принесли гитары. Вот две, вот три, вот шесть. А мандолина все одна. Потом — балалаечку, потом — еще балалаечку. Потом контрабас. Такой ансамбль, которому названия не придумать, если судить по инструментам. Странный.
Эта запись сделана в тот год, когда новосибирские ученые — любители музыки узнали о школьном оркестре в небольшом кузбасском поселке и решили познакомиться с этим коллективом. Встретились в Академгородке. Играли по очереди: сначала дети, потом ученые, обменивались пристрастиями, впечатлениями о самых ярких моментах в «музыкальной» биографии.
К этому времени у оркестра, который начинался с одной мандолины, уже была за плечами большая судьба. Оркестр из Сибири участвовал в 1 Всесоюзном фестивале детского искусства в пионерском лагере «Орленок», его выступление слушали в Большом зале Московской консерватории делегаты 9-й Международной конференции по эстетическому воспитанию детей и юношества. Творчество ребят получило уже самую высокую оценку.
— Вы играли не кончиками пальцев, а сердцами, — сказал юным музыкантам композитор Дмитрий Кабалевский.
— Обаятельное исполнение. Даже марш звучит, как «музыкальный момент». — Это слова композитора Александры Пахмутовой об оркестре из Мундыбаша.
Мне об этом выступлении рассказывала Марина — дочь Николая Алексеевича: «Музыкальный момент» очень понравился, пришлось повторить. Папа так растерялся. Говорил, что времени мало, чтобы без повторения. И вдруг: повторите! Ну мы и повторили».
Марина тогда была шестиклассницей. Я отчетливо помню ее рыжеватой, смышленой и смешливой девчушкой. Сейчас она окончила Новосибирскую консерваторию по классу дирижирования.
Что-то странное происходит со временем: оно стремительно несется, раскрывая необыкновенные человеческие судьбы. И как бы не движется: на той же сцене в школьном зале дети…
Как много может сделать для детей один человек!
Вспоминаю свой первый приезд в Мундыбаш. Приехали мы туда с Иваном Матвеевичем Гуляевым — заслуженным деятелем искусств, художественным руководителем оркестра народных инструментов Новосибирского радио и телевидения. Он первый из профессиональных музыкантов узнал о небольшом школьном оркестре, тогда еще только делавшем свои первые шаги. Сразу стал помогать и словом, и делом.
И встречали Ивана Матвеевича, когда я с ним приехал в Мундыбаш, как доброго друга — ворохом новостей, радостью.
Чуть позже Иван Матвеевич привез в Мундыбаш своего ученика, начинающего дирижера Владимира Гусева. И теперь, через много лет, Владимир Гусев, заслуженный деятель искусств, руководитель оркестра народных инструментов Новосибирского радио и телевидения, заменил учителя.
Но это — потом, а в начале был поселок, разбросанный на склоне заснеженных гор, железная дорога в долине, висячий мост через речушку, глубокий снег. А по дороге, прорытой среди сугробов бульдозером — шагали ребятишки. Ноги в валенках, приподняты воротники пальтишек, и у всех в руках — футляры. А в футлярах — домбры и балалайки, маленькие и большие. И никто не оглядывается на этих ребятишек, не останавливается с удивлением.
Это мне была нова такая картина, а в поселке к ней привыкли. Потом привык и я. Со многими из юных оркестрантов познакомился.
Мои архивы хранят их голоса. Счастлив человек, которому встретится истинное содружество людей, объединенных истинными чувствами: друг к другу, к любимому делу.
Эти люди — всегда со мной, стоит нажать кнопку магнитофона, чтобы услышать взволнованный голос:
— Я очень обязан оркестру… да что там! — это вся жизнь моя! Не будь у меня Николая Алексеевича, как сложилась бы судьба, не знаю.
Голос Александра Бублика, выпускника Новосибирской консерватории. Сегодня он преподает в музыкальном училище и руководит оркестром народных инструментов в Кемерове. Маленькому человеку нужен старший друг. Не всегда он, маленький человек, может понять и оценить огромное везение — дружбу взрослого. Но всегда наступает в конце концов момент осознания. Об этом мы разговаривали как-то с моим мундыбашским знакомым, Шамилем Измайловым. После школы он закончил Новосибирский электротехнический институт, потом — аспирантуру в Московском университете.
— Занятия в оркестре, — сказал мне Шамиль, — научили трудиться. И не для себя, а для того, чтобы радовать людей. Этому научил оркестр.
А что меня, журналиста, снова и снова ведет в этот маленький поселок? Стремление к чуду? К радости, которую излучают юные музыканты? Наверное. Но еще ведет меня в Мундыбаш желание встретиться с Николаем Алексеевичем.
— У каждого человека в душе есть борьба сил, — говорит мне Николай Алексеевич. — Человеку хочется разобраться в себе самом, понять себя. Поверить в себя. Человеку хочется понять свои недостатки, чтобы справиться с ними. Я вижу порядочность в этом. В музыке дети находят мир больших мыслей, высоких чувств. И они постигают, что путь к этому миру лежит через труд, кропотливый, скромный.
Николай Алексеевич говорит — и как бы раздумывает вслух обо всем, что связано с судьбой оркестра:
— Удивляются люди: откуда такой свет, откуда такая сила? И сваливают все на меня. Товарищи, я в этом не виновен в такой мере, в какой вы полагаете. Я такой же рядовой, как все. Я просто дежурный. Не деятель искусств, не дирижер, не музыкант, сердцем преданный своей работе. Бакенщик зажигает свет для кораблей. Так и я: по скрипучим лесенкам, подливая маслица в лампадку, чтобы она горела, чтобы указывала верный путь. И люди, зная, что есть верный дежурный, не жалеют тепла, огня — помогают, чем могут. Сила эта — ото всех.
Вот уже двадцать три года подряд на февральских традиционных сборах, посвященных очередной годовщине оркестра, в торжественной обстановке одному из бывших мундыбашских оркестрантов вручается специальная оркестровая премия. На этот раз ее лауреатом стал студент Сибирского металлургического института Александр Кичанов.
«За энтузиазм и настойчивость популяризации народной музыки среди студентов СМИ, за большую работу в качестве фотокорреспондента оркестрового журнала «Родничок» награждается оркестровой премией Александр Кичанов», — объявил ведущий. Невысокий худенький юноша поднялся на сцену.
Александр смущен чрезвычайно. Он не ожидал премии, не о премии думал, когда нес свет своего дома, пламя, зажженное старшим другом, в новую жизнь.
Быть верным и преданным оркестру, как бы ни сложилась твоя судьба, всегда помнить о его заботах, огорчениях и радостях, быть пропагандистом русской народной музыки, отечественной и зарубежной классики — такую клятву они не произносят вслух, но несут в сердцах вместе с памятью о родном доме, вместе с благодарностью учителю, вместе с той удивительной любовью, которая стала для них и светом, и совестью.
И снова мне слышится голос Капишникова.
— У победы много отцов, поражение — всегда сирота. Это так. И любая победа школьного оркестра нераздельно связана с теми людьми, которые помогали оркестру и профессионально, и материально, и морально…
ВОЗЬМИТЕ МЕНЯ В РОБИНЗОНЫ
После окончания Новосибирского элекротехнического института Людмила Степановна Корнеева пошла работать в восьмилетнюю школу-интернат библиотекарем. Правда, кроме профессии инженера по автоматизированным системам управления, Людмила Степановна получила гуманитарное образование на факультете общественных профессий, хорошо изучила библиотечное
