Ждать долго не пришлось. Из мрака вынырнули две полицейские машины. Подъехали к указанному дому, и вверх по лестнице взбежали четверо полицейских.
Феннел посмотрел на темные окна квартиры Джейси. Минуту спустя вспыхнул свет. Прислонившись к влажной стене дома, слегка дрожавший медвежатник ждал, что будет дальше. Минут двадцать спустя трое полицейских вышли из дома и затолкнули в машины двоих крепко сложенных мужчин. Оба они были в наручниках. Машины уехали. В доме остался один полицейский.
Что же случилось с Джейси? Ждать было нельзя. Нужно было захватить свою оснастку. Достав из кармана платок, он завязал им лицо наподобие маски, затем пересек улицу и, войдя в дом, взбежал вверх по лестнице, не производя шума. Поднявшись на этаж, где находилась квартира старика, остановился и прислушался. Дверь в квартиру Джейси была открыта, оттуда доносились шаги полицейского.
Затаив дыхание, Феннел подошел к ней и осторожно заглянул. Дальняя стена комнаты была забрызгана кровью. Полицейский, находившийся к нему спиной, опустился на колени возле трупа Джейси.
Медвежатник поморщился. Выходит, старого болвана замочили. Быстро приблизившись к полицейскому, он напал на него, прежде чем тот успел сообразить, в чем дело. Сцепив пальцы обеих рук, уголовник нанес ему страшной силы удар по затылку. Полицейский рухнул на окровавленное тело старика.
Феннел кинулся в крохотную вонючую спальню Джейси и поднялся на чердак. Спустя несколько секунд, отыскав одежду с инструментами, спустился вниз и вышел на лестничную площадку. Прислушавшись, все ли в порядке, через три ступеньки сбежал вниз. Тяжело дыша, добрался до входной двери. Снова остановился. Издали доносился звук полицейской сирены. Под дождем перебежал на противоположную сторону улицы и прижался к стене дома. В этот момент к дому напротив подъехала карета «Скорой помощи» и два полицейских автомобиля.
Медвежатник что-то пробурчал, видно довольный тем, что вовремя успел скрыться с места преступления. Затем задами вышел на главную улицу. Заметив такси, помахал рукой. Подъехавшему водителю он велел доставить его к отелю «Ройал тауэрс».
Остановившись у номера, занимаемого Шейликом, постучал в дверь. Немного погодя дверь открылась. Джордж Шерборн, солидного вида пожилой господин, служивший личным секретарем и лакеем у египтянина, с удивлением и неодобрением посмотрел на незваного гостя. Зная всю подноготную Феннела, после некоторого колебания он шагнул в сторону и впустил его в номер.
— Мистер Шейлик уехал в отпуск на выходные, — заметил он. — А в чем дело?
— Мне нужно как можно быстрее убраться из этой страны к чертовой матери, — вытирая потное лицо тыльной стороной руки, отозвался уголовник. — Я в опасности. Те, кто меня преследует, нашли моего приятеля и замочили его. У него там сейчас легавые. С минуты на минуту они обнаружат мои «пальчики», которые я оставил повсюду, и тогда мне крышка.
Шерборн оставался невозмутимым. Держался с достоинством, словно епископ за трапезой. Он знал, что без Феннела операция «Перстень Борджиа» не состоится. Велев медвежатнику подождать, он ушел в соседнее помещение, предварительно закрыв за собой дверь. Полчаса спустя вернулся.
— Внизу вас ждет машина, которая отвезет вас в Лидд, — проговорил лакей. — На авиатакси доберетесь до Ле-Туке. Там вас встретит еще одна машина, которая доставит вас в парижскую гостиницу «Нормандия». Останетесь там до вылета самолета на Йоханнесбург. В аэропорте Орли вам будет зарегистрирован билет. — Шерборн равнодушно посмотрел на медвежатника своими птичьими глазами. — Как сами понимаете, стоимость всех этих услуг будет вычтена из вашего гонорара.
— Кто тебе это сказал, толстяк? — огрызнулся Феннел.
— Не надо дерзить, — презрительно заметил лакей. — Мистер Шейлик будет весьма недоволен тем, что произошло. А теперь убирайтесь. — Шерборн протянул медвежатнику листок бумаги. — Здесь все указания для вас. Паспорт у вас есть?
— Да засохни ты! — рявкнул на лакея Феннел и, выхватив у того из рук листок, кинулся к лифту. Спустя пять минут наемный «ягуар» мчал его в Лидд.
Глава 3
Через десять минут после окончания встречи с Геей, Гарри, Джонсом и Феннелом египтянин вошел в приемную, где сидела Натали. Перекинув через руку пальто, в другой руке он держал саквояж, который обычно брал с собой на выходные. Отложив в сторону работу, мисс Норман подняла на шефа глаза.
