глубоко врезалась в тело, причиняя боль и мешая нормально дышать. На устройстве красовалась одна из эмблем империи.
— Вот и причина. Я уже видела такие штуки, но тут должен быть еще буй. Большой такой, яркий. Сильное животное… Похоже ей удалось порвать струну.
— То есть, ее пытались поймать? И, кажется, я знаю кто именно…
— Можно снять? — спросила Эва. — Пусть хоть вздохнет перед смертью.
Я кивнул. Сбегав до корабля, она нашла какой-то длинный штырь и воткнула в отверстие на замке. Тот лязгнул противно, ослабляя храповик, и струна распрямилась. Эва выдернула ее и осторожно смотав, протянула мне.
— Оставь себе, если нужно.
Однако облегчение не было долгим. В себя пришла Шарк Раал. Лязгнув пастью, она попыталась доползти до хвоста дракона, но ничего не вышло. Выпустив из борта свободные опоры, она принялась активно отталкиваться от грунта, двигаясь в своей цели сантиметр за сантиметром.
— Что она делает?
— Хочет жрать, Торвик. Разве не видишь? — усмехнулась Рин. — Ей нужна плоть, чтобы жить. Дракон… не дракон, все одно — мясо.
Пасть стальной акулы раскрылась, и я впервые заглянул в нее. Зрелище было жутким. Внутри пространство было забито какими-то крючьями, дисковыми пилами, зубчатыми барабанами и механическими клешнями. Эдакий мясокомбинат на борту. По центру, в направлении зловещего отверстия, внутри которого что-то быстро мелькало, расположился конвейер, вместо языка. Все это лязгало и вращалось, чуя чужую кровь. Самое омерзительное, что под небом у нее торчали два цепных гарпуна. И она выстрелила ими, сразу, как только смогла.
Я поморщился, когда крючья вошли в раны на теле серебристого чудища. Оно протяжно взвыло от нестерпимой боли.
— Ну вот и все, — констатировала Иола. — Пока не сожрет — не остановится. Это надолго.
Из глаз дракона покатились слезы. Зубы акулы вот-вот коснутся ее хвоста.
— Страшная смерть… Венге, мы что-нибудь можем для нее сделать?
— Добить не получится. Драконы удивительно живучи. Даже со сломанным позвоночником, без еды и питья она протянет, наверное, пару лет.
— Так долго?!
— Да, Торвик. Может и больше, я не знаю. Она будет жить, пока акула не съест все.
— Но обезболить то мы хотя бы можем? Егоров, Синица, где вы там? — крикнул я.
Натали спрыгнула с борта, держа в руках какой — то кусок. Она молча протянула его мне. В куске оплавленного пластика, я узнал часть армейского шлема.
— Такие дела… — вздохнула она тяжело. — В трюме, рядом с пробоиной.
— Твою мать! — я грязно выругался, заставив друзей вздрогнуть. На глазах навернулись слезы.
Потребовалось минут десять, прежде чем я смог говорить нормально.
— Они ведь переродятся?
— Конечно, ты ведь сам знаешь, — Натали погладила меня по плечу. — Твоя Богиня позаботится о них, не переживай…
— Да, надеюсь, что так и будет…. Ящики уцелели?
— Почти все.
Доковыляв до трюма, я пинком заставил акулу открыть аппарель. Натали помогла дотащить ящик с медикаментами. Медицинские навыки у меня еще с войны остались, так что я без труда отыскал обезболивающее. Высчитывать пропорции на массу тела смысла никакого не было. Если тварь сдохнет, уснув мертвым сном, будет даже лучше. Смешав гремучий коктейль из того, что было, я призадумался. Не найдя других вариантов, мы с Натали медленно влили смесь прямо в глаз дракону. Она оттягивала веко, а я потихонечку заливал. Не знаю уж как они устроены, но через слизистую оболочку должно вроде впитываться.
Минут через десять чудовище обмякло. Тело дракона расслабилось, глазки осоловели… Дыхание стало ровным, прерывистым. Зрачок расширился и застыл, уставившись на меня.
— Ты уж прости, милая… так вышло.
Она моргнула, роняя тяжелую слезу.
— Мне жаль, поверь… Тебе лучше туда не смотреть. Закрой глаза и думай о хорошем.
Это все, что я мог сказать. Других слов не нашлось. Пилы и крючья Шарк Раал добрались до живой плоти. Она вспорола серебристую чешую, войдя лезвием через большую рану. Первый кусок мяса отправился в горло. Я понял, что там мелькало. По брызгам и кускам. То была огромная мясорубка, которая без труда перемалывала и кости, и крепчайшую чешую.
Глава 7. Конец пути
Вернув Рин Сан плащ невидимку, я отправил ее на разведку. Смотреть, как акула жрет еще живого дракона, сил не было. Иола, доступной ей магией, развеяла прах двоих смелых бойцов. Я попросил их с Эвой разгрузить трюм, дабы лишний раз не приближаться к кораблю. Александр Шарк Раал был целиком занят делами акулы, и я его не отвлекал. Говорят, кто отведает мяса дракона никогда уже не будет прежним. Как ни цинично это звучит, но мои менее брезгливые спутники возможностью решили не пренебрегать. Но я отказался. Ведь я смотрел ей в глаза. И потом, это могло быть опасно, учитывая количество обезболивающего в крови истерзанной самки. Мое дело предупредить, а дальше, как знают…
Выбравшись из пещеры, я отыскал теплый валун и уселся на него, поджав к подбородку колени. Меня мутило от недостатка крови и все время хотелось спать. От чего-то, сейчас я не хотел видеть никого возле себя. Ведь это я затеял рискованное путешествие, по итогу которого корабль разбит, двое хороших людей погибли, а остальные теперь непонятно где, без поддержки и связи. Рация молчит, Орсис не отвечает… Благо, поблизости есть вода и уцелел провиант.
— Похоже мы здесь надолго Рин… — констатировал я в негромко.
— Как ты узнал? — спросила она, снимая невидимый плащ.
— Гравий шуршит под ногами. Опять же, я помню твой запах. Рассказывай, чего нашла?
В целом, это одинокая безжизненная гряда. Следов человека или иных тварей я не нашла. Мох и тот плохо растет. Я забралась на самые высокие точки, осмотрелась. Кажется, это оно, Торвик.
— Что?
— Идеальное место.
— Ты об этом…
— Да, вход в пещеру достаточно большой, чтобы прошел корабль, с запасом. Но он не заметен даже вблизи. Скалы удачно расположены. Вокруг только гравий, да камни, на них не видно следов, как на песке. А те, что остаются, красная пыль заметает почти сразу. Есть пара родников и речка в самой пещере. Свод толстый, крепкий… Он словно оплавлен изнутри, как и отверстия, через которые попадает свет.
— Похоже зверушка постаралась, обустраивая жилище для себя. Что еще?
— Есть горячий источник, судя по густому пару из расщелины, но туда не пролезть. Южнее, в пределах видимости, небольшой кратер, но туда я не ходила. За все время в небе не было ни одного судна.
— Как быть зимой? Думаешь сможем согреться?
— Стены очень толстые, Торвик. Если сделать завесу или врата, то внутри будет теплее. Тут никогда не бывает слишком
