мастером, примеряя ко мне то одни, то другие украшения. Наконец они остановились на двух гребнях, украшенных ярко-желтыми и красными камнями, с гладким пустым навершием над выгравированными узорами. Место для теснения герба, как объяснил мастер. И протянул мне стило и восковую дощечку. Рисуй мол, ну или отпечаток ставь. Отпечаток мне ставить не с чего, а рисовать… Я рисую хуже, чем Остап Бендер фигуру 'Сеятеля'. Наклонилась над табличкой, локти на стол поставила, соображаю. Пока соображаю, меня ювелир аккуратно по плечику постукивает, и предлагает самому герб оттиснуть. Не поняла, с чего оттиснуть??? А он одно из колец с меня снимает и прикладывает. Тут до меня доходит. И правда ведь, как я могла забыть? Эту печатку мне мама на восемнадцатилетие дарила. Там поле вытянутое, прямоугольное, разделено косой чертой. В левом поле стилизованное изображение Полярной звезды, в правом — вензель К.Т.
Этим 'гербом' и гребни пометят, и ошейник. И не позже чем завтра в обед на постоялый двор доставят. Юмор ситуации в том, что вензель воспринимается всеми как часть герба. И под ним будут тискать инициалы Л.К., местным шрифтом.
Все еще качая головой, поворачиваю в сторону рынка, хочу на Храм со стороны взглянуть. Пока я не слышала ни упоминаний о религии, ни клятв, ни поминаний божеств всуе. Спрашивать напрямую — не комильфо, я же, по идее, знать должна, правда? Пойду туда завтра, когда все мои обновки доставят, и я буду выглядеть прилично по местным меркам.
Глейди, идущая на шаг впереди меня, вдруг радостно взвизгивает и повисает на шее у здоровенного парня, который радуется ей не менее. Просто он свою радость потише выражает. Ясно мне теперь, что ж она так радовалась выходу с постоялого двора.
Про себя тихо ухмыляюсь их цыплячьей радости, вежливо киваю парню и удаляюсь вперед, оставляя их номинально наедине.
Храм выглядит совершенно просто, без позолот, статуй и колоколов. Да я там вообще никакой атрибутики не приметила. Ладно, все вопросы — завтра. Надеюсь, что я смогу получить хоть часть ответов и представление о том, как мне быстро и незаметно для окружающих научиться читать.
Глава 8
Наше возвращение на постоялый двор отменило мои планы на здоровый детский сон. Едва мы вошли в ворота, как из конюшни выскочила пожилая низенькая женщина и, схватив Глейди за руку, поволокла ее внутрь, бросая при этом на меня испуганные взгляды.
На крыльце, сгрудившись, стояло несколько человек в кольчугах. Стража что ли? Может, драку кто устроил? Увидев меня, солдаты расступились и потянулись за оружием. А вот это уже нехорошо.
— Чем обязана? — мой голос такой тяжелый и холодный, что самой неуютно становится.
— Это ты хищников в город приволокла? — хмуро цедит один из них.
— А кто вы такой, чтобы обсуждать собственность лорда? — я и сама не заметила, как арбалет со спины съехал мне прямо в левую руку. А в правой нож метательный, между пальцев. Надо притормозить, неловко получится, если я первая здесь кого-нибудь уроню. В прямом смысле, не в переносном.
— Старшего своего позовите.
— Наверху он, — еще более хмуро говорит стражник, разглядывая мой арбалет.
— Полагаю, что найду его у своей комнаты? — если эти мальчики сейчас не уберутся с моей дороги, мне придется пройти по их головам. Гвортов своих сдавать не намерена, пусть хоть всей гвардией ко мне приедут.
Мальчики оказались разумными. Они сами пропустили меня внутрь. По лестнице я бежала наверх через ступеньку, позабыв про свое 'высокородство'. Стража топотала сзади. Резко свернув в коридор, я практически снесла мужчину, стоявшего у моей двери.
— Я сказал, все вон, а не шататься здесь! — рявкнул он, облокачиваясь на стену.
В ответ из-за двери раздался низкий хриплый рык, поддерживаемый шипением. Господи боже, это мои щенки? Если бы не знала, то побелела бы вместе с красавчиком, который, видимо, намеревался ломать дверь.
— Если вы сейчас же не отойдете от моей комнаты, я буду вынуждена пристрелить вас. По подозрению в подготовке кражи и порчи моего имущества, — это уже я шиплю. Не так страшно, как щенки, но все равно очень выразительно.
— Ваша комната? Ну, значит, вам и отвечать, — твердый взгляд с прищуром останавливается на моих руках.
— Кончайте пороть чушь! Я леди Кира, это — моя комната и в ней — мои звери, которые провели там весь день. И либо вы представитесь и внятно мне объясните свои претензии, либо ни у вас, ни у тех, кто у меня за спиной сейчас стоит, уже не будет такой замечательной работы! — я уже не пытаюсь сдерживать свою стервозность.
— Капитан стражи Крибдива, Рэт эс Мульги. Вы подвергаете опасности всех здесь проживающих. Живых гвортов в городе не будет, — четко выговаривая каждое слово, он все так же, краем глаза наблюдал за моими руками.
— Откуда вы взяли, что они опасны?
— Они — гворты. Значит, опасны по определению.
— Вы сами их видели?
— Я убивал их не раз.
— Я имею в виду своих гвортов. Тех, что за дверью. Вы их сами видели?
— Видел одного гворта, считай, что видел их всех, — фыркает капитан.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