Для Шейлика она была неотъемлемой частью его конторы: знающая свое дело, очень толковая женщина, она работала у него вот уже три года. Он выбрал ее в качестве делопроизводителя из небольшого списка женщин высокой квалификации, который ему предоставило агентство по найму.
Натали Норман было тридцать восемь лет. Она свободно владела французским и немецким языками, имела ученую степень в области экономики. По-видимому не имевшая никаких посторонних интересов, кроме службы в конторе адвоката, для него она была важной частью его аппарата.
Шейлику нравились красивые, умеющие пробуждать чувственность женщины. Натали Норман, с ее непритязательной внешностью, бледным лицом, была для него всего лишь роботом. Во время разговора он редко смотрел на нее.
— Я уезжаю на выходные, мисс Норман, — произнес он, остановившись у стола секретарши. — Попрошу вас прийти сюда на час, чтобы разобрать почту.
После этого можете быть свободны. В понедельник в девять ноль-ноль у меня конференция. — И адвокат ушел.
Не взглянув на нее, не улыбнувшись и даже не попрощавшись.
На следующее утро она пришла в контору в обычное время и, разобрав почту, принялась убираться на столе. В этот момент вошел Джордж Шерборн.
Шерборна она ненавидела, а тот платил ей такой же монетой. Она считала его лизоблюдом, старым, толстым сладострастником. В тот день, когда она пришла впервые на службу к Шейлику, Шерборн, с покрасневшим откормленным лицом, провел рукой по туго затянутым в корсет бедрам новой секретарши, которая в эту минуту запечатывала конверт с юридическими документами. Исполненная отвращения, она обернулась и ударила его по толстой физиономии ребром пакета. У него из носа потекла кровь.
С тех пор они питали друг к другу взаимную ненависть, хотя и были вынуждены работать бок о бок, помогая своему шефу.
— Закончили? — с важным видом произнес Шерборн. — Если закончили, то сматывайтесь. Я остаюсь.
— Уйду через несколько минут, — заверила толстяка секретарша, не глядя на него.
Кивнув, Шерборн презрительно взглянул на нее и вернулся в кабинет Шейлика.
Некоторое время Натали сидела неподвижно, но, услышав, как лакей набирает номер телефона, достала из ящика своего стола большую полиэтиленовую сумку. Из другого ящика вынула миниатюрный магнитофон и три кассеты. Торопливо положив их в сумку, застегнула на ней «молнию». Услышав, что Шерборн говорит по телефону, подошла к двери.
— Останусь совсем один, детка, — слышен был его голос. — Да.., все выходные. Может, заскочишь? Мы бы с тобой немного развлеклись.
Брезгливо поморщившись, Натали отошла от двери. Надела пальто, накинула на голову черный платок. Взяв полиэтиленовую сумку, направилась к лифту и нажала на кнопку вызова.
Пока она ждала лифта, в дверях появился Шерборн.
— Уходите?
— Да, — равнодушно ответила она, заметив, что толстяк подозрительно разглядывает сумку.
— Все секреты с собой забираете?
— Да.
Двери лифта открылись, и она вошла в него. Прежде чем они снова закрылись, — мисс Норман поймала на себе насмешливый взгляд лакея.
Остановив такси, она поехала в Кенсингтон, где на улице Черч-стрит у нее была двухкомнатная квартира. Накануне ночью она плохо спала, то и дело ворочалась с боку на бок, не в силах решить вопрос, стоит ей предать Шейлика или же нет. Даже в эту минуту, когда она вошла в свою тесную, но уютную, со вкусом обставленную гостиную, Натали все еще не пришла к окончательному решению.
Положив на диван сумку, сняла головной платок, пальто и опустилась в кресло. Несколько минут сидела неподвижно, зная, как поступит, и презирала себя за это. Взглянула на часы. Было десять минут одиннадцатого. Может быть, в субботу утром Бернета не окажется в банке. Если его там нет, это будет указанием свыше не делать то, что она намерена сделать. После некоторого колебания она подошла к телефонному аппарату и набрала номер.
Сев на подлокотник кресла, прислушалась к сигналам вызова.
— Национальный банк Натала, — послышался бесстрастный голос.
— Нельзя попросить к телефону мистера Чарлза Бернета?
— Кто говорит?
— Мисс Норман. Мистер Бернет знает меня.
— Один момент.
Минуту спустя в трубке послышался сочный баритон:
— Мисс Норман? Рад вас слышать. Как вы поживаете?
Она вздрогнула, затем, поколебавшись, заставила себя произнести:
