Ее халат все же распахнулся, когда она протягивала ему чашку кофе, обнажив некоторые тайны ее длинного, прекрасного тела, упакованные в самую непривлекательную оболочку, которую ему когда-либо приходилось видеть на женщине. Полинявшая и поношенная тенниска, свисающая почти до колен, с какой-то трудно различимой рекламной надписью на груди. Прекрасная дама в проигрышной упаковке примостилась напротив с чашкой кофе и старательно подула на поверхность, отгоняя струящийся пар.
— А сколько времени вы уже помолвлены с моей кузиной?
— Почти два года.
— Два года! И до сих пор не женились?
— Брак дело серьезное, — констатировал Роберт. — Куда спешить?
— Да, но если вы уверены в своей избраннице, зачем откладывать? — Она поставила локоть на стол и подперла подбородок ладонью, глядя на него. Пальцы другой руки задумчиво поглаживали керамический бок чашки с кофе.
— Два года нельзя считать оттяжкой. И это никак не связано с тем, правильно ли ты выбрал возможную спутницу жизни. Во всяком случае, брак нечто гораздо большее, чем клочок официальной бумаги.
— Кстати, о делах. А почему бы вам просто не помочь мне нормализовать работу компании? — предложила Дороти. — На мой взгляд, это было бы неплохим выходом в решении проблемы. А через Стеллу вы стали бы обладателем части акций.
Ответом на это предложение послужил иронический смех, а потом он сказал:
— Ну да, вы, наверно, ожидаете, что я вложу мои собственные деньги в вашу компанию, деньги, возврата которых я никогда не дождусь? С какой стати я должен так поступать? Я что: похож на альтруиста? Так дела не делаются.
— А что вы сделаете с компанией, если я соглашусь продать ее вам?
— Я собираюсь включить ее в мои собственные корпоративные владения. Так когда вы примете решение?
Возможно, он прав, ей следует просто продать проклятую компанию и вернуться в то место, которое предназначено для нее. Этот новый огромный мир слишком велик для нее. В нем она чувствовала себя как сельская мышь, отправившаяся в гости к городской мыши.
— Мне потребуется примерно неделя, чтобы обсудить назревшие проблемы с директорами и с Кристофером. Затем я встречусь с бухгалтерами. Мне необходимо выяснить, можно ли спасти компанию или нет.
— Ее невозможно спасти без инвестирования больших средств, которыми вы не располагаете. Вы можете не обсуждать эту тему с бухгалтерами. Достаточно обсудить ее со мной.
— После того как я проделаю эту работу, я смогу принять обоснованное решение, — продолжила Дороти, игнорируя его комментарии.
Короткое затишье прервал звонок у входной двери, и она вскочила будто ошпаренная. Подойдя к двери, она протянула руку, чтобы открыть ее, и в этот момент он схватил ее за кисть, сразу же почувствовав жар и пульсацию между пальцами.
— Вы не могли бы отпустить мою руку? — Зеленые глаза смотрели настороженно.
— Почему бы нам не поужинать вместе для обсуждения отдельных вопросов, касающихся компании?
Дороти попыталась освободиться из его мертвой хватки.
— Нам нечего обсуждать, пока…
— Я хочу рассказать вам о некоторых планах по реструктуризации компании, если вы решитесь ее продать.
— Да отпустите же меня…
Он наконец освободил ее руку, но не уходил и даже прикрыл опять дверь, продолжая домогаться встречи:
— Ужин завтра. Я подъеду за вами в полвосьмого.
— Ноя не собираюсь…
— Было бы разумнее обобщить все имеющиеся факты для того, чтобы принять оптимальное решение.
— Я не решаю эти вопросы без Кристофера.
— Он не может определять ваши решения. Он, конечно, надувает щеки, изображая свою значимость, но это ничего не значит. Вы не обязаны послушно следовал» его указаниям.
— Я этим не занимаюсь.
— А почему вы так боитесь встретиться со мной без своего наставника?
