ним плыть на маленьком плоту. А что уж говорить о ребятах приазовских станиц! Они бежали по берегу и просили, чтобы им хоть немного, ну хоть самую чуточку дозволили проплыть на плоту!
На Оби
…Шло время. Одно лето сменялось другим, очередное путешествие — новым, более сложным. За плечами первых кон-тиковцев (так назвали в школе тех, кто ходил на плоту) остался девятый класс, десятый… Они начали работать, поступили в вузы, но не прекращали связей со школой. Многие из них оставались надежными помощниками Олега Валентиновича, вместе с ним участвовали в подготовке и проведении следующих экспедиций. А Маркин упорно стремился к тому, чтобы приобщить к походам все больше ребят. Так родилась идея сменных экипажей, когда одна группа школьников проходит на плоту только часть маршрута, потом уступает место другой, а сама пересаживается для прохождения остального пути на велосипеды. Произошло и другое существенное изменение. В первых плаваниях участвовали только старшеклассники, в основном, те, кто закончил девятый класс. Это значило, что каждое лето плот уходил с практически полностью обновленным экипажем — понятно, что в год сдачи выпускных экзаменов, хочешь не хочешь, а мысли о новом путешествии приходилось оставить. Но маршруты все время усложнялись, и, чтобы обеспечить команду «ветеранами», имеющими опыт таких плаваний, Олег Валентинович решил брать ребят и помладше. Так появились на борту сибирского «Кон-Тики» школьники, окончившие седьмой, шестой, даже пятый класс. И, надо сказать, со своими нелегкими обязанностями они справлялись великолепно, ничуть не хуже старших.
Очень хотелось контиковцам, чтобы об их плаваниях узнал Тур Хейердал. Но хвалиться своими успехами они не торопились. Только после четвертого путешествия, когда всем уже было ясно, что их увлечение — не случайный эпизод в истории школы, а серьезное, большое дело, ребята написали Туру Хейердалу о том, что в далекой Сибири у его знаменитого «Кон-Тики» появился младший брат. Они рассказали о своих маршрутах, о том, что собираются создавать в школе клуб «Кон-Тики», и просили известного путешественника стать его Почетным президентом.
И вот весной, в самый разгар подготовки к очередному, наиболее сложному путешествию (сбывалась мечта первых контиковцев — в этот раз плоту предстояло впервые выйти в открытое море) почтальон доставил в одиннадцатую школу конверт, оклеенный иностранными марками, — ответ Тура Хейердала.
Долго рассматривали школьники плотный конверт с известным всему миру именем. Потом достали из конверта открытку — плот «Кон-Тики», бороздящий океанские просторы. А на обороте открытки, нетерпеливо подсказывая друг другу русский перевод английских слов, прочитали:
«Благодарю за ваше письмо. Я буду очень рад стать Почетным президентом вашего клуба. С наилучшими пожеланиями Тур Хейердал».
Привал в Новоазовске
— Вот это да! — восторженно воскликнул кто-то. — Ну, молодец наш «Кон-Тики»!
Снова и снова они перечитывали лаконичное послание Хейердала. Читали — и все еще не могли поверить в реальность случившегося. Шутка сказать — сам легендарный Хейердал напутствует их. Разве ж это не чудо!
А их руководитель, преподаватель физкультуры 11-й новосибирской школы О. В. Маркин, глядя на взволнованных, радостно галдящих школьников, возвращался в мыслях к тем теперь уже далеким летним каникулам, когда обской ветер впервые запел в снастях сибирского «Кон-Тики».
К морскому плаванию подготовка велась особенно тщательно. Как и в прошлые годы, началась она с первых сентябрьских дней. Работа предстояла гораздо серьезней обычной. Во-первых, что ни говори, а открытое море — это все-таки открытое море. Во-вторых, рекордной для сибирского «Кон-Тики» должна была стать и протяженность похода. Ребята решили пройти от Ростова-на-Дону по Дону, Азовскому и Черному морям до Новороссийска.
Со второй четверти — обязательные для каждого шесть часов еженедельной работы на постройке плота. Началась и специальная подготовка — в экипажах были назначены штурманы, медики, ремонтники, радисты, представители других судовых профессий. Им предстояло до начала плавания овладеть основами своих специальностей. Короче, легкой жизни не ожидалось.
И хотя опыт прошлых лет уже доказал, что, несмотря на все многочисленные обязанности участников будущего похода, их успеваемость не пострадает, вновь забеспокоились некоторые учителя:
— Каждый день с шести тридцати тренировки? Да они же на первых уроках спать будут!
— Это немыслимо — столько времени уделять постройке плота! Школьникам и так на выполнение домашних заданий времени не хватает!
— Олег Валентинович, нельзя ли на сегодня освободить от вашей подготовки ребят из моего класса? У них завтра ответственная контрольная — как бы двоек не нахватали…
Но контиковцы, вопреки всем опасениям, работали на первых уроках гораздо активней остальных ребят, тех, кто в тренировках не участвовал. И понятно — пока другие «раскачивались», входя в обычный ритм своих ежедневных дел, кандидаты в экипажи, «разогретые» интенсивной тренировкой, уже занимались в полную силу.
Работа по подготовке путешествия никак не мешала ученью — наоборот, еще раз подтверждая опыт прошлых лет, она заставляла ребят учиться собранности, сосредоточенности, умению точно распоряжаться своим временем, дорожить им. Регулярные тренировки прибавили сил и в самом прямом смысле слова. Постепенно, даже как-то почти незаметно для самих себя, ребята преодолели рубежи норм ГТО, начали регулярно выступать в соревнованиях — для этого тоже откуда-то появилось время.
Правда, от двухсот человек теперь оставалась примерно лишь четвертая часть. Но Маркин считал этот процесс отсева естественным и закономерным. Кроме того, свято соблюдался принцип прошлых лет: каждый прекращал работу по подготовке путешествия только по собственному желанию. Не было ни одного случая, когда бы «Уходи!» сказали школьнику Маркин или кто-то из его помощников.
И опять же, в полном соответствии с опытом прошлых лет, наконец наступил этап, когда дальнейший отсев практически прекратился. Потому что к этому времени из ребят разных возрастов, разных интересов, характеров сформировался единый дружный коллектив преданных своей мечте мальчишек и девчонок, готовых преодолеть ради ее осуществления любые трудности. И теперь руководители делали все, чтобы еще сильнее этот коллектив сдружить, сплотить. Все вместе стали проводить выходные, отмечать дни рождения, часто выезжать на базы отдыха…
Старт экспедиции из Ростова был намечен на 22 июня. «Нептуны» — экипаж, который должен был пройти на плоту первый этап до Новоазовска, — прибыли в Ростов семнадцатого. «Дельфины» должны были стартовать на велосипедах из Симферополя. К исходным пунктам своих маршрутов двигались «Штормы» и «Тайфуны».
С гордостью и волнением смотрел на своих питомцев Маркин. За подготовку ребят он не опасался: в ее ходе были предусмотрены, кажется, все возможные ситуации. Параллельно с основным вариантом маршрутов разработано несколько резервных, ребята в отличной форме, они умеют плавать, оказывать первую помощь, управляться с парусом и веслами, прекрасно ездят на велосипедах и сами чинят их, в совершенстве знают
