– Круто, – похвалил бывший прапорщик, – я в твои годы так бы не смог. Все, давай выше.
Малец кивнул, довольный похвалой такого авторитета, как Ампер, и полез вверх, аккуратно, без бравады, внимательно смотря, за что хватается, и куда ставит ногу.
Сам же Погорелов развернулся спиной к черноте и начал вглядываться в парк, сейчас опасность могла прийти только оттуда. Но ничего кроме птиц в ветвях деревьев, которые что-то чирикали, так не обнаружил.
Филин спустился минут через пять. Повиснув на нижней ветке, он бесстрашно разжал руки и спокойно приземлился на ноги, отдал Амперу монокуляр.
– Есть зелень, но далеко, – доложил мальчишка, – четыре с половиной километра, если верить этому прибору.
– Плохо, – подвел итог Погорелов. – Столько тебе не пройти, а я тебя нести не смогу, слишком много на нас имущества.
– Да это всего ничего, за часик спокойно дойти, не проблема, – удивился Филин.
– Ты не понимаешь. На черноте и бывалым рейдерам плохо, убивает она медленно. А новичкам вообще хана, сразу тошнота, верх и низ меняется местами. Если бы тут был километр, я бы еще рискнул тебя протащить. Но четыре с половиной… У меня рюкзак килограммов двадцать весит, плюс оружие, плюс твой рюкзак, плюс арбалет, и ты сам, вот и считай, чуть меньше своего веса потащить в таких условиях – без вариантов. Тут самому бы дойти. Понял?
– Понял, – согласился парень.
– А далеко в стороны тянется, обойти никак?
– На запад далеко, края не увидел, а вот на восток всего на пару километров, там все еще наш город, но часть исчезла. Дома стоят прямо по краю черноты, метра три между ними зазор, дальше дорога, кусок федеральной трассы, так вот, там кончается чернота. Но там людей много, грузовики стоят, как новые, так и старые, и мне показалось, я видел тот, за которым чудовище гналось.
– Плохо, – подвел итог Ампер, – совсем плохо. Не чудовище, а рубер, запоминай, чтобы рядом с бывалыми рейдерами дураком не выглядеть. Не понравилось, как эта падла, что за рулем была, на меня смотрела, словно знал обо мне. Нельзя к грузовикам выходить. В другую сторону тоже нельзя, там какой-то обрыв, русло реки и поселок, и стреляют там рядом много, зараженные охотно на звуки идут. Спалимся, место открытое.
– А если провезти меня на чем-то, например, велосипеде? Навесить на него все имущество, я в седло, а ты толкаешь.
– Ну, чисто технически, можно, – задумчиво произнес Ампер, – только вот велики в прокате все искореженные. Хотя, если там есть инструмент, можно пробовать из пяти-шести один собрать, руки у меня растут вроде из правильного места, с машинами я не дружу, а вот с великом справлюсь, не звездолет. Только ты не представляешь, как тебе будет плохо на черноте, я бы на твоем месте туда не рвался, и сам не горю желанием соваться, вот только через город нам дорога закрыта. Так что, придется пробовать.
До разоренного проката дошли за десять минут. Инструмент нашел, и запчасти были, запасные колеса на стене висели. Вообще выбор был большим, если бы парень мог крутить педали, то он бы починил велики так, чтобы можно было ехать. Но не светит, Филин сдуется на первом шаге, он даже свой кластер еще не покинул. Так что, пришлось мудрить. Для начала Ампер привел велосипеды в божеский вид, раздавленные колеса отправились в груду хлама, замена погнутого руля, цепи на хрен. Двадцать минут, и вот два вполне нормальных велика, ехать нельзя, а вот катить без проблем. Но Ампер не стал останавливаться, он знал, что парню в седле не усидеть, поэтому продолжил шаманить. Пара досок, выломанных с крылечка, несколько цепей с замками, шуруповерт со сверлами, все это привязать на один из великов, собирать придется на месте, иначе не пройдет через лес. Любопытный Филин, которого Погорелов поставил следить за обстановкой вокруг, все-таки шумел он, не сказать, что сильно, но все равно любопытные могли и появиться. Мальчишка рисковал заработать косоглазие, так ему было интересно, что задумал Ампер. И когда бывший прапорщик услышал, как щелкнул арбалет, он бросился к выходу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Что? – сжимая в руках пистолет, выпалил он, но очень тихо.
– Пустыш, – спокойно произнес Филин, взводя заново свое чудовище, – в спортивном костюме, вон там. Метров десять, из-за кустов на нас глазел.