— Я не боюсь встретиться с вами. — Ответ прозвучал зло.
— Ну и прекрасно, тогда завтра в…
— А что скажет Стелла?
— Я предлагаю встретиться для обсуждения дел. Полагаю, у нее не будет возражений. Дороти продолжала слабо сопротивляться:
— Но мой гардероб? Он еще слишком скуден и не готов для посещения ресторана. — Однако ее попытка напоминала бесплодную и бесполезную борьбу с наползающим бульдозером. В их диалоге, напоминающем игру в пинг-понг, она никак не могла отбить его подачи.
— Ничего страшного, тем более что вы в любом случае собирались поехать по магазинам с утра.
— Даже так? А вы откуда об этом знаете?
— Вы сказали об этом моей невесте во время ужина. — Для человека, который сидел с отсутствующим видом во время дамской болтовни, он оказался удивительно хорошо осведомленным. — Вам надо взять с собой Стеллу. Я знаю, что ей это нравится. Тратить время на прочесывание магазинов и разбрасывание денег на ветер — одно из ее любимых развлечений — После такой рекомендации я, пожалуй, лучше поеду одна. — Невольная улыбка раздвинула ее губы. — Здесь мы полностью не совпадаем. Уж что я точно не люблю, так это хождение по магазинам. У меня, правда, нет опыта швыряния денег на ветер, но, думаю, мне бы это не понравилось.
В этот момент вновь раздался звонок в дверь, что побудило Роберта прервать атаку, распахнуть дверь, быстро попрощаться и проворно выскользнуть наружу, на соединение с водителем, пока тот не успел открыть рот. Вскоре за окном заурчал мотор, и машина растворилась в ночи…
Наутро, когда она уже собиралась выйти из дому, позвонил отец. Он добросовестно пересказал ей все, что произошло у них после отъезда, включая маленькие сплетни, а также передал привет от Марка в добавил, что тот скучает. Эти мелочи наполнили сердце Дороги каким-то забытым домашним теплом, и на ее лице появилась улыбка. А отец продолжал говорить о погоде и о жизни в джунглях, которая, казалась, ушла куда-то далеко в прошлое.
В свою очередь она поведала ему о своих делах, приуменьшая свои проблемы. О Роберте Касле она просто упомянула как о неком человеке, который хочет, чтобы она продала ему свою компанию.
— Не позволяй, чтобы тебя толкали на то, что ты сама не хочешь делать, — встревожился отец.
— Не волнуйся! Я могу позаботиться о себе, папа! Этот человек меня вовсе не беспокоит.
— Проглоти его и выплюнь, — посоветовал отец с улыбкой в голосе. Но эта идея, вполне соответствовавшая духу жизни в джунглях, где требовались независимость и умение защититься, чтобы выжить, не согласовывалась с ее нынешней жизнью. Городская специфика взаимоотношений между полами требовала некой демонстрации женской беззащитности, что для нее было трудно понять и освоить.
Повесив трубку, она посмотрела в зеркало и увидела плохо одетую, не женственную, слишком длинную и не сексуальную девицу, с волосами, никогда не знавшими парикмахерской, со слишком рельефными мускулами от постоянных физических нагрузок. Благодаря своим мускулам, она не знала проблем с греблей на лодке по бурной реке или с прорубанием с помощью мачете тропинки через густые заросли. Но в таком большом городе, как Лондон, где не было бурных рек и густых тропических зарослей, таланты такого рода не требовались. В тропической жаре макияж был излишен, а здесь лицо без него выглядело голым и невыразительным. Одежда, которую она всегда носила в джунглях, была просторной и функциональной. Похоже, что на своем трудном жизненном пути Дороти забыла, что она все же женщина. Эта мысль привела ее в угнетенное состояние. Вспомнилась Стелла с ее длинными, тщательно ухоженными ногтями, окрашенными в перламутровый цвет. И какой контраст со Стеллой представляю собой я! — подумала она, глядя в зеркало.
