Однако из сохранившихся летописей не ясна периодичность такой дани. Теоретически она должна была выплачиваться ежегодно, но на практике, особенно в период междоусобиц русских князей или ордынских ханов, она не выплачивалась или платилась частично. Опять же для сравнения укажем, что в момент расцвета монгольской империи, когда потомки Чингисхана владели всем Китаем, только налоговые сборы с китайских городов давали в монгольскую казну в десять раз больше серебра, чем вся дань с северо-восточной Руси.
После битвы на Куликовом поле «выход» дани в Орду продолжался, но уже в меньших размерах. Дмитрий Донской и его наследники выплачивали не более 10 тысяч рублей. За московский рубль в начале XV века можно было купить 100 пудов ржи. То есть весь «ордынский выход» в последний век татаро-монгольского ига стоил как 16 тысяч тонн ржи – в современных ценах такой объем ржи будет стоить смешную в масштабах государства сумму, не более 100 миллионов рублей. Но шесть веков назад это были совсем другие цены и другие условия: тогда 16 тысяч тонн ржи могли в течение года прокормить примерно 100 тысяч крестьян или солидных размеров средневековую армию в 10–15 тысяч всадников.
Изучая историю денежных взаимоотношений Руси и Орды, можно заключить что ордынская дань была хорошо продуманным финансовым мероприятием завоевателей. Дань не была чудовищной и тотально разорительной, но на протяжении веков регулярно вымывала из страны и ее хозяйства средства, необходимые для развития.
Глава 4. «Северный поток» по-ордынски: экономика и внешняя торговля Золотой Орды
Семь с половиной веков назад распалось государство, объединявшее Москву и Пекин. Весной 1269 г. праправнуки Чингисхана разделили на части самую большую континентальную империю в истории человечества, простиравшуюся от Евфрата до Амура, от Дуная до Янцзы… Но даже один из осколков той империи, известный нам как Золотая Орда, ещё долго оставался самой большой и могущественной державой Европы – могущественной не только в военном, но и в экономическом смысле.
Расскажем о той внушительной экономике, что стояла за спиной страшных золотоордынских лучников.
Двуглавый орёл «доброго хана»
Едва ли кто-то в современной России не слышал о сокрушительных походах Батыя и «татаро-монгольском» иге. Но из экономической истории той эпохи вспомнят лишь «ордынский выход», дань, которую русские князья платили завоевателям. Между тем в эпоху Дмитрия Донского только один город Хаджитархан, предшественник современной Астрахани, приносил в казну ордынских ханов в полтора раза больше налогов, чем всё Московское княжество.
Можно по-разному оценивать влияние Орды на Русь – мнения тут полярные, от крайнего негатива, традиционного ещё с момента зарождения нашей исторической науки, до благостного взгляда в стиле последователей Льва Гумилёва. Может, стоит присмотреться и к опыту современного Китая, которые вполне сознательно трактует древние кочевые империи Евразии, от хунну до маньчжур, как славные страницы своей истории. Но в любом случае нелепо отбрасывать тот огромный исторический пласт, ту четверть тысячелетия, когда Русь была частью Орды, а царями в русских летописях и документах называли исключительно монгольских ханов.
Мы сегодня каждый день берём в руки монетки с двуглавым орлом и не знаем, что впервые на территории Восточной Европы такие стал чеканить семь веков назад «добрый царь» Джанибек, хан Золотой Орды на пике её могущества. Едва ли он был добрее Ивана Грозного – убивал братьев в борьбе за трон, но «добрым» назван именно русскими летописями. Этот хан обходился без карательных походов, пресекал междоусобицы князей, защитил Русь от первых попыток экспансии «литвы и обеспечил долгий мир, редкий случай в средневековой истории.
