Но вернёмся от монахов к международной коммерции, тем более что «францисканцы» папы римского немало способствовали торговым связям Орды с Западом. Южные конкуренты ордынских торговых путей в ту эпоху сталкивались еще с дополнительными расходами. В Делийском султанате, который к началу XIV в. контролировал почти весь Индостан и его порты, транзитные пошлины составляли 25 %. Прибавим их к 35 % египетских, и оценим таможенные ставки Золотой Орды, установленные на порядок ниже – 3 %.
К тому же монголы, покорившие Китай – главный источник шёлка и основных транзитных товаров – базировались на севере той страны, у современного Пекина. Морской торговле через далёкие южные порты они предпочитали понятный им сухопутный «шёлковый путь». Вдобавок ханы Золотой Орды, являясь самостоятельными правителями, ещё долго декларировали приверженность формальному единству Монгольской империи. Когда в Москве княжил Иван Калита, с берегов Волги в Пекин отправляли русских и осетинских воинов, служить в личной охране китайских императоров монгольской династии Юань. В ответ из Пекина даже начисляли ханам Золотой Орды, как потомкам Чингиса, долю с налогов нескольких провинций Китая – при пересчёте в серебре, та доля с берегов Хуанхэ в три раза превышала то, что по «ордынскому выходу» платила вся северо-восточная Русь.
Словом, опираясь на тесные отношения с монгольскими хозяевами Пекина и учитывая все трудности альтернативных торговых трасс того времени, Золотая Орда на целое столетие с выгодой для себя обеспечила настоящий «северный поток» – бесперебойный и удобный транзит товаров между Востоком и Западом.
Ханская таможня и «Мамай-4%»
Бюджетные росписи Золотой Орды нам не известны, но по оценкам историков, таможенные пошлины в данном государстве играли роль не меньшую, чем все налоги с покорённых народов. Кстати, для кочевников и оседлых налогообложение в Орде было разным (1 % с приплода стад для первых и 10 % урожая для вторых), имелись и экзотические налоги – вроде особого акциза на производство стрел.
При этом Орда обладала развитым бюрократическим аппаратом для учёта и взимания всех сборов. Таможней занимались особые ханские чиновники, «тамгачи» и «тартанакчи». Первые взимали «тамгу», полагавшийся сбор – отсюда и ведёт своё начало наш современный термин таможня. Вторые, на русском языке их именовали «весовщиками», были чем-то вроде современных таможенных брокеров – занимались учётом, взвешиванием и определением рыночной стоимости товара.
Ордынские власти умело и целенаправленно манипулировали ставками таможенных пошлин. Например, установили, как сейчас сказали бы «запретительную», вывозную пошлину в 50 % на единственный товар – необработанную кожу, когда её слишком много стали вывозить морем генуэзцы. По немногим сохранившимся документам известно, что в 1290 г. экспорт необработанных кож из ордынских степей в Италию исчислялся сотнями тонн и давал 70 % прибыли. Но это сырьё требовалось в Орде для собственных ремесленников – известно что «юфть», в том числе из Руси, тогда пользовалась высоким спросом как на Востоке, так и на Западе.
При этом в Орде от всех сборов освободили ввоз и любые операции с драгметаллами. Держава наследников Батыя была богата, но не имела своих золотых и серебряных рудников – всё золото Золотой Орды было привозным, поэтому ханы всячески стимулировали приток драгоценных металлов.
В сентябре 1343 г. в городе Азове венецианец Андриоло Чиврано повздорил с ордынским купцом Ходжой-Омером. Купец дал венецианцу пощёчину, а тот зарезал обидчика. Детали той ссоры многовековой давности нам известны потому, что вызвали грандиозные последствия для международной торговли и политики той эпохи. Пользуясь инцидентом, власти Орды подняли таможенные пошлины с 3 до 5 % – это даже заставило две постоянно воевавшие и смертельно конкурировавшие торговые республики, Геную и Венецию, временно заключить мир и союз, чтобы попытаться восстановить прежние условия коммерции.
