Остался последний. Я развернулся. И увидел в метре от себя глупца. Перед собой он держал похищенную в городе девушку… И у шеи трясущейся от страха пленницы тускло блестело лезвие ножа.
— А ты силен, — усмехнулся разбойник, пятясь назад. — Хотя я и не думал, что по нашему следу пойдут….
На миг он ослабил хватку. И в то же мгновение, я метнул цепь. Конец обмотался вокруг ножа. Глейпнир была создана Брисингами. Этой цепью братья приковали к скале Фенрира. А значит, тонкая с виду веревочка была крепче всяких пут. В одно мгновение лезвие ножа раскалилось добела. Разбойник вскрикнул и выронил оружие. Девушка словно ждала этого момента. Она мигом вырвалась из захвата, отскочила в сторону.
— А я думал, вы будете сильнее, — криво усмехнулся я, и рванул цепь, направляя ее вверх.
Раскалённые звенья распахали плоть несчастного, словно воск, прожигая кожу и мышцы. Вторая цепь рванулась из левого рукава, оставляя новую отметину.
Разбойник взревел, упал на колени и схватился ладонями за изуродованное лицо. Позади послышался слабый шум. Я резко развернулся, метнул цепь в того противника, сбитого ударом стола чуть раньше. Тонкие звенья плотно обмотались вокруг шеи, и я рывком потянул ее на себя, оторвав голову от тела. Время вновь замедлилось, пока отделенная башка, пульсируя фонтанами крови, взлетела в воздух. Лицо мертвеца было искажено жуткой гримасой. Скорее всего, он собирался закричать. Но звук навеки застыл в его изуродованном горле. Голова с мерзким стуком упала на доски пола, и время вернулось в обычный ритм.
«Душа противника поглощена».
И вновь, меня охватило пьянящее чувство эйфории. Я довольно улыбнулся, прикрыл глаза. Наверное, со стороны я выглядел идиотом. Но мне плевать.
Внезапный звук, напомнивший всхлип, заставил меня обернуться.
Девушка сидела в углу комнаты, сжавшись и со страхом глядя на меня. Нет, это иное чувство. Первобытный ужас исказил ее лицо. Такой вид был у монахов, когда к берегам Британии причаливали корабли норманнов.
Но я не мог винить несчастную за такие эмоции. Не каждый день тебя сначала похищают, а потом при тебе жестоко убивают нескольких человек. Четверых. Хотя, нет. Трех. Тот, на ком я оставил метку все-таки сумел сбежать.
— Ты цела? — спросил я, протягивая девушке руку. Она коротко кивнула и судорожно ухватилась за мою ладонь, поднимаясь с пола.
— Пора уходить. Пока разбойник не привел помощь.
Она снова кивнула и попыталась что-то сказать. Но, язык подвёл несчастную. На трясущихся ногах девушка шагнула к порогу. Оказавшись на улице, девушка побрела сквозь заросли сорной травы. Я прошел в угол, где были сложены мешки разбойников. Поднял один из них с грязного пола. Повертел в руках. Видимо, эти грабители были не из самых смышлёных. Взяли мешки без заплечных лямок. Придется тащить их в руках. Неудобно же.
Я поднял сумы, закинул на плечо. Мертвецам добыча ни к чему. И шагнул за порог, когда в небе мелькнула тень. Я выкинул голову. Но в затянутом тучами предрассветном небе ничего не рассмотрел. Я пожал плечами и по едва заметной тропинке пошел к дороге.
* * *
Девушка сидела внутри повозки. Заметив меня, она высунулась из окна и помахала рукой:
— Я не увидела машины, на которой ты приехал. Так что садись.
— В этого железного монстра? — усмехнулся я. — Да никогда.
Я направился в сторону, откуда прибыл несколько минут назад. Можно было убежать в город, но бой и бег в это селение порядком меня утомили. Все-таки в Мирдгарде мои силы не такими, как дома. Хотя в этом мире я был выносливее местных воинов.
Машина поравнялась со мной. И из окна снова высунулась спасённая мной:
— Ты решил идти до города?
Я кивнул, но девушка не унималась:
— Брось. Садись в машину.
Но я гордо проигнорировал это приглашение, и продолжил упорно идти вперёд.
— Садись, говорю! — визгливо потребовала девица.
