в полночь, когда стемнело, отключив ходовые огни. С одной стороны, я радовался, что встретил такого человека как Симон. Да и община меня порадовала. Пусть и в таком скромном масштабе, но тут научились жить мирно, в относительном согласии. А с другой стороны, пустошь оказалась не такой уж необитаемой. Оставалось надеяться, что, продвигаясь глубже, мы все же найдем искомое.
Ветер в пустыне становился холодным, и я спустился в трюм. Обменявшись мнениями с бойцами, на обратном пути столкнулся с Рин Сан. Но она лишь смущенно улыбнулась. Похоже отношения между членами экипажа потихоньку налаживались. Пусть и на почве любви к оружию, но диалог все же строился.
— Торвик, можешь зайти? — Натали поймала меня в коридоре, у двери в каюту.
— Да, конечно…
Она устроилась прямо на камбузе, соорудив из мешков с провизией достаточно просторное ложе. Создав себе скромный уют, Нат, по сути, обзавелась отдельной каютой.
— Что тебя беспокоит? — прямо спросил я.
— Дети, Торвик. Тот рудник у меня из головы не идет. Скажи, ты же можешь выкупить всех, не так ли?
— С определенными оговорками. И я бы сделал это без сомнений.
— Что же мешает?
— Три вещи, Нат. Во-первых, всех мне не продадут. Во-вторых, как ни прискорбно, часть детей уже с гнильцой. Среди них есть убийцы, мошенники и воры. Причем отъявленные. Мораль им неведома и неинтересна. Симон только подтвердил мои опасения. Сейчас я сделал все, что мог. По крайней мере, отношение к ним станет человеческим, да кормежка нормальной.
— А в-третьих?
— Нам попросту некуда их девать. Опять же необходим присмотр. Ты добрая душа, Натали, но на все нужно время. Это не единственные дети, которые терпят лишения. Сейчас главное найти безопасное место и укрепить его как следует. А там уже станем действовать по обстановке. Идеальным решением будет заменить детей на тех, кто действительно достоин каторги.
— Ты прав, — вздохнула она тяжело. — Умом я это понимаю, но сердцем…
— Алексей тоже переживает. Но поделать пока что ничего не могу. Все что мы имеем — это деревня в горах и вот этот корабль. У меня есть, конечно, возможности, и они велики. Но не безграничны. Одна ошибка и все пойдет прахом. Придется собирать потерянное по крупицам.
— Я не подумала об этом, — призналась она. — Мы ведь тоже на твоей шее.
— Нет, Натали, вы моя опора. Никогда в этом не сомневайся. И не падай духом.
— Что ты, жизнь моя стала куда интереснее. Появились друзья. Я при деле. Да и вообще с тобой намного спокойнее. Разве что за таверну свою немного переживаю. Хотя… пройдоха Герд обязательно справится. Этот в обиду себя не даст.
— Что-то голод проснулся. Есть чего?
— Хлеб и колбаса сойдут?
— Давай. И вина прихвати бутылку.
Так, за тихим разговором, мы с Натали приговорили бутыль вина, перемыли косточки Инаре, вспомнили недобрым словом лигу Антуса. А потом я пошел спать в свою каюту. Кровать оказалась для меня маловатой и в кратере мы приобрели несколько толстых досок и перину. Уложив их на шконки, мы превратили каюту в одну большую постель. А вещи скидали вниз, чтобы не мешались. Теперь можно было смело вытянуть ноги и раскинуть вширь руки. Впрочем, Венге постель требовалась для другой надобности. Стоило лечь на спину, и она тут как тут… Суккуб, чего с нее взять?!
Глава 6. Падаем!
— Торвик вставай!
Голос Венге был встревоженным, она едва не переходила на крик. С Вина спится хорошо, но просыпаться тяжеловато. Я кое как продрал веки сел на задницу. Демоница была одета и уже успела промокнуть.
— Чего надо? Стряслось чего?
— На нас напали! Пробоина в борту.
— Твою мать! — я натянул берцы и быстро зашнуровал. Китель и ремень надевал уже на ходу.
Снаружи моросил дождь, видимость была плохой, километра два максимум. К тому же, низкая облачность и туман. Мы уже неделю рыскали по пустоши, исследуя выбранные места, но так и не определились. Всегда был один или два фактора, которые все портили. То вонючее озеро, то гнездо каких то мерзких тварей… Теперь еще и это.
Я перегнулся через фальшборт, чтобы разглядеть пробоину. Дыра в обшивке была ровной, обожженной, и из нее сочилось нечто темное.
— Задеты внутренности, сир! — доложил Александр. — Шарк Раал теряет кровь.
— Кто напал?
— Неизвестно. Столб синего пламени ударил в борт со стороны вон тех скал.
— С земли значит?
— Я не уверен, сир. Шарк Раал боится, что это серебристый дракон…
— Она боится? — удивился я. — Разве у эфирных акул есть естественные враги?
— Обычно драконы спят в своих пещерах и не нападают на корабли, — поведала Рин. — Но наш корабль живой. Возможно, он почуял опасность и напал первым. Особенно если здесь его территория.
— Значит, у нас имеются и драконы… — я нахмурился. — Орсис отзовись!
Странно, но Богиня не объявилась.
— Орсис! — выкрикнул я. — Но призыв остался без ответа.
Все мои попытки остались тщетны, и Богиня не появилась. Даже голоса не подала. Это резко осложнило ситуацию.
— Связь есть? — спросил я у Натали.
— Рация молчит второй день, Торвик. Видимо это предел дальности.
— Так… Капитан, наши орудия смогут нанести урон?
— Да, сир, но слабый. С драконом тягаться тяжело. Шарк Раал еще молода, и не так сильна.
— Егоров! — я зажал тангенту на рации. — Тащите сюда ПТУРы и ПЗРК! На оба борта.
— Принято! — отозвался Алексей.
— Эва, Иола, помогите парням, да побыстрее! Я плохо знаю драконов, но в мире хищников принято добивать добычу.
Крылатая тварь не заставила себя ждать. Серебристая чешуя мелькнула по левому борту и орудия «Черного Лезвия» дали залп. Дикий, оглушительный вой сотряс воздух.
— Всем держаться! — скомандовал я. — Пусть Шарк Раал делает как считает нужным!
— Вас понял, — капитан отдал честь и бросился на мостик.
В облаках сверкнула голубоватая вспышка. Эфирная акула пальнула из носовых орудий и резко накренилась на правый борт, уклоняясь от удара. Поток раскаленной плазмы вскользь задел носовую часть. Пришлось заслониться рукой от волны горячего ионизированного воздуха. Потушив одежду, я принял из рук Синицы ПЗРК и вместе с ним активировал оружие. Стоя по бортам, мы прильнули к видоискателям, выцеливая противника. Синица выстрелил первым, но тварь оказалась необычайно резкой и довести ракету до цели не получилось. Но она все же взорвалась, повредив осколками хвостовое оперение чудища. Дракон почти не уступал размерами кораблю, но в отличие от нас не был загружен. Ракета, выпущенная мной, ушла в молоко.
— Умная тварь… — Синица выругался. — Может нашим попробуем, советским?
— Тащи!
Трофейные ПЗРК, конечно, были удобными, но в отличие