Ордынцы тогда на уступки не пошли. Но позже, в 1356 г. «добрый царь» русских летописей Джанибек заметил, что генуэзцы успешно вытесняют венецианцев из портов Крыма. Чтобы подогреть конкуренцию, хан предоставил Венеции право в одной из крымских бухт (Провато, у современного Коктебеля), ближайшей к генуэзской Феодосии-Кафе, торговать по прежнему таможенному тарифу в 3 %.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Накануне 1380 г., готовясь к столкновению с московским князем Дмитрием, ещё не Донским, ордынский властитель Мамай, чтобы заручится поддержкой Генуи, снизил для её купцов таможенные пошлины с 5 до 4 %. Один процент в трансконтинентальной торговле – «северном потоке» Орды – значил настолько много, что был способен менять политические расклады…
Глава 5. «Северный поток» по-ордынски: от донского хлеба до шкур белых медведей
Семь столетий назад Золотая Орда, отнюдь не являвшаяся сборищем диких кочевников, контролировала основные торговые трассы той эпохи (см. главу 4-ю). Более века ордынский «северный поток», пролегавший в Поволжье участок знаменитого шёлкового пути, играл ведущую роль в трансконтинентальной коммерции Востока и Запада.
Конечно, мы не знаем и уже никогда не узнаем всю статистику ордынской торговли. Но отдельные цифры и детали сохранилось до наших дней, и они впечатляют. Расскажем о них.
Ордынский хлеб
Прежде всего, на Западе были востребованы ценившиеся буквально на вес золота главные товары «Великого шёлкового пути» – собственно шёлк и специи. Именно они давали главную сверхприбыль «северного потока» по-золотоордынски. В 1395 г. венецианские галеры привезли из Черного моря в Италию 22,6 т шёлка и 8,7 т перца. В 1396 г. две галеры по тому же маршруту везли 14,5 т шелка и 7,5 т индиго, драгоценного и востребованного в ту эпоху красителя. В 1404 г. на двух галерах в Венецию доставили из черноморских портов Орды 28 т шелка, 20 т перца, столько же индиго, 7 т корицы и 4 т имбиря… И это цифры тех лет, когда экспорт Орды упал из-за внутренних междоусобиц и антимонгольского восстания в Китае, а Венеция проигрывала конкуренцию Генуе, резко сократив свою коммерцию в Черноморском регионе.
Но помимо транзитных товаров, поистине драгоценных, у Орды было немало продукции «собственного производства», пользовавшейся высоким спросом на Востоке и Западе. Сквозь века чудом уцелел архив документов за 1289-90 гг., принадлежавший Ламберто ди Самбучето, генуэзскому нотариусу Кафы, как тогда называлась Феодосия, главный торговый порт Крыма в ту эпоху. Только по одному контракту, заключённому 729 лет назад, капитан навы (крупного грузового судна) «Сан Маттео» обязался доставить из Крыма в Средиземное море почти 620 т зерна. Здесь речь уже не о транзитных товарах Дальнего Востока, а о том, что производилось на территории Орды. Трёхмачтовый «Сан Маттео» вёз хлеб причерноморских степей в Пизу, Геную и испанскую Малагу. Число мачт нам известно потому, что от их количества зависела портовая пошлина, взимавшаяся ордынскими чиновниками в гаванях Чёрного моря.
В ту эпоху на юге Европы лучшей считалась пшеница итальянской Падуи и острова Родос. Следом за ними шло зерно из «портов Газарии», как итальянские торговцы именовали Приазовье. Продажа в Италии ордынского зерна давала до 50 % прибыли. По оценкам историков, в отдельные годы XIV в. до трети потреблявшегося в Генуе зерна составляла продукция Орды.
Здесь стоит пояснить, что это именно хлеб не лесной Руси, а южных степей, где крупные сельскохозяйственные анклавы XIV в. отмечают и современные археологи. Благодаря жёсткой вертикали власти в эпоху расцвета Орды, кочевники там мирно уживались с хлебопашцами. Венецианский дипломат Иосафат Барбаро описывает в северном Приазовье у Дона чуть ли не колхозы под управлением ханских чиновников с коллективной пахотой и жатвой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Составленный в 1303 г. в Венеции «куманский кодекс», словарь наиболее распространённого тюркского наречия Золотой Орды, содержит не только ордынские аналоги специализированной финансовой лексики, типа «ломбард», но и развитую терминологию, относящуюся к земледелию. При этом для XIV в. известны факты экспорта ордынского зерна не только на Запад, в Средиземноморье, но и на Восток, в Хорезм, где цены на пшеницу были гораздо выше, чем в Придонье и Поволжье.