Именно Джанибек в Крыму и на берегах Волги начал чеканить медную мелочь, украшенную стилизованным изображением двуглавого орла. Ведь кроме геральдики Византии, двуглавая чёрная птица – «ике баш кара кош» – встречается и в древней символике кочевой Евразии. Впрочем, при «добром царе» Джанибеке к середине XIV в. впору говорить, как утверждают некоторые археологи, не о кочевой Орде, а о её стремительной урбанизации…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Сегодня историки насчитывают свыше сотни золотоордынских городов – и это не считая поселений Руси и Волжской Булгарии, будущего Татарстана. Чтобы нашему современнику было понятнее, скажем так: курортная Анапа и нефтяная Тюмень – это города Золотой Орды. Семь веков назад первая именовалась портом Мапа, а вторая была городом Чинги-Тура, центром обширного улуса. Ордынскую Тюмень можно отыскать даже на некоторых западноевропейских картах времён Дмитрия Донского.
Почти все российские города на нижней Волге, от Самары до Астрахани, имеют золотоордынских предшественников. На южной окраине Саратова семь веков назад процветал город Укек, его упоминает знаменитый Марко Поло. Другой столь же именитый путешественник той эпохи, марокканец Ибн Батута, посетил окраину Саратова 685 лет назад – в сравнении с иными ордынскими городами он описывает Укек как «город средней величины, но красивой постройки с обильными благами». По оценкам археологов, Укек населяли порядка 10 тыс. чел. – «средний город» Орды примерно равнялся Кракову, польской столице той эпохи.
Ордынская урбанизация
Крупные города Орды по праву нужно считать мегаполисами средневековья. Располагавшаяся между Волгоградом и Астраханью первая столица этого государства, Сарай-Бату, насчитывала 75 тыс. жителей. Не случайно здесь, всего через два десятилетия после походов Батыя, возник центр отдельной епархии Русской православной церкви. Вторая столица Орды, Новый Сарай, располагалась недалеко от Волгограда и в эпоху расцвета насчитывала 100–120 тыс. обитателей – уступая по численности населения во всей Европе только Парижу.
При этом в черте современного Волгограда располагалось ещё аж два ордынских города. Есть версия XVI века, что один из них, называвшийся Сарычин, и дал позднейшее русифицированное имя – Царицын. Всего же на нижней Волге, по оценкам археологов, насчитывается более трёх десятков ордынских городов. От Волгограда до Астрахани они идут почти непрерывной цепочкой. Но накануне появления монгольских завоевателей население этого региона было минимальным. И начиная с Батыя, почти целое столетие владыки Золотой Орды, как прямым насилием, так и различными льготами, собирали сюда ремесленников и торговцев со всех сторон света, от Руси до Закавказья, от Венгрии до среднеазиатского Хорезма.
Археологические материалы рисуют весьма впечатляющую картину этих мегаполисов – централизованное водоснабжение и дренажная система, многочисленные остатки керамических водопроводных труб. Столичный Сарай это ещё и целая сеть каналов с искусственными озёрами. Не меньше развалин дворцов впечатляют и исследованные археологами следы ремесленных производств – отдельные мастерские явно насчитывали сотни работников.
По материалам археологов, наружные стены храмов, дворцов, общественных зданий в тех городах сплошь украшали мозаика и цветные изразцы. То были пёстрые и яркие поселения, разноцветные оазисы на зелёных берегах Волги. Как ни странно, но со стилистикой ордынской архитектуры хорошо знакомы мы все, даже те, кто ничего не знает об Орде – знаменитый храм Василия Блаженного на Красной площади, построенный в честь покорения Казанского ханства, сознательно копирует и использует именно ордынские мотивы.
Ещё одной специфика мегаполисов Золотой Орды, отличавшая их от большинства городов Востока и Запада – полное отсутствие крепостных стен! Возникшие в зените военного могущества потомков Чингисхана, эти поселения обошлись без расходов на укрепления, полностью положившись на защиту непобедимой степной кавалерии. Позже это сыграет дурную шутку с городами Орды…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
При этом ордынская «урбанизация» не ограничивается только нижней Волгой. Крупные поселения созданы Золотой Ордой по всей обширной территории – от города Мохши в мордовских лесах до Маджара у современного Будённовска на Северном Кавказе. Полдюжины ордынских городов насчитывают археологи на берегах и притоках Дона. Крупный город с кирпичными строениями располагался южнее современного Запорожья у Днепра – именно из него знаменитый Мамай шёл к Куликову полю.
