В 7 часов к нам подошла шлюпка с офицером (Capilanos do Sal) на борту. Этот офицер — один из двух Guarda-Mores(уполномоченных) коллегии здравоохранения, которые устанавливают карантин для судов, пришедших из Берберии, Леванта[65] или других мест, где возможна чума. Он поинтересовался состоянием нашего здоровья, из какой страны мы прибыли, и узнал все, что ему требовалось.
Вскоре после этого мы сошли на берег и вместе с капитаном отправились к господину Лафнану, английскому купцу, который по договору снабжает необходимым все прибывающие сюда королевские суда. Новоназначенного консула, господина Мэррея, еще не было на месте; однако господин Лафнан принял нас с радушием и достоинством, делающими честь ему и его нации.
Вблизи город производит гораздо худшее впечатление, чем когда смотришь из гавани. Улицы его тесны, плохо вымощены и грязны, дома, хоть и построены из тесаного камня или обожженного кирпича, внутри темны. Застекленные окна имеются лишь в тех домах, что принадлежат английским купцам или другим важным лицам, остальные обычно имеют решетчатые ставни, которые крепятся вверху на крюках с петлями и открываются как окна, а при надобности могут быть сняты. Нижние комнаты служат по большей части жильем для слуг или же лавчонками и складами.
Что до церквей и монастырей, то это плохие постройки, свидетельствующие о том, что те, кто их строил, не обладали особыми познаниями в архитектуре. Внутри они безвкусны, слабый свет, проникающий туда снаружи, позволяет видеть лишь дешевые украшения, задуманные как готические. Францисканский монастырь мил и просторен, однако сад там, видимо, плохо содержится.
Монахини Санта-Клары встретили нас весьма вежливо у решетки своей комнаты для бесед с посетителями, а после выслали несколько старых женщин предложить выращенные ими на продажу цветы.
Затем мы пошли погулять с господином Лафнаном. Мы дошли до его загородного дома, который стоит на холме в одной английской миле от города, и там встретили приятное общество самых видных на Мадере английских купцов. Наши капитаны вечером возвратились на борт, мы же с удовольствием приняли вежливое приглашение господина Лафнана расположиться на время пребывания здесь, в его доме.
На следующее утро мы принялись за изучение внутренних областей острова и занимались этим весь день. В 5 часов утра мы пошли вверх по ручью, который вел нас от берега в горы. В час пополудни мы достигли каштанового леса неподалеку от самой высокой вершины этого острова, примерно в 6 английских милях от имения господина Лафнана.
Воздух здесь был заметно прохладнее. Чтобы вернуться как можно более коротким путем, мы наняли негра, который через полтора часа привел нас к нашему доброму хозяину.
На другой день мы стали готовиться к отплытию. Растроганный, покидал я эту дивную страну и благородных друзей, способных ценить, чувствовать и получать удовольствие от радости ближнего. Еще и сейчас сердце мое полно чувством благодарности и уважения, которое в ту пору сделало для меня таким нелегким прощание; поистине удовольствием было обнаружить хотя бы за пределами страны то британское гостеприимство, следов которого в самой Англии не нашел Смоллетт[66],
Прежде нежели совсем покинуть этот остров, я хотел бы привести сведения, которые имел возможность собрать там; надеюсь, они будут интересны моим читателям, ибо по большей части записаны от сведущих англичан, долгое время там проживших. Я, разумеется, допускаю, что кому-то из моих читателей сведения о Мадере покажутся излишними; по если они не найдут их у множества путешественников, которые обошли на своих кораблях весь свет, а это в данном случае, видимо, так, то я не нуждаюсь в дальнейших оправданиях. Слишком легко не заметить вещей, лежащих перед самой дверью, интересуясь прежде всего «открытиями», которые кажутся более важными, когда они касаются стран отдаленных.
Остров Мадера имеет около 55 английских миль в длину и 10 миль в ширину. Его открыл Жуан Гонсалес Зарку 2 июля 1419 г.; легендарный же рассказ, будто он был найден неким англичанином Мекином, исторически ни на чем не основан[67].
Остров делится на две капитании, которые называются по находящимся в них городам Фушнал и Машину. В первой капитании есть две судебные палаты (Judicatura), одна из них в Фуншале, другая в Кальетте, небольшом городке, область которого называется графством и принадлежит семейству Кастельо Мельор. Во второй тоже есть два суда, один в Машику и один в Сан-Винсенте.
Фушнал, единственный город (cidade) на этом острове, расположен на его южном побережье под 32°33'34" северной широты и 17°12'7" западной долготы по Гринвичу. Кроме этого города здесь еще семь поселков, или вилл (villas). Четыре из них — Кальетта, Камара ду Лобос, Рибейра Браба и Понта ду Сол — относятся к капитании Фушнал, разделенной на двадцать шесть церковных приходов, три других — Машику, Сан-Винсенте и Санта-Крус — относятся к капитании Машико, в которой семнадцать церковных приходов.
Губернатор является главой всех гражданских и военных учреждений на этом острове, равно как и на островах Порто-Санто [Порту-Санту], Сальважес [Селважен] и Дезерта. Когда я находился на Мадере, эту должность исполнял дон Жуан Антониу ду Сан Перейра. Он слыл человеком знающим и рассудительным, но притом весьма сдержанным и до крайности осторожным.
Департамент юстиции подчиняется коррегидору, к которому направляются апелляции из всех низших судебных инстанций. Король, сам назначающий на эту должность и лишающий ее, обычно направляет для нее людей из Лиссабона. Каждая судебная палата (Judicatura) состоит из сената, члены которого выбирают своим председателем одного из судей (Juiz). В Фуншале его называют Juiz da Fora, и в отсутствие коррегидора или в случае его смерти он считается его представителем. Иностранные купцы избирают своего собственного судью, провидора, который одновременно собирает королевские пошлины и доходы. Они в целом составляют примерно 120 тысяч фунтов стерлингов и по большей части расходуются на жалованье королевским чиновникам и войскам, а также на содержание общественных зданий. Складываются они из десятины с урожая, которая принадлежит королю как гроссмейстеру ордена Христа[68], далее, из десятипроцентного налога со всех поступающих товаров, за исключением только продовольствия, и, наконец, из налога в одиннадцать процентов на все вывозимые товары. На острове есть лишь единственная рота регулярных войск численностью в сто человек; зато милиция насчитывает три тысячи человек и разделена на роты, каждая из которых имеет капитана, лейтенанта и прапорщика. Ни офицеры, ни рядовые в этой милиции не получают жалованья, но, поскольку принадлежность к ней дает известное положение, каждый туда стремится. Ежегодно устраиваются сборы, и в течение месяца проводятся учения. Все военные подчиняются Sejante Моr, а два Capitanos du Sal несут адъютантскую службу при губернаторе.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
