Алиса не желала становиться одной из таких девушек. Этот секс-робот ведь не удовлетворится одной Алисой, ему нужны будут другие женщины. И не только рабыни. Постоянные измены? Нет, Алиса никогда не мечтала о подобном.
Вывод напрашивался сам собой: с планеты нужно было бежать, и как можно быстрее.
Алиса выключила галафон, отложила его в сторону, повернулась к рабу. Он стоял и разглядывал ее. Насколько Алиса знала, это было прямое нарушение приказа.
И вряд ли с кем-то другим раб повел бы себя так же вольно. Впрочем, он и сейчас, заметив, что его застукали, вздрогнул, опустил глаза.
— Не надо, — покачала головой Алиса, — посмотри на меня. Я не мои родственнички, за взгляды не наказываю.
Раб повиновался.
— По глазам вижу: устал. Ты спать сможешь? Сам?
Секундное замешательство, затем:
— Не знаю, госпожа.
Прекрасно. Просто превосходно. Довели человека, сволочи.
Алиса оглянулась. В большом пластиковом коробе, прикрепленном под окном, она видела аптечку.
Два шага, пара минут. На ладони оказалась таблетка снотворного.
— Вот. Под язык. Тебя должно вырубить минуты через две. Ложись на кровать.
Раб повиновался: взял в рот таблетку, лег на кровать. Он выглядел изнуренным, как после тяжелой болезни. Алиса вспомнила гладких, лоснящихся братцев и почувствовала желание кастрировать их. Ну, или чип под кожу ввести, чтобы почувствовали себя на месте унижаемого раба.
Глава 16
Стив проснулся рано, в буквальном смысле слова с первыми лучами солнца. Тело ныло, но уже не болело. Выспавшийся организм был рад небольшой передышке.
— Доброе утро, — послышалось сонное рядом. Стив мгновенно напрягся, вспомнив, где и с кем он спал эту ночь. — Не бойся. Пока точно не нужно. — И уже с сарказмом. — Бояться сегодня нужно мне. Дражайшего женишка, чтоб ему всю вечность икалось. — И без перехода. — Ты способен сейчас заняться сексом?
Способен ли он? Никогда раньше хозяева не задавали Стиву таких странных вопросов. Кто же интересуется у раба самочувствием, а тем более, желанием?
— Да, госпожа, — ответил Стив, даже не прислушиваясь к организму.
Он понимал, зачем хозяйке нужен был секс с утра пораньше: этакий безуспешный бунт против родственников. И он, Стив, бесправный раб, являлся единственным человеком, который мог помочь ей в этом. Стать женщиной с рабом. Звучало, как едкая насмешка над правилами приличия в высшем обществе. Здесь, конечно, в отличие от традиций древних, девственность не настолько ценилась, но считалось нормой хотя бы восстановить ее перед свадьбой. Хозяйка, похоже, ничего восстанавливать не собиралась. Наоборот, она, похоже, гордилась тем, что делала. Гордилась сексом с рабом.
— Посмотри на меня, — позвала она.
Стив повернулся. Она лежала рядом, на подушке, обнаженная по пояс, с распущенными волосами, сонными глазами и пухлыми губами. Невинная дева, мечта большинства мужчин. Стив свое место знал, мужчиной себя не считал, скорее, секс- игрушкой, бесполой и на все готовой. Но и у него перехватило дыхание от такой картины.
— Поцелуй меня, — попросила хозяйка. — Только сними сначала этот сволочной колпачок.
Стив повиновался. Колпачок упал на пол, а Стив нагнулся и приник к таким соблазнительным женским губам.
Целовались оба жадно и неистово, помня о том, кто приезжает уже через несколько часов. Очень скоро соски хозяйки затвердели. Ее грудь начала тереться о его, возбуждая его все сильнее.
— Погладь меня… Везде…
Выполняя приказ, Стив провел рукой по груди, спустился кживоту, начал ласкать половые губы и клитор. Оба тяжело дышали, оба были возбуждены. Стив старался, как мог, доставить хозяйке удовольствие, и сам сгорал в огне страсти.
— Хочу тебя, — наконец, услышал он заветные слова и вошел в хозяйку, медленно, аккуратно, неспешно.
