пронзила какая-то тупая боль, будто сидевшая в засаде все это время и теперь решившая атаковать меня со всей силы. Может, дело было в пиве, может в горячем воздухе, который предвещал весьма знойный день, не знаю. Либо я опять слишком сильно погрузился в свои мысли, беспорядочно мечущиеся в голове словно мячики для пинг-понга, и устал уже просто от самого процесса размышления.
Странное, конечно, чувство. Вроде бы ты ничего особо не делал, чтобы устать, но чувствовал себя словно выжатое досуха полотенце. И как от такого прикажете отходить? С усталостью от физического труда все понятно – поработал руками как следует, затем размялся и, с чувством удовлетворенности от сделанной работы плюхнулся на кровать, провалившись в глубокий сон. Все, на следующее утро как новенький. А как отдохнуть от собственных мыслей? От них ведь не спрячешься никуда. Как ни странно, уснуть, чтобы ни думать ни о чем, всегда оказывалось беспроигрышным вариантом. Проблема в том, что это всего лишь временное решение, ведь мысли все равно настигнут тебя после пробуждения. Будут ждать, пока ты откроешь глаза, словно верный пес возле кровати, которому не терпится отправиться на прогулку. Но, даже зная об этом, я отправлялся спать каждый раз, когда мысли начинали слишком давить на меня. Потому что другого выхода пока не нашел.
Я заказал такси прямо ко входу в парк и через пятнадцать минут уже открывал ключами дверь квартиры. Шума от работающей газонокосилки больше не было, соседи тоже не подавали признаков жизни. «Должно быть, уже ушли на работу», – пронеслось у меня в голове. В комнате было светло и тихо. Как раз то, что мне сейчас было нужно. Я наскоро сполоснул лицо в умывальнике, разделся и прыгнул в кровать. Белье, которое я закинул утром в стирку, еще не успело высохнуть, но это было неважно. Что с ним, что без него – сейчас мне было абсолютно до лампочки. Единственное, чего мне сейчас хотелось, так это провалиться в глубокий сон, чтобы побыстрее наступило завтра.
* * *
Август в этом году выдался аномально жарким. Солнце нещадно выжигало едва успевшие набрать силу растения, от чего городские парки становились больше похожи на пустынную равнину, чем на пышущий зеленью оазис среди стекла и бетона. Людей же, не успевших спрятаться в наземный транспорт с открытыми нараспашку окнами или в обдуваемый прохладным потоком давно нечищеного кондиционера офисный зал, солнце не щадило тоже. Они, словно диковинные зверьки, перебегали из тени в тень, а у каждого второго в руках была бутылка с водой. Что ж, хотя бы о том, что в такую жару нужно пить больше жидкости, мы еще помним. Хотя разве есть хоть один шанс забыть об этом, когда бренды неустанно напоминают об этом с каждого рекламного плаката? Даже не знаю, чтобы мы делали без их подсказок о том, как людям надо жить, на чем ездить, куда ходить развлекаться, чем питаться и еще тысяч навязанных маркетологами идей. Наверное, просто были бы собой.
С открытого настежь балкона, вопреки всем моим надеждам, не тянуло свежим ветерком, поэтому в квартире стоял плотный запах большого города. Я лежал на кровати и медленно вдыхал его, пытаясь разобраться, из чего же все-таки он состоит. Привкус бетона, разгоряченного от утренних пробок, чувствовался ярче других. Сюда же примешивался запах выхлопных газов городского транспорта. С мусорки у дома постоянно тянуло бытовыми отходами. Казалось бы, что только люди не выбрасывают, пытаясь скрыть все это в непрозрачных черных пакетах, но общий тон этого запаха не менялся годами.
Надежду урвать еще хоть полчаса сна в пух и прах разбили гудки машин за окном и протяжный вой сирены скорой помощи. Я нехотя встал с кровати и поплелся в ванную. После нехитрого ритуала отправился на кухню и, сам того не подозревая, начал создавать свои собственные запахи, которые примешивались к этому типично летнему городскому аромату. Первым делом я поставил вариться кофе. Вот уже пару лет я пользуюсь одной и той же туркой, каждое утро разогревая ее над желто-синими язычками газового пламени. Снаружи она уже слегка закоптилась, но внутри по-прежнему блестела, отполированная сотнями сортов кофе, которые уже успела повидать на своем веку.
Пока вода закипала, я включил радио на первой попавшейся волне. Из колонок полилась какая-то попсовая песня, текст которой оказался не обременен особым смыслом. Видимо, это было именно то, что по мнению станции нужно было людям под конец лета. Вполне ожидаемо, ведь их задача – задавать слушателям хорошее настроение и не более.
Как только вода начала побулькивать, жадно впитывая аромат молотой арабики, по кухне разнесся приятный аромат. Я жадно вдыхал его, пытаясь хоть немного перебить оставшийся в воздухе городской запах, который, словно вор, пробрался в мою квартиру украдкой. Сцедив кофейную гущу, я добавил пару ложек сахара в чашку и сделал первый за этот день глоток. Рецепторы на кончике языка благодарно отозвались на привычный вкус, а мозг начал просыпаться, медленно поскрипывая. Словно древний механизм, который в последнее время забывали тщательно смазывать, и, теперь при каждом запуске он издавал протяжные лязгающие звуки, но упорно крутил свои шестеренки, приводя в движение всю систему.
Да, так я и ощущал себя каждое утро, неспешно делая глоток за глотком. Чувствовал, как открываются глаза, как в голове начинают бегать мысли, как организм становится единым целым и готовится к долгому новому дню.
«Прекрасная погода стоит за окном сегодня, Билл», – раздался из динамиков голос диктора. «И не говори, Джон! Бросить бы все и поехать сейчас на пляж, – отозвался его напарник. – Но мы с тобой здесь, потому что кто-то должен работать даже в такой обалденный день. Так что, если вы слушаете нас сейчас и не знаете, чем себя занять – хватайте вещи и хорошо проведите время на природе. Оторвитесь там за нас с Биллом! Ну а мы остаемся в эфире и продолжаем радовать вас отличной музыкальной подборкой».
Я дотянулся до колонки и выключил радио. Чем заняться сегодня я и правда не имел ни малейшего понятия. Никто не говорит что делать в случае, когда особых желаний и каких-то планов нет. Я вышел на балкон и устроился поудобнее в кресле, глазея по сторонам. Сосед выгуливал собак. Вот уже лет пять он, и в летний зной и в дичайший холод, выводит на свежий воздух двух лабрадоров. Судя по всему, были они из одного помета. Уж больно похожи друг на друга были эти игривые негодяи. Молодые, полные сил, они носились наперегонки по скошенному газону, пытаясь увлечь хозяина в
