Я прислонился затылком к стене и уставился в потолок.
Завтра надо найти ту женщину, что воззвала ко мне за помощью. И помочь ей отомстить за питомца.
Я усмехнулся: бог мщения пытается найти и наказать похитителей собаки. Дожили.
— О чем задумался?
Я лениво взглянул на девушку. Она стояла у входа в комнату, вытирая мокрые волосы.
— Да так. О доме. И о предстоящем деле.
Девушка прошла в комнату, села на ложе, и посмотрела на меня:
— Кстати, о деле. Пока ты здесь в потолок пялился, я кое-что придумала.
— Сначала историю, — оборвал ее я. — Про собаку.
Девушка наморщила лоб, словно что- вспоминая, а потом встала с дивана и подошла к столу. Взяла прямоугольный предмет, напоминающий телефон, но большего размера. Вернулась на ложе.
— Садись, — она хлопнула ладонью рядом с собой. — Расскажу я тебе эту историю.
Катя что-то нажала, и картинка на экране пришла в движение. Будто заворожённый, я присел рядом с Катей, не отрывая взгляда от экрана. Настоящее чудо. Правда, лицедеев мне было немного жаль. Бедолаг заточили в эту коробку, заставляя устраивать кровавые бои друг с другом на потеху людей. Хотя, может быть так поступают с людьми, которые нарушили закон и не смогли заплатить виру?
— А если его разбить, он умрет? — я указал пальцем на экран, где мстивший за смерть собаки бородатый мужик как раз встречал гостей, которые пришли к нему под покровом ночи с оружием в руках. Нужно отметить, бойцом бородач был неплохим. Когда вернусь домой — поручусь за него перед отцом. Чтобы после смерти, валькирии забрали его в чертоги павших. До того мне понравился его стиль боя.
— Что разбить? — . не поняла девушка. — И кто должен умереть?
— Ну, этот большой телефон. Лицедеи, которые показывают нам спектакль, станут свободными?
Катя секунду растерянно смотрела на меня, а потом заливисто рассмеялась:
— Не нужно ничего разбивать. Лицедеи живы здоровы. Это запись. Само действие было снято очень давно.
— Снято? — не понял я.
— Ну да. Это называется «фильм». Это когда люди снимают на камеру истории, и потом их смотрят на протяжении многих лет.
— А, — протянул я, хотя и не совсем понял, как можно снять историю на какую-то камеру. Наверное, это тоже местная магия. Я замолк и уставился на экран,
* * *
Центральный дом жилого комплекса «Зион» ничем не выделялся среди других многоэтажек. Разве что стоял он на невысоком холме, обнесенном глубоким ручьем, русло которого было выложено камнем. Этакий шестнадцати этажный замок из стекла и бетона, возвышающийся над комплексом.
Аззазель приземлился на мосту через ручей. Прошел вдоль дома, поднялся в подъезд.
На вахте стояли несколько человек в строгих черных костюмах. Один из них всмотрелся в приближающийся силуэт, и открыл дверь.
— Совет в сборе?
— Да, все ждут тебя, — ответил один из охраны.
Аззазель коротко кивнул в бойцам, собравшимся у входа, и вошел в открытый лифт. Нажал на нужную кнопку. Створки с лязгом сомкнулись, и Аззазель прислонился к стенке, ожидая, пока лифт поднимется на последний этаж. Предстояло самое трудное. Объяснить совету, почему тщательно спланированное преступление пошло не так, как задумывалось. А все из-за этого бойца, чтоб его. Он просто перечеркнул четыре месяца подготовки. Просто припёрся в дом и перебил всех, кроме Макса. Интересно, выкарабкается ли парень? Если останется в живых может быть, сможет рассказать о стиле боя незнакомца.
Прототипы одушевленных, бойцы с татуировками паутины крови, стоили недешево. Той потратил больше года на эксперименты по созданию бойцов с двумя личностями. Людей, которые могли беспрекословно исполнять приказы, если включить подконтрольную сущность. Из тридцати подопытных выжило семеро. Паутина крови, татуировка бойца, превратила многих в овощей. Те, кто уцелели, получили статус. А неизвестный убил четверых из них в первом испытании.
