– Нет, я с тобой, – ответил Филин, – просто очень грустно.
– Мне тоже, а теперь давай, посмотрим, чем нас могут наградить уроды, которых успокоила наша нежданная союзница.
На обыск потратили десять минут. Оружие и боеприпасы Ампер не взял, он приблизился к границе – когда патронов мало, но больше просто не унесет. Единственное, что он забрал – четыре эфки.
– А молодец Ярая, – похвалил он девушку, – все потроха собрала. Только то, что у нас Узор конфисковал, не тронула. Все Филин пора отсюда сваливать, крови тут пролилось много, а зараженные ее отлично чуют, уходим.
– Жалко, столько добра валяется, – глядя на оставленное оружие, посетовал мальчишка.
– Жалко, – согласился Ампер, – но я не железнодорожный вагон, рюкзак не бесконечный и весит немало. Какой самый главный закон рейдеров?
– Носи ровно столько, сколько нужно, чтобы быстро смыться, – отатарабанил шкет с гордым видом.
– Верно. – Перефразируя пословицу, Ампер сказал, – рейдера ноги кормят, так что, берем свое, бросаем чужое и валим отсюда, не хватало, чтобы этих уродов искать стали и нас засекли.
Через час они вышли к дороге, про которую говорила Ярая. Четырехголосное шоссе с отбойниками посредине и мачтами освещения. Самое хреновое, что лесополоса, идущая вдоль, была такой жидкой, что укрыться в ней просто нереально. А за ней поле, а за полем явно новый кластер, поскольку уж больно явная граница – бетонный забор, а за ним строения в два этажа, все заброшено, и уже давно.
– Идешь первым, – проинструктировал Филина Ампер, – добегаешь до середины, внимательно осмотрелся, и живо на другую сторону. Там кусты густые, вот в них и ныряй. Как только ты перейдешь, я пойду следом.
Парень кивнул и приготовился стартовать, ожидая команды.
– Давай.
Филин рванулся вперед, добежал, выглянул из-за отбойника и, перемахнув его, перебежал оставшиеся две полосы. Скрылся в зарослях, ничего более густого на этом участке просто не было.
Ампер уже хотел стартовать следом, когда услышал двигатель, машина шла ходко, и не одна. Сначала из-за спуска появился БТР, он был весь в заплатах, башня с КПВТ отсутствовала, вместо нее кто-то приварил ЗУшку. Уродство вышло редкостное, но вполне рабочее. Правда, в кресле стрелка сейчас пусто. Следом шел грузовик, обычный КАМАЗ с самодельным бронированием. Не доезжая до Погорелова метров пятьдесят, они свернули налево, туда, где в березовой роще остались три трупа. «Похоже, хватились покойничков», – подумал Ампер и рванул через дорогу. И сваливать нужно, как можно дальше, хрен его знает, что там у людей за способности.
– Малец, ну вот как так? – растерянно произнес Погорелов, глядя на мальчишку, который сжимал в руках трофейный «клюв», снятый с трупа Мрака. У его ног с пробитым в трех местах черепом лежал покалеченный ранее бегун, вместо ног два свежих обрубка, на правой руке не хватает пальцев, в спине с пяток пулевых, причем, похоже, одна из пуль перебила позвоночник.
– Я сюда забегаю, а он уже здесь, заурчал и на руках ко мне пополз. Ну, я со спины зашел и «клювом», – виновато пояснил парень.
– Раз это твой первый зараженный со споровым мешком, бери нож и вскрывай.
Филин радостно потянул охотничий капитанский нож. Погорелов усмехнулся, он отлично понимал мальчишку – не ругают, доверили сбор потрохов, чего не радоваться?
– Поздравляю, твой первый споран, – когда через три минуты Филин продемонстрировал ему трофей. – Прячь в карман и ходу, поскольку у нас, похоже, неприятности. Жаль, дальномер на черноте сдох, но нам нужно очень быстро добраться до этой заброшки. До нее километра четыре точно есть. Руки в ноги, и бегом.
Филин кивнул и, застегнув карман на липучке, первым побежал к указанной цели. Ампер пыхтел за ним шагах в трех, завидуя прыти молодого Леньки Погорелова.
