к его груди. Надо же, какой твердой она ощущается. А с виду и не скажешь, что под этой клетчатой рубашкой прячутся мускулы.
Впрочем, мне не с чем сравнить. Наверное, тело у парней в принципе более крепкое, чем у девочек. Меньше округлостей, больше жесткости.
Да и какая разница? Я никогда не смотрела на внешность. Главное – то, что внутри у человека. Его ум, его характер, его моральные качества. А это все в Иване меня восхищает безмерно.
– Ты мне тоже нравишься, – бормочу я. – Очень.
Иван довольно хмыкает и утыкается носом мне в шею.
– Ты так вкусно пахнешь, – шепчет он, и его горячее дыхание щекочет мою кожу, заставляя ее покрыться мурашками. – Классные духи.
– У меня нет духов, – смущенно признаюсь я. – Это, наверное, шампунь.
– Или ты сама. – Иван целует меня в шею, и это так приятно, что я издаю какой-то тихий мурлычущий звук. – Знаешь, на что похоже? На абрикосы.
– Серьезно?
– Ага. Но не те, которые из магазина, они вообще без запаха, как пластмассовые. А ты пахнешь, как абрикосы, которые растут в Болгарии.
– Почему именно в Болгарии? – с любопытством спрашиваю я.
– Моя бабушка оттуда. У нее был дом и большой сад. Когда я был маленьким, мы туда часто ездили.
– А сейчас уже нет?
– Нет. Когда бабушка умерла, отец отдал ее дом каким-то болгарским родственникам, и они там все перестроили. А абрикосовое дерево срубили, его молнией поломало. Так что мы туда больше не ездим.
– Ничего себе. Болгария! – мечтательно говорю я. – Там же море есть?
– Есть.
– Везет! Я вот ни разу не была на море.
– Почему? – искренне удивляется Иван.
– Ну, не у всех же есть родственники в Болгарии, – смеюсь я. – Море – это дорого.
– А куда вы ездили на каникулах?
– На дачу, куда еще. О, смотри! – Я приподнимаюсь и восхищенно смотрю на раскинувшийся под нами город. – Фонари начали зажигаться! Красиво!
– Красиво, – соглашается Иван, но смотрит он при этом не вниз, а на меня.
Мы сидим на крыше до ночи.
И даже когда становится холодно и ветер начинает забираться под одежду, мы не уходим. В темноте наши поцелуи становятся еще жарче, а руки Ивана еще смелее, и я чувствую себя совершенно пьяной от счастья.
– Даш, ты замерзла, – говорит он в какой-то момент.
Я мотаю головой.
– Не спорь, я вижу, что замерзла. Пошли в кафе. Или в клуб. Он уже скоро откроется.
– Нет, уже поздно, – вздыхаю я. – Мне домой пора. Пока общежитие не закрылось.
– Понял. Тогда пойдем, вызовем такси.
– С ума сошел? – пугаюсь я. – Такси – дорого. Я на автобусе нормально доеду.
На самом деле я понятия не имею, ходят ли еще автобусы, но у меня на такси нет денег, а просить платить его – некрасиво. Иван и так оставил кучу денег в этой дорогой кондитерской.
– Ладно, – с неохотой соглашается он. – Пойдем. Я тебя провожу до общежития.
– А как ты потом пойдешь по темноте? Я сама нормально доеду, а ты…
– Даша! Это не обсуждается.
– Ничего себе! Ты такой деспот, – бормочу я и тянусь к нему за поцелуем.
Иван на мгновение застывает под моими руками, словно каменная статуя.
Видимо, он тоже замерз.
Да, пора домой. Хоть и ужасно не хочется, чтобы этот день заканчивался.
Глава 11.
Ян
Сердце всё ещё бешено колотится после того, как я услышал от неё насмешливо‑нежное «деспот».
На какое‑то жуткое мгновение мне показалось, что она всё знает.
К счастью – нет.
Пока нет…
Блин, ну я ведь победил, сделал то, что не могли сделать другие, почему я чувствую себя так отвратительно?!
Ответ простой: потому что Дашка мне нравится. Реально нравится.
И поэтому я не смог заставить себя достать телефон и сделать фото нашего первого поцелуя, хотя она, наверное, была бы не против. Можно было бы наболтать, что я хочу нас в соцсети выложить или мечтаю сделать такой кадр на память, но…
Но нет.
Я ни с кем не собираюсь делиться этой крышей, этими звёздами и нежными, неумелыми губами Дашки. Это только моё. И точка.
– Иван, неужели мы только вчера познакомились? – задумчиво спрашивает она, пока мы идём к автобусной остановке. – У меня такое чувство, как будто я тебя знаю очень давно.
Глупенькая…
Нет, не знаешь. Ты меня совсем не знаешь.
Я криво усмехаюсь, стараюсь справиться с неприятной горечью во рту и только крепче сжимаю её руку.
На остановке пусто. Судя по расписанию, последний автобус ушёл двадцать минут назад. Дашка выглядит растерянной.
– Давай на такси поедем, – снова предлагаю я.
– Нет, – упрямо отказывается она. – Это дорого, а ты и так на меня сегодня много потратил.
Чёрт, как ограничивает образ этого нищего ботаника!
Я же не могу сказать, что у меня безлимитная банковская карта: Даша сразу насторожится.
Ладно, попробуем другие варианты.
Я достаю свой отвратительно неудобный новый телефон, с пятой попытки нахожу там карту и прокладываю маршрут до общежития. Пешком идти – час. В целом… почему бы и нет?
– Готова ещё погулять, Даша? – с усмешкой спрашиваю я. – Предлагаю продолжить наш вечер приключений и дотопать до твоей общаги.
– Это же далеко!
– Час идти.
– Тогда можно, – тут же соглашается Даша и весело улыбается.
Красивая девчонка. Эти глаза её зелёные, пухлые губы, щёки раскрасневшиеся…
С трудом отрываю от неё взгляд.
Тянет, блин, как магнитом.
– Если ты замёрзла, – говорю я хрипло, – могу отдать тебе свою рубашку.
– Нет, спасибо, Иван, не нужно. Здесь намного теплее, чем на крыше.
– Потому что тут ветра нет.
– Да, ты прав. – Она снова улыбается, а я опять, как последний дурак, залипаю на ее улыбку. – Идём?
– Идем, – киваю я.
Это какой‑то совсем новый опыт – прогулка пешком по ночному городу. Мы идем через мост, под которым плещется тёмная, притихшая река, идем мимо домов с жёлтыми квадратами окон, идем вдоль дорог, где рядом с визгом проносятся машины.
И мне, как ни странно, по кайфу.
Наверное, если бы я шёл один, это надоело бы очень быстро, и я сразу вызвал бы себе тачку. Но с Дашкой идти мне нравится. Дашка вообще классная.
Она легкая в общении и немного стеснительная. Умная, но при этом не нудная. Воспитанная, явно привыкла соблюдать правила, но любопытная ко всему новому.
Не похожая ни на кого…
Меня начинает бесить тот Иван, образ которого я на себя надел, потому что Дашке он явно очень нравится. В отличие от Яна Десподова.
Десподова она терпеть не