Двигался в ней он так же, постепенно приучая ее к своему члену, не входя на полную, сдерживаясь изо всех сил.
Этот их секс, в отличие от предыдущего, был более страстным и, если можно так сказать, более отчаянным. Они оба желали испить наслаждения, пока реальность не вторглась в их хрупкое уединение.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Утро принесло с собой не только мысли о ненавистном женихе, вот-вот готовым появиться в жизни Алисы, но и секс с рабом. Новые, неизведанные ранее ощущения. Раб, умелый любовник, доставлял Алисе наслаждение снова и снова. Его язык и пальцы приникали в каждую щелку ее тела, возбуждая, лаская, даря невероятные ощущения. Алиса таяла от прикосновений и поцелуев. Единственное, что ее раздражало, так это необходимость каждый раз отдавать приказ. Ей хотелось, чтобы ее любовник делал все сам, без указаний. Увы… Она прекрасно понимала, что с чипом в теле ни о какой свободе говорить не приходилось.
За окном лил противный нудный дождь, небо казалось черным от обложных туч, никуда не хотелось вставать. И все же, помня о приезде жениха, чтоб ему оказаться самому на месте рабов, Алиса поднялась с постели. В теле чувствовалась предательская расслабленность. Алиса зевнула. Следовало вымыться и привести себя в порядок, прежде чем спускаться к завтраку. А еще… Еще надо было придумать, что делать с рабом. Хотя что тут сделаешь, если он — собственность Алисы только на словах? Жених, несомненно, захочет внимания своей невесты, а значит, рабом снова будут владеть все, кому не лень.
Алиса вспомнила вчерашний изнуренный вид раба, и сердце кольнуло иглой жалости. Не так, ой не так она представляла себе рабство. Для нее это был неоплачиваемый тяжелый труд, не более. Здесь же, если стал рабом, готовься к постоянным унижениям, любым, в том числе и сексуальным…
— Пойдем в ванную, — приказала Алиса и направилась под душ.
Им обоим надо было вымыться. Да и не только вымыться. Бунт против решения родственников призывал Алису заниматься сексом с рабом как можно чаще. А его искусные ласки, которые помнило ее тело, вызывали дрожь даже при воспоминании о них.
— Вымой меня, — с явным намеком то ли попросила, то ли приказала Алиса, вставая под тугие струи воды.
В глазах раба она увидела желание, польстившее ее самолюбию. Мужские руки, взяв мочалку, стали нежно тереть ее тело. Пыль, пот, грязь уходили из него вместе с моральной усталостью. И Алиса скоро почувствовала знакомое возбуждение. Она подалась вперед, ее рука опустилась на толстый член раба, начала поглаживать его и переполненные спермой яйца.
— Хочу тебя. Без колпачка.
И пусть Алиса опоздает на встречу с женихом, зато получит столь нужное ей наслаждение здесь и сейчас.
Глава 17
Тело привычно болело, свыкнуться с этой постоянной, практически ни на миг не прекращавшейся болью было невозможно. Разве что отвлечься от нее, и то ненадолго. Тянули мышцы рук и ног, периодически давала о себе знать частенько затекавшая шея, ныл почти порванный огромными членами зад, пульсировал от неутоленного желания собственный член, болели наполненные спермой яйца, даже губы с языком, и те болели после постоянных минетов. Стив стоял в спальне, широко расставив усталые ноги и чуть наклонившись вперед, как учили, с трудом удерживая на лице отсутствующее выражение.
— Хороший мальчик, — насмешливый голос жениха хозяйки ничего хорошего не предвещал.
Да Стив и не ждал ничего хорошего, не от этого садиста, при имени которого дрожали все рабы.
Стива отдали ему на растерзание на всю ночь, без ведома хозяйки. Обычная практика. Надо же как-то задобрить высокопоставленного гостя, показать свое гостеприимство и широту души.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Первое, что сделал жених хозяйки, — вызвал рабыню. Та появилась в комнате полностью обнаженная, послушно встала на колени и, повинуясь приказу, начала активно возбуждать Стива ртом и руками. Кончить, конечно, ему не позволят. Только хозяйка могла пойти на такой шаг. Здесь и сейчас ее не было. А вот жених-садист был.
И Стив понимал, что полностью познает скоро, что такое — быть рабом у садиста.