Машина издала какой-то пронзительный звук. Такой резкий, что я подскочил на месте. Звук повторился. И в этот раз он был протяжнее.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Садись! Я ведь не отстану.
Я вздохнул. Упорная попалась девица. Подошёл к монстру, уставился на дверь в поисках ручки. Но ее нигде не было. Это меня озадачило. Я провел ладонью, нащупав какую-то выемку. Потянул на себя. Но дверь не открылась. Я снова дёрнул. Безрезультатно.
— Не ломай. Я открою.
Если девушка и удивилась, то не подала вида. Щелкнуло, и дверь приоткрылась. Я победно усмехнулся: волшебная железная повозка побеждена. И вскрыта.
— Давай сумки, — сухо велела девица, явно отойдя от шока.
Я послушно поставил мешки на сиденье. Девушка проворно забросила их назад, а потом хмуро посмотрела на меня:
— Ну, чего ждёшь? Запрыгивай. Поехали.
Я устроился на сиденье и немного поерзал. С этой стороны двери ручка была. Я потянул ее на себя, резко захлопнув. С такой силой, что девушка вздрогнула:
— Ну, зачем так мощно?
— Иначе я не умею, — с гордостью заявил я.
— О, боже, — пробормотала она.
Было приятно, что девица признала мое происхождение. Хотя в голосе ее не звучало подобострастия, но я решил не обижаться на глупышку. Она многое пережила.
Машина поехала вперёд. Я откинулся на спинку, наблюдая за возницей из-под полуприкрытых век. Она была расслаблена. Совсем непохожа на испуганную пленницу, только что освобожденную из лап грабителей.
Невысокая, видимо, небогатая, раз питается скудно. Девица оказалась на редкость худенькая, но симпатичная. Светлые волосы коротко обрезаны, на манер бритов. Скромные украшения: крохотные серьги и тончайшая цепочка с небольшими блестящими камнями. На запястье виднелось клеймо, но я не смог рассмотреть, что именно изображено на коже. Скорее всего, она служит при храме. Может послушница. Возможно, поэтому на ней такая необычная одежда. Узкая юбка, открывающая колени, белая рубашка без вышивки, странная удавка на шее расслабилась, но смотрелась странно.
Тонкие черты лица девушки были красивы. Изящную шею хотелось пригладить ладонью, как и на удивление высокую грудь… На нее я невольно засмотрелся.
Девица заметила мой интерес и нахмурилась.
— Они тебя успели обесчестить? — хмуро предположил я.
— Что?
— Надругались над тобой, дева?
— Им было не до этого. Твари не знали, как от меня избавиться почище. Никто из них не решился… — она густо покраснела, — оставить на мне биологические следы.
Я не знал, о чем она говорит, но решил не уточнять. Вступать в долгие пояснительные беседы не хотелось. Дева вела повозку и заставлять ее переживать не стоило.
Она держала руки на небольшом черном колесе, то и дело немного поворачивая его. Босые ноги нажимали на какие-то пластины. А время от времени она переключала рукоять с черным навершием, которая располагалась между мной и девушкой.
— Как ты их нашел? — повернувшись ко мне, спросила, наконец, девушка.
Я пожал плечами:
— Повезло.
— Угу, рассказывай, — хмыкнула собеседница, и снова спросила:
— А добрался как? Дом в глуши. А другого транспорта возле хибары я не увидела.
— Прибежал, — просто ответил я.
Девушка присвистнула:
— Да ты у нас спортсмен?
— Кто такой «спортсмен»?
— Тот, кто быстро бегает. Ты приезжий? У тебя какой-то странный акцент.
— Кто такой приезжий? — вновь уточнил я.
— Ну, не здесь родился. Откуда приехал, кстати?
— Из Асгарда! — гордо ответил я.
Лицо девушки скривилось, словно она что- вспоминала:
— Не знаю такой страны.
— Не страны, — мягко поправил ее я. — Из другого мира.
— Мира? — девушка удивлённо подняла брови.
— Ну, да.
В глазах собеседницы на секунду мелькнул испуг, который тут же сменился удивлением. А потом, она весело рассмеялась:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Больше никому не говори, что ты прибыл из другого мира, — посоветовала она. — За такое заявление могут отправить на принудительное лечение в дурку.
— Мне уже говорили об этом, — хмуро ответил я, памятуя о предупреждении гадалки.