Ампер посмотрел в указанную сторону и заметил красное оперение, торчащее в сердце молодого паренька спортивного типа.
– Бди, я за стрелой схожу. А ты молодец – четко, ясно, без паники снял зараженного, даже не верится, что тебе десять лет, и ты тут всего четыре дня.
– Мне без малого одиннадцать, – обиделся Филин, – пару месяцев не хватает.
– Это меняет дело, – улыбнулся Погорелов, ему до дня рождения тоже не хватало пары месяцев.
А вот с пустышем все вышло плохо, за кустом лежал парень, обыкновенный иммунный новичок, никаких следов заражения, стрела пробила сердце, умер быстро. Ампер скрутил наконечник, вышедший из лопатки, и выдернул древко, обтер его об одежду покойника и направился обратно.
– Отличный выстрел, – похвалил Погорелов, отдавая стрелу. – Но если, что заметишь, меня позови, вдруг он там не один, а ты пальнешь, а перезарядка у этого монстра долгая.
Говорить мальчишку о том, что он убил живого человека, Ампер не стал. Парень хоть и крепкий, но может сломаться от такой новости, страх возьмет верх, и все, пропал стрелок, долго думать будет, сомневаться, стрелять, не стрелять, в итоге его сожрут. Одним иммунным больше, одним меньше, это Стикс, люди здесь самый расходный ресурс.
– Хорошо, – легко согласился Филин.
Через десять минут они закончили приготовления, и Ампер, связав два велика, покатил их обратно к черноте.
– А доски зачем? И цепи, и прочие? – тихо спрашивал малец, не забывая крутить головой.
– Увидишь, – улыбнулся Погорелов. – Пошаманю, и как король поедешь. Тебе там будет очень плохо. Не сопротивляйся, бесполезно, отключишься – хорошо, меньше негативных ассоциаций.
– Договорились, – ответил Филин. – А здорово я этого пустыша? С первого раза в сердце.
– Здорово, – согласился Ампер.
Странно, но он не чувствовал угрызений совести, отмерло в нем что-то за эти месяце в Улье, растворило некоторые прежние черты Леньки Погорелова, выковав рейдера Ампера. Не выживают тут с комплексом вины.
Глава четвертая. Нежданные проблемы
Спаренные велосипеды с самодельными носилками между ними бодро раскатывали широкими шипастыми колесами в пыль антрацитовую травку мертвого кластера. Как Ампер и предполагал, мальчишке стало плохо почти сразу, тошнило его минуты две, он полностью избавился от завтрака, плакал, просил вернуться обратно, но Погорелов был непреклонен. Минут через десять Филин затих, только изредка постанывал.
Амперу тоже было не слишком хорошо, толкать велосипеды с такой грубой сцепкой очень нелегко. Его мутило, голова раскалывалась на части, ноги, словно две деревянные колоды, но он держался и, налегая на брусок, который сделал рукоятью, двигал свою «тележку».
Километр остался позади, начался склон, не сильный, но спарка великов так и норовила рвануть вниз на полных парах, теперь приходилось держать брусок и притормаживать ногами, чтобы мальчишка со всем имуществом не покатился вниз.
– Плохо, – прошептал Филин.
– Держись, – попытался его утешить Ампер, – километр уже прошли, и дальше пройдем.
Мальчишка вяло кивнул и опустил голову на свой рюкзак.
Спуск кончился и начался подъем, тоже не слишком сильный, но теперь уже приходилось налегать на брус со всей силы. На вершине Погорелов на пару минут присел и сделал пару глотков живца. Чернота выматывала, а ведь он, по сути, не так уж далеко ушел от новичка. Ходок говорил, что некоторые рейдеры вообще страдают непереносимостью черноты, даже прожив в Улье больше трех лет, их корчит на мертвых кластерах, как будто они только что с перезагрузки. Но Ампер шагает, и этого достаточно. Вот слева метрах в ста холм, по очертаниям напоминающий машину, а вот дальше… Такое Погорелов видел впервые. Целый поселок с пятиэтажными домами-кубиками, какие строили в небольших поселениях городского типа в сельской местности, два десятка черных домов, машины во дворах, кусты, деревья, трубы, и все это антрацитового цвета. Захотелось вскинуть автомат и дать очередь по ближайшему дому, посмотреть, что будет. Но сдержался, не стоит привлекать к себе внимания. Да, здесь чернота и здесь нихрена нет, никого и ничего, но все равно…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
