прут. Я опустил голову от стыда, не смея смотреть на нее.
— Пол, — сказала она своим голосом, не возражая, — посмотри на меня.
Я медленно поднял лицо, но не хотел смотреть ей в глаза.
— Пол. Одно слово было равносильно приказу.
Когда мои глаза наконец встретились с ее глазами, я увидел, что она не была ни смущена, ни удивлена. На самом деле, она выглядела совершенно непринужденно.
Она посмотрела мне в глаза и сказала:
— Это было не сложно, не так ли?
Я снова покраснел… Она увидела выражение моего лица, поняла, что сказала, и позволила небольшому смешку вырваться из ее губ, прежде чем закрыть рот рукой. Ее глаза смеялись, и я мог сказать, что она очень старалась не хихикать. Было также очевидно, что она смеялась над своими неудачными словами, а не надо мной. Ее веселье было заразительным, и в ответ я ухмылялся, как идиот. Ее самообладание, наконец, покинуло ее, и она начала беспомощно смеяться. Я не могла удержаться, и, несмотря на абсурдность ситуации, смеялась вместе с ней.
Напряжение рассеялось, она сделала шаг назад к кухонному столу, вытащила стул и жестом попросила меня сесть.
— Я приготовлю нам завтрак, — сказала она, отсмеявшись.
Тетя Сьюзан приготовила яйца, сосиски и тосты, и налила нам стаканы апельсинового сока. Все время, пока она готовила завтрак, я молча наблюдал за ней. Она суетилась около кухни. Каждый раз, когда я мог, я украдкой смотрел на ее гладкий лобок и задавался вопросом, почему у нее нет лобковых волос. Мой стояк, скрытый кухонным столом, набухал сразу же, когда я сидел в кресле.
Единственный вывод, к которому мог прийти мой молодой разум, это то, что у нее рак. Люди с раком потеряли волосы, верно? Мне было глубоко стыдно за то, что меня так возбудило нечто столь смертельное, как рак. В то время мне никогда не приходило в голову, что у нее все еще была полная голова волос, и что Рак сам по себе не вызывает выпадения волос у людей. Лечение рака вызывает выпадение волос у людей, и если бы я подумал об этом, я бы знал, что она не ездила в город для регулярного лечения рака. Но мои мысли были запутаны, и я не подумал об этом. Я был в восторге от вида ее красивой, гладкой киски.
Когда она обернулась, чтобы поставить тарелки для завтрака на стол, мое любопытство, наконец, стало лучше, и я выпалил:
— У вас рак?
— Рак? — спросила она, склонив голову в сторону. Она выглядела растерянной. — Что заставляет тебя так думать?
— ГМ. . ну. . э… , -Я пробормотал. -Когда у людей рак… ГМ. . не их… ГМ. . волосы выпадают?
К моему полному огорчению, она рассмеялась. Ее смех был терпимым и равнодушным, и был направлен на меня так же, как и на нее. Она указала на завернутую в полотенце голову и подняла брови. Я мысленно ударил себя по лбу. Конечно, ее волосы не выпадали! При моем взгляде на ее голову, а затем последующее замешательство, она снова рассмеялась. Это был яркий, музыкальный смех, который смутил меня не больше, чем я уже смутил себя.
Не думая, я сказал:
— Тогда почему ты… Я имею в виду… э…почему твой… ГМ…- — Я посмотрел на ее ноги, когда слова, наконец, или к счастью, подвели меня.
Посмотрев на себя и, наконец, поняв, о чем я болтал, она спасла меня от моих почти спотыкающихся вопросов.
— Нет, Пол, у меня нет никакого рака. — Она бросила на меня странный взгляд, и я видел, как она пришла к молчаливому решению.
— Я брею лобковые волосы, — мягко сказала она, все еще улыбаясь мне, чтобы облегчить мое любопытство.
Выражение удивления на моем лице не могло быть еще яснее. Зачем кому-то брить лобковые волосы? Я даже не подумал об этом.
— Зачем ты это делаешь? — Я не могу поверить, что сказала это вслух!
Настала ее очередь краснеть, и ее утешительная улыбка превратилась в ироничную усмешку. Я смотрел, как она пытается решить, как ответить на мой резкий и неловко откровенный вопрос. Наконец, я думаю, она остановилась на правде.
— Так нравилось мужу… — она сказала, а затем остановилась, чтобы собраться с мыслями. — Ему так понравилось, — просто сказала она. — Я обнаружила, что мне это тоже нравиться, поэтому я так делаю — она сказала грустной улыбкой, — с тех пор, как он умер.
— Так вот почему ты носишь бикини! —
— Вот почему я ношу бикини, — просто сказала она. — По крайней мере, когда я не нахожусь дома. Здесь я не беспокоюсь. Хотя, -она сказала с дразнящей усмешкой, которая пробила мой с трудом завоеванный самоконтроль, — если эрекция продолжится, мне, возможно, придется пересмотреть это решение. С этим она подвинула свой собственный стул и села.
Я снова покраснел, но она лишь мягко рассмеялась…
Глава 7
— Когда умер ваш муж? — Я спросил, смывая кусочек яйца глотком сока.
За все время, что мы приезжали в лагерь, я никогда не слышал, что у тети Сьюзан есть муж. У нее было два сына, на три и пять лет старше меня, и я думаю, я должен был догадаться, что она, должно быть, была замужем. Но я не слишком много думала об этом. Я был слишком молод, чтобы тусоваться с Кирком, ее старшим сыном, прежде чем он уехал в колледж. И хотя я знал Дага, ее младшего сына, я не знал его хорошо. И теперь, когда он уехал на лето, она была совсем одна в доме.
На мой вопрос она опустила вилку и отпила свой апельсиновый сок, видимо, сочиняя свои мысли. Я с опозданием понял, что, возможно, затронул болезненную тему.
— Он был убит во Вьетнаме, — сказала она без единой эмоции.
Хотя, когда я посмотрел на нее, я понял, что она сдерживала свои эмоции.
— Прости.
— Все хорошо. Прошло почти десять лет, — сказала она и снова взяла вилку. — Он был летчиком на флоте.
— О? — Спросил я, вдруг заинтересовался.
— Его самолет был сбит в 1968 году, — сказала она с таким же жестким эмоциональным самоконтролем.
— На чем он летал? — Я спросил, пытаясь сменить тему, но мне было интересно.
— A-4s.
