Едва в 1771 году корабль «Индевр» вернулся в Англию, как уже было задумано новое путешествие с целью дальнейших исследований в южных областях земного шара.
По разряду королевских судов шестого класса (шлюпы) были снаряжены два хороших, крепких корабля, «Резолюшн» и «Адвенчер»; их командирами назначены были капитаны Джеймс Кук и Тобайас Фюрно[57].
11 июня мой отец и я получили приказ, разрешавший нам принять участие в этом плавании, дабы собирать, описывать и зарисовывать предметы, представляющие интерес для естествознания. Мы собрались в путь со всей возможной быстротой и за девять дней отправили все наше дорожное снаряжение на борт «Резолюшн», который еще стоял в Ширнессе, но уже 22-го отбыл в Плимут.
26-го и мы покинули Лондон, а поскольку добирались мы по суше, то уже на второй день были в Плимуте, куда наш корабль еще не пришел. 1 июля мы отправились на борт яхты «Огаста» засвидетельствовать свое почтение тогдашнему президенту Адмиралтейств-коллегий графу Сандвичу. Его светлость милорд ожидал в этот день прибытия «Резолюшн» и надеялся посетить его вечером между пятью и шестью. Однако, к великому нашему огорчению, корабль не появился, и граф на следующее утро покинул Плимут [58].
Утром 3 июля мы увидели «Резолюшн» уже на рейде, куда корабль пришел ночью. Капитан Кук намеревался пробыть здесь восемь-девять дней и приказал за это время оборудовать наши каюты самым необходимым.
Стараясь не упускать ни малейшей возможности для обогащения науки и расширения наших познаний, мы использовали это время, чтобы посетить оловянные рудники в Корнуэлле, и, осмотрев с удовольствием и пользой большие и богатые шахты в Полдайсе и Кенвине, 8 июля вернулись в Плимут.
«В Плимуте капитан Кук получил инструкции, датированные 25 июня[59]. Согласно этим инструкциям ему надлежало принять под свое командование „Резолюшн", взять курс на Мадеру [Мадейру], запастись там вином, а затем плыть к мысу Доброй Надежды, чтобы дать людям отдых и снабдить оба корабля продовольствием. Оттуда он должен был плыть на юг, дабы по возможности отыскать мыс Сирконсисьон, который был замечен капитаном Буве под 54° южной широты и примерно 11°20' восточной долготы, считая от Гринвича. Ежели он таковой откроет, то надо было выяснить, является ли этот мыс частью большого материка, который в такой степени возбудил внимание географов и прежних мореплавателей, или же всего, только частью острова.
В первом случае надлежало обойти и исследовать как можно большую часть побережья, выясняя, какую пользу сулит эта земля торговле, мореплаванию и естествознанию. Встретив туземцев, капитан Кук должен был обращать внимание на их характер, темперамент, особенности ума, установить их численность и попытаться по возможности завязать с ними дружеские отношения. Покуда корабли будут оставаться в хорошем состоянии, люди — здоровыми, а пища — пригодной для еды, он должен продолжать эти открытия, двигаясь в зависимости от обстоятельств либо к востоку, либо к западу, стараясь при этом проникнуть как можно ближе к Южному полюсу.
Если же окажется, что мыс Сирконсисьон всего только часть острова, или если найти его не удастся вовсе, капитану следовало продвигаться на юг до тех пор, покуда у него еще останется надежда встретить континент или материк, а затем проследовать к востоку и обойти вокруг света в высоких южных широтах как можно ближе к полюсу, наконец снова направиться к мысу Доброй Надежды и оттуда вернуться в Спитхед близ Портсмута.
Когда же наступят времена года, небезопасные для дальнейшего пребывания в высоких широтах, капитан должен будет отходить в определенные места к северу, в более теплые края, дабы люди могли там отдохнуть и привести корабли в порядок. В случаях непредусмотренных он был волен действовать по собственному разумению; если же, на беду, „Резолюшн" потерпел бы крушение, ему надлежало продолжить плавание на меньшем судне. Копию этого приказа он передал капитану Фюрно, а также назначил ему место встречи на случай, если они потеряют друг друга».
«Астрономы на обоих кораблях, господа Уолс и Бетти, покуда мы ездили в Корнуэлл, произвели наблюдения на небольшом острове (Дрейк) в гавани Плимута. Надо было определить астрономическую долготу этого места, поскольку именно здесь предстояло пустить в ход имевшиеся на борту долготные часы. Из трех таких хронометров работы Арнольда два должны были находиться на „Адвенчере". Третий, а также еще один хронометр, сделанный Кендаллом по точному подобию гаррисонова, оставались на другом судне. Все они были одновременно пущены в ход 10 июля и положены для хранения в четырехугольные деревянные шкатулки. Точнейшие измерения показывают, что королевская обсерватория в Гринвиче, через которую, как мы здесь постоянно будем считать, проходит начальный меридиан, удалена от островка в гавани Плимута на 4°20' к востоку».
Вечером 11-го мы поднялись на борт, намереваясь отплыть с первым попутным ветром. На другой день дул довольно сильный ветер, и мой отец, проходя случайно по палубе, обратил внимание, что положение нашего судна относительно «Адвенчера» и еще одного корабля, стоявших на якоре, изменилось; более того, ему показалось, что судно несет к скалам под крепостью. Он сказал об этом штурману Гилберту, тоже находившемуся на палубе, и тот сразу обнаружил, что порвалась цепь одного из якорей, на котором держалось судно. Такие цепи употребляются при погрузочных работах в Плимуте, для этих целей они, видимо, годятся; но постоянных и разнообразных движений тяжело нагруженного корабля выдержать не могут; так что, думаю, таким кораблям не стоит на них полагаться. По первому же сигналу все пришло в движение; матросы подняли паруса, приготовили канаты. Мы проплыли мимо «Адвенчера» и второго судна, избежав таким образом величайшей опасности — разбиться о скалы. Наши матросы сочли это благополучно окончившееся происшествие счастливым предзнаменованием для всего плавания. И как было не увидеть руки божественного провидения в сей важный миг, когда все наши надежды едва не оказались разрушены в самом начале![60]
Не раз во время путешествия попадали мы в обстоятельства столь опасные, когда не помогли бы никакие человеческие усилия, если бы о нашем благополучии не пеклась сила высшая, без коей и волос не упадет с головы. Мы но праву славим искусство и зоркость опытных мореплавателей, но при всем том не следует забывать, что прежде всего обязаны сей высшей силе, особенно в подобных случаях; этого не может оспорить даже самое замечательное мастерство, пусть оно и заявляет дерзко о своем презрении к религии.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
