Погорелов усмехнулся тому в лицо, прав он, сука, все гонялись за ним, вот только он жив, а все, кто гонялся, уже подохли. Наручники крепко обхватили запястья. Учитывая нож, который уже разок сослужил ему службу, избавиться от них, проблем не составит, главное, чтобы не нашли. Пистолеты, автомат и кинжал Узор забрал себе, а вот рюкзак взял Мрак.
– Тяжелый. Чую, там много ценного, – довольно заявил он. – Где ты так подогрелся? Ведь еще три дня назад тебя раздели.
– Так с тех, кто раздевал, и снял, – усмехнулся Ампер в лицо Мраку. – Вы, муры, дохнете рядом со мной, как будто смерть за моими плечами ваша стоит. Как подходите, хлоп, и в ящик. Хотя в Стиксе без ящиков… Пусть будет канава с дерьмом. Раз, и жмур в дерьме притоплен. Мальчишку отпустите, он вам без надобности, новички внешникам не интересны, а ему всего четыре дня. Они только старожилов берут.
– Вот поэтому сторожили дороже, – ответил Мрак, – но и пять гороха тоже прибыль. Сдавать-то будем в общей массе. А теперь шагай к роще, и помалкивай, еще одно лишнее слово из твоего вонючего рта, и я тебе зубы выбью, внешникам похрен, с зубами ты будешь, или нет.
Молчаливая же девушка, так и не проронившая ни слова, взяла рюкзак Филина.
– Дяденьки, ну отпустите, – заканючил пацан, Ампер даже представить не мог, что он так умеет. – Ну что я вам сделал? Я никому про вас не скажу.
– И куда ты пойдешь? – неожиданно, присев рядом с мальцом, спросила девушка. – Здесь Стикс, здесь выживают сильные. Тебе сколько лет? Десять? Да ты в одиночку и дня не протянешь, дети тут добыча. Ну, дал тебе твой крестный нож и арбалет, но ведь убивать уметь нужно. Я не умела, меня одни уроды научили. Но ты еще не умеешь, так что загнешься. Как тебя звать?
– Ампер Филином окрестил, я птиц люблю.
– Хорошее прозвище, – уважительно глянув на Погорелова, произнесла девушка. – Узор, Мрак, мы его не сдадим, я его себе беру.
– Ярая, мы так не договаривались, – заупрямился Мрак.
– Я заплачу за его свободу, – отрезала девушка, и Погорелову показалось, что воздух вокруг нее как-то странно уплотнился, – разговор закончен. Или у тебя есть, что еще сказать?
– Нет, Ярка, нужен, забирай, – слегка струхнув, ответил рейдер. – А ты шевелись, – он пихнул Погорелова в спину стволом автомата, вымещая на нем свой испуг.
Ампер скривился и сделал два торопливых шага вперед, и оказался прямо перед Узором. Бывший прапорщик не мог удержаться, состроив зверскую рожу, он приблизил свое лицо к лицу мура и резко сказал:
– БУ!
Тот отшатнулся и, не удержавшись на ногах, грохоча кучей стволов рухнул на пятую точку.
Узор, скрывая свой испуг, вскочил и со всей дури саданул Погорелову кулаком в пресс, но не пробил, да и удар был так себе.
– Суки вы ссыкливые, – презрительно глядя в глаза татуированному, произнес бывший прапорщик и, сплюнув под ноги, пошел к роще.
Их вели под стволами. Впереди шел Ампер, за ним Филин. Руки мальчишке не сковывали, и вообще как угрозу не воспринимали. Муры шли по бокам, замыкала Ярая, присматривая за мальчонкой. Приглянулся он ей, похоже. Даже если его песня спета, девчонка о шкете позаботится, вырастит он в таком обществе, конечно, дрянью, но вырастит. Может, и удерет. Но Ампер не спешил сдаваться, дерись до конца, так его учили, так он говорил своим бойцам.
Снайпер и вправду был хорош, он возник словно из неоткуда, просто в один миг поднялся с земли, с которой сливался идеально, сильный дар. Мимо придешь, кочка, как кочка, и винтовка просто ветка. А винтовка хорошая, с глушаком, мощная, из такой можно работать километра на полтора.
– Три красных жемчужины, – произнес снайпер, разглядывая Погорелова. – Вот уж не думал, что встретимся. Только проблема есть, как тебя целым довезти до пособников, они на тебя жутко злы, ты их группу партизан ушатал. Крутой ты черт.
– Почему три? Две же было, – тут же вклинился Мрак.
– Еще одна от пособников, – пояснил снайпер.
– Дяденька, ну отпустите, – дернув Мрака за рукав, заканючил пацан, концентрируя внимание на себе
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Что за… – начал Узор, но закончить фразу не успел.