Экс имперский прапорщик рухнул у забора, переводя дыхание. Быстро пробежали, но груз за плечами и общая усталость, все же сон урывками в домике на дереве нельзя назвать полноценным отдыхом, а потом еще путь по черноте, вымотали.
– Пустыш, – доложил Филин, который нашел отверстие в заборе размером с рублевую монету и, прилипнув к нему глазом, изучал территорию заброшки. – Лежит на ступенях, вроде живой, только, наверное, ослаб.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Вероятен и такой вариант, – согласился Ампер, – но это не значит, что он один. Где-то может быть что-то более шустрое.
– Отсюда больше ничего не видно.
– Нужно найти проход, через трехметровый забор с остатками колючки лезть – себе дороже. Пройдись вправо, только очень аккуратно. Мне показалось, когда я бежал, видел пролом. Если не ошибся, до него метров двадцать.
Филин кивнул, но было видно, что его просто распирает от гордости, что командир относится к нему, как к взрослому, и дает настоящие задания. Взяв наизготовку арбалет, он согнулся, чтобы максимально скрыть силуэт, и пошел в указанном направлении.
Ампер же, глотнув живца, окончательно пришел в норму. Надо найти место для отдыха, он вымотался так, что ему просто жизненно необходимо поспать. Усталый человек менее внимателен, медленнее двигается, плохо соображает. В Стиксе – это верная дорожка в плен, в желудок или в какой-нибудь другой круг ада. Но сначала надо оторваться от противника, потом никуда не вляпаться и уже потом найти место, где можно часов пять поспать.
Не ошибся, за вполне себе приличными зарослями лопуха действительно был пролом в заборе, только пролезать пришлось на брюхе. Пустыша беспокоить не стали, просто обошли по большой дуге, мертвяк был жив, но серьезно ослаб. Скоро, если никто не подвернется, вообще в мумию превратится.
Территорию заброшенной крохотной воинской части покинули тихо, не оставляя следов. Единственное, что прихватил тут Ампер, это наставления по стрельбе из автомата и гранатомета, брошюры обнаружились в столе, который кто-то совсем недавно выбросил из окна. Составлены они грамотно, Филину пригодятся. За забором части снова потянулись поля, на этот раз кукуруза, перенеслась она сюда уже достаточно прилично вымахавшей и полностью скрыла передвижения двойников Погореловых от чужих любопытных взглядов. Тянулось это поле на три с половиной километра и упиралось в старую водокачку, которая расположилась на берегу небольшой обмелевшей реки. Ампер быстро проверил здание, двери на месте насосы кто-то спер, окна грязные, свежие следы людей и мутантов отсутствуют. Что ж, то, что нужно, чтобы перевести дух.
– Привал, – скомандовал он, и Филин облегченно рухнул там, где стоял.
Ампер посмотрел на парня с уважением, сказалась спортивная закалка, идти вперед через не могу, мальчишка вымотался, но ни разу не заикнулся о том, что нужно остановиться или он больше не может.
Погорелов вскрыл пультовую, до которой никто из мародеров не добрался.
– Так и знал, – глядя на небольшую комнатку, произнес он, – топчан на месте. Черт, плохо, что часы сдохли, а я не догадался с муров снять.
– Я догадался, – заявил Филин и продемонстрировал дорогущий золотой Ролекс, правда, почему-то на кожаном ремешке. – Сейчас почти пять.
– Тогда на сегодня привал. Мне нужно отдохнуть. Вот только сначала надо кое-что проверить…
Ампер быстро изучил здание, прополз по трубе, выяснив, куда она выходит, и очень обрадовался, когда нашел пластиковую бочку с герметичной крышкой. Приволок ее внутрь и с чистой совестью отправился в пультовую. Усевшись на топчан, он устало потер глаза, башка почти не варила, все, он выдохся.
– Я посторожу, – предложил Филин.
Несколько секунд Погорелов прикидывал, насколько это хорошая идея, но потом все же кивнул, соглашаясь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Хорошо, ты на стреме, сейчас нычку тебе найдем. Но, если что засечешь, никакой инициативы, просто разбуди меня. Приказ ясен?
– Так точно, товарищ командир, – вытянувшись по струнке, негромко отчеканил мальчишка.
– Отлично, рядовой Филин, вольно. Пошли нычку искать.
И они, глядя друг на друга, рассмеялись.
Глава пятая. Плывем, бежим, ш
агаем
