чтобы на вопрос ответить. И как я не напрягал память, выцепить то, о чем только что думал, не смог.
— Иди-ка ты спать, — проговорил наконец Семарес, ничего от меня не дождавшись. — Завтра отправимся с рассветом и поедем как можно быстрее. Не нравится мне этот твой туман.
Глава 6
Лечь я лег, но толку…
Сперва туман сгустился в голове еще сильнее, а потом, мешая сну, появился жар и разлился по всему телу.
Ну и как тут уснешь?
Как был, в ночной рубахе и штанах, я встал и направился к выходу. Правда, в этот раз я вовремя вспомнил о необходимости использовать звуковой щит, чтобы заглушить шаги и скрип половиц. Вышел во двор, где ночной снегопад навалил огромные сугробы, и рухнул в тот из них, который выглядел самым большим и пушистым.
От холода стало легче, и жар, показалось, уменьшился — но увы, ненадолго. Пошла новая волна, только в этот раз всё сконцентрировалось в одной-единственной части моего тела.
Той, которой делают детей.
Нет, ну туман в мыслях еще можно было объяснить как последствие ментального удара, которым наградил меня демон. Но зачем бы Великому Древнему потребовалось, чтобы я отправился искать для себя какую-нибудь девицу?.. А желание быстро стало столь сильным, что на девицу я был согласен уже любую, даже совсем страшненькую…
Хотя почему «какую-нибудь девицу»? Ведь совсем неподалеку находилась Янли! Такая милая, такая чудесная, такая… такая…
Мысли опять начали сильно путаться, хотя краем сознания я понимал, что явиться в чужой дом в таком виде — в нижнем белье, босиком — будет как минимум странно. А уж вот так сразу предложить Благой Сестре плотскую близость — и вовсе…
Еще этот край сознания подсказал, что если сейчас я ничего не предприму, то скоро вовсе перестану себя контролировать. А это может закончиться уже очень плохо.
Спрятанные под рукавами, к моим рукам были пристегнуты ножны с короткими, острыми клинками. Прежде перед сном я их снимал, но с тех пор, как влез в дела Обители, перестал это делать. Кастиан над моей паранойей посмеивался, но я его игнорировал, тем более что спать они мне нисколько не мешали.
Я вытащил один из ножей и на уже уплывающих остатках сознания вонзил его себе в центр левой ладони так, что лезвие наполовину вышло с тыльной стороны.
Вонзил и зашипел от боли, давя рвущиеся ругательства. Еще не хватало разбудить хозяев дома, окно спальни которых как раз выходило во двор. Объяснять им, чем я тут занимаюсь, совсем не хотелось.
В голове слегка прояснилось, а нестерпимое желание поближе познакомиться с какой-нибудь девицей схлынуло.
Так, и что теперь? Если я вытащу клинок из раны, та заживет, самое большее, за полчаса. Хотя способностей к исцелению других людей у меня не оказалось, мое собственное тело излечивало себя с завидной скоростью. Похоже, лезвие следовало и дальше держать в ране, чтобы не дать ей закрыться.
Вот ведь! С ножом, торчащим из середины ладони, видок у меня будет еще тот.
Я еще с минуту посидел на снегу, пытаясь что-нибудь придумать, потом поднялся, огляделся — и мой взгляд остановился на крыше храма, виднеющегося на дальнем холме. Именно в этом храме служил жрец, в чьем разоренном доме слуги Великого Древнего устроили гнездо. Семарес мельком упомянул, что в сельской местности святилища богини строили так, чтобы в них было удобно добираться сразу из нескольких близлежащих деревень.
Как мне показалось, от места, где я стоял, и до вершины холма было не больше двух миль. То есть за полчаса я вполне мог до него добраться. Может, там найдется что-нибудь для меня полезное? Хм…
Я успел пройти всё расстояние до холма и даже наполовину на него поднялся, когда до меня дошло, что не стоило отправляться в дорогу, пусть даже ближнюю, босиком и в ночной одежде. А еще, вероятно, следовало сказать Семаресу куда я пошел.
Увы, но боль не полностью прогнала туман из мыслей.
Ну и, конечно, я бы сообразил всё это намного раньше, если бы замерз, только вот холод меня нисколько не тревожил.
До темной махины храма оставалось всего шагов сто, не возвращаться же теперь было.
Храм оказался разорен — волна демонов, уничтожившая предыдущую деревню, дошла как раз до него и тут остановилась. А вот поселению, в котором мы сегодня остановились на ночлег, повезло просто сказочно — продвинься демоны еще на пару миль, и никто из его жителей бы не выжил.
Несколько мгновений я постоял на пороге храма, оглядываясь по сторонам — двери были сорваны с петель, из-под снега выглядывали какие-то обломки — но ничего особо подозрительного не заметил.
Внутри оказалось непроглядно черно. Я подумал было зажечь магический огонь, но почему-то не стал, двинулся внутрь, и только потом вспомнил, что мог ориентироваться в темноте без света. Пожалуй, даже лучше, чем с ним. Свет порой давал неверные тени, скрывал неровности, прятал ловушки. Но когда я смотрел не глазами, а внутренним чутьем, подобное было невозможно. В темноте я воспринимал реальность без искажений.
Дойдя до центра храма, я остановился и поднял глаза к потолку — по идее, богиня находилась где-то там, в Верхнем Мире.
— Поможешь? — спросил я в пустоту. — А то как-то оно всё стало нехорошо…
Никто не ответил. Собственно, после инициации голоса богини я не слышал ни разу.
Я еще постоял, покачиваясь на пятках и пытаясь понять, осталось ли тут, в этих руинах, что-то для меня полезное. Все фрески были уничтожены, алтарь перевернут и разбит на части…
Хм. В дальнем углу, куда улетело несколько алтарных осколков, находилось что-то, отличающееся от всего прочего.
Опасное?
Ну разве что потенциально.
Полезное?
Да, скорее всего.
Дойдя до этого угла, я призвал невидимую конечность и начал откидывать ею мусор до тех пор, пока передо мной не оказалось это «что-то». Камни. Три небольших гальки. Потянувшись, я взял их в правую ладонь и тут же ощутил, насколько их наполняла энергия. Причем чистая энергия, ничем не ограниченная. Любопытно. Все амулеты и артефакты, которые мне прежде попадались, ограничения имели обязательно.
Некоторое время я держал камни в ладони, позволяя энергии вливаться в тело и надеясь, что она прогонит тот туман, который не смогла прогнать боль.
Однако никакого влияния на туман энергия не оказала.
Ну ладно, а если попробовать иначе?
Я вытащил из левой ладони нож, и энергия немедленно собралась вокруг раны,