Выстрел. Еще один. Снайпер оказался самый шустрый, он рванул в бок, поднимая свою винтовку, ну не создана она для ближнего боя, но споткнулся о выставленную Погореловым ногу и, рухнув на землю, проехался носом по траве. Грохнул еще один выстрел, и в затылок мура вошла пуля.
– Теть, а ты крутая, – неожиданно произнес Филин, – бах, бах, и все трупы.
– Спасибо, ты тоже молодец, – ответила Ярая, убирая пистолет в кобуру и срезая с запястья Ампера наручники, – вовремя Мрака отвлек. Как догадался?
Филин пожал плечами.
– Вы так на дядю Ампера смотрели, так смотрят не на врага и не на награду, так смотрят на очень дорого человека.
– Вот уж не думала. Ты действительно необычный ребенок, раз смог распознать подобное. Здравствуй, Ампер.
– Лицо знакомо, вот только вспомнить не могу, – присаживаясь рядом с мертвым Узором, и начиная стаскивать свое имущество, произнес Погорелов.
– Ты со своей блондинкой спас меня. Подвал рейдеров на маленьком стабе, четыре девчонки, дыба. Неудивительно, что ты меня не запомнил, поскольку получил нож в плечо.
– Вспомнил, спасибо.
– Жизнь за жизнь, Ампер. Эти люди чужие, те, кто мне помог тогда, уже не встанут, кстати, догадываюсь, что ты их привалил.
– Я?
– Граната в оружейном шкафу.
– Тогда я, – признал Погорелов. – Что дальше, Ярая? – Ампер уже полностью вооружился, теперь нужно дождаться конца беседы.
– Тетя Ярая, пойдемте снами, – с детской непосредственностью предложил Филин.
Девушка опустилась перед ним на колени и обняла.
– Для тебя малыш я не Ярая, Таней меня зовут.
– Пойдемте, – повторил мальчишка. – Дядя Ампер крутой, он сможет вас защитить.
– Не выйдет, – покачала головой девушка. – У вас своя дорога, у меня своя, – с грустью произнесла девушка, отстраняясь и поднимаясь на ноги. – Я уже с месяц хочу уйти, не по нутру мне то, что тут творится, воротит. И я замазана в этом, к нормальным мне хода нет. Даже твое заступничество не спасет, кончат меня в особо извращенной форме. Уйду на юг, там, говорят, есть места, где всем плевать на прошлое. Так что, прощайте.
Филин уже было раскрыл рот, чтобы возразить, но передумал, просто шагнул и обнял ее за талию. Ярая потрепала его по волосам, потом перевернула снайпера, быстро обыскала разгрузку, забрав магазины к винтовке и что-то из имущества, скорее всего, пакет с потрохами. Затем вскрыла ремень и извлекла оттуда еще несколько горошин.
– Тань, тут где-то стаб должен быть, там стронги обитают. Знаешь, где это? – решил прояснить дальнейший маршрут Ампер, пока девушка не исчезла.
– Далеко туда, – ответила та, – примерно сто двадцать километров. Смотрите, буду по ориентирам объяснять. Пойдете на восток, выйдите на дорогу, но это не та что рядом. Перешли ее, идите дальше километров двадцать. Огромное шоссе, даже не знала, что у нас в стране такое есть, шесть полос, пробка километра на три, там зараженные хорошо подъедаются, поскольку шоссе сразу с пробкой грузится. Вот по нему или вдоль него на север. Дойдете до городка со стелой памяти героям великой отечественной, от нее на одиннадцать часов еще километров сорок. Ваш ориентир – огромные вышки ЛЭП. За ними будет стаб мелкий, метров сто на двести, там постамент от танка остался. Вот если прямо от него повернуть направо, через десять километров будет Отважный. Но мне туда ходу нет.
– Понял, доберемся. И спасибо тебе.
– Пойдем со мной, Ампер, – неожиданно выпалила девушка.
Она это говорила, словно в омут головой ныряла. В ее темных глазах теплилась надежда.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Прости, но мне в другую сторону, там ждут меня и мою помощь.
– Я знала, что ты так скажешь. Прощай.
Она подхватила винтовку снайпера и, не оборачиваясь, скрылась среди деревьев.
– Прощай, – произнес Ампер ей в спину, но не был уверен, что Таня расслышала. – Он присел рядом с мальчишкой и приобнял его за плечи. Филин плакал. – Ты можешь пойти с ней, – предложил Погорелов. – Она хороший человек, попавший к плохим людям. У нее своя дорога, в противоположенную сторону. Там, где я живу, ей места нет.