Аззазель поднял голову, и помахал в камеру, закрепленную в углу кабины. Пластиковый глаз едва заметно двинулась вверх-вниз. И Аззазель усмехнулся: совет наблюдал за ним, как только он вошёл.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Лифт пискнул. Аззазель вышел в темный холл. Шагнул вперёд, чувствуя пристальные взгляды двух охранников.
Двери в жилой корпус открылись словно сами по себе. Приглашение войти. И Аззазель шагнул вперёд.
Под зал, в котором собирался совет, была отведена целая квартира. Для удобства, стены были снесены, вместо них по площади зала возвышались, подпирая потолок, колонны. В центре комнаты стоял большой круглый стол, за которым собрались члены совета. Двенадцать человек.
— Джентльмены, — Аззазель остановился у дверей, поклонился.
— Проходи, Аззазель, — наголо обритый боец указал на пустое место за столом. — Присаживайся.
Он был спокоен. Но Аззазель знал: за маской хладнокровия магистр хорошо прятал раздражение и ярость. Неудивительно. На создание каждого из подопытных были потрачены большие денежки. Миллионы, если не десятки миллионов. Теперь эти десятки миллионов придется отскребать от гнилого пола в заброшенном доме.
Аззазель с трудом скрыл улыбку и прошел через комнату. Сел на стул, откинулся на спинку кресла.
— Группа А приступила к выполнению тренировочного квеста в час тридцать по местному времени, — спокойно начал он отчёт. — Моей задачей было проследить за их работой. В случае форс-мажора я должен был вмешаться в ситуацию.
— И? — спросил один из сидевших за столом людей. — Почему вы не предприняли контр мер?
— Объект, который решил вмешаться в сценарий тренировки двигался крайне быстро. Я прибыл на место происшествия, когда от группы остался только один человек.
— И как же он бегом смог догнать машину?
— Не просто догнал, — ответил Азазель. — Он предоставил ей фору приблизительно в десять — пятнадцать минут.
Брови члена совета, который задрал вопрос, изумлённо приподнялись:
— И… как…
— Бежал по реке, — пояснил Аззазель. Будто вода была покрыта толстым слоем льда. На шоссе вырвался только за городом.
— Но как он нашел группу? — вмешался в разговор Магистр.
Аззазаль пожал плечами:
— Неизвестно. Может быть, успел поставить на цель отметину.
— Объект ещё в городе?
Аззазель кивнул:
— Для безопасного отхода с места преступления группа взяла в заложники одну из работниц ювелирного магазина. Екатерину Котову. Скорее всего, Спаситель пошел за ней. Что и привело к провалу миссии. Котова живёт в одном из новых микрорайонов на юге города. На проспекте Большевиков. Было бы неплохо направить на адрес пару человек. Чтобы они проследили за квартирой. Хотя я полагаю, девушка не сунется на адрес. Она не так глупа.
— Делай что хочешь, Аззазель. Но найди этого нового бойца. И приведи его сюда.
Аззазель коротко кивнул и встал со стула:
— Можно приступать?
— Иди, — махнул рукой Магистр.
Ночлег
Я долго пялился в телевизор, как назвала его Катя и даже смог завладеть пультом. Эта штука открыла мне путь к информации об этом мире.
До чего чудные здесь были нравы. Дамы удаляли волосы на теле, на виду у всех желающих, да еще и хвастали этим. Мужчины считали честью иметь гладкую кожу и избегали волос на лицах. А те, кто носил бороды показались мне странными. Я даже обрадовался, что такие не водятся в Асгарде. Тогда заснуть в хмельном угаре в общем зале было бы страшно не оттого, что кто-то злонамеренно может ткнуть тебя мечом. Жутко, что рядом с тобой пьяным возляжет такое существо.
Люди хвастались повозками, телефонами, мыльными растворами и одеждой. Катя пояснила, что это реклама и принимать ее всерьёз не стоит. Выходит, то, что кричали на ярмарках зазывалы тоже было рекламой, но бесстыдной она не была. За очень громкую можно и поколотить глупого крикуна.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Потом я наткнулся на рассказ про одинокую мать и гнушающегося отцовской заботы мужа. Оказалось, что муж сей не так прост и охоч до других мужей. И я подумал, что мир жесток и коварен.
