Один из них, «Success» («Успех»), находился под командованием Клиппертона, имел на своем борту 36 пушек и команду численностью 180 человек.
Второй, «Speedwel» (переводится в русскоязычных источниках как «Вероника»), нёс на борту 24 пушки и 106 человек экипажа. Командовал «Вероникой» Шелвок.
Происхождение у двух командиров было в корне разное. Джон Клиппертон имел за плечами богатый пиратский бэкграунд: служил помощником у известнейшего пирата Дампьера (он же Дампер, Демпер и Дампье, как только не транслитерируют эту фамилию). Дезертировав от Дампьера, Клиппертон возглавил свою команду, пиратствовал, попал в плен к испанцам, сумел избежать виселицы и вернуться в Англию.
Шелвок же до того пиратством никогда не промышлял, он служил лейтенантом в Королевских военно-морских силах.
Есть непроверенная информация, что и Тейлор, помощник на «Успехе», имел отношение к королевскому военному флоту, и был приставлен приглядывать за Клиппертоном, как бы тот не натворил чего лишнего по старой памяти.
Все эти предосторожности людей, снаряжавших и комплектовавших экспедицию, оказались тщетными. Потому что отправились «Успех» и «Вероника» в Тихий океан, где контролировать их действия из Англии было практически невозможно.
Оказавшись вдали от пригляда британского Адмиралтейства, и Клиппертон, и Шелвок, и Тейлор очень быстро пустились во все тяжкие. Наплевали на ограничения, налагаемые приватирским патентом, и ударились в самое откровенное пиратство.
Но, прежде чем перейти к их подвигам, надо сказать несколько слов об особенностях действий английских пиратов и каперов на Тихом океане – они резко отличались от того, к чему привыкли джентльмены удачи у берегов Индии, Мадагаскара или в Карибском море.
* * *
Честно говоря, стать пиратом, даже пиратским капитаном Карибского моря мог любой дурак, имеющий деньги на снаряжение корабля либо сумевший как-то его захватить. Пример недалекого майора Боннета хорошо подтверждает эту мысль.
Тихий океан – иное дело. Туда было не так-то легко попасть (мы помним об опасностях плаваний Магеллановым проливом). А все же добравшись до тихоокеанских вод, приходилось действовать там в полнейшей изоляции, с опорой лишь на свои силы.
На всем громадном протяжении тихоокеанского побережья двух континентов, Северной и Южной Америк, – ни одного дружественного порта. Все до единого враждебные, испанские. Никуда нельзя зайти, чтобы пристроить добычу, пополнить экипаж, отремонтировать потрепанный в боях корабль, запастись провиантом, пресной водой и боеприпасами.
Не стоит удивляться, что мало кто из джентльменов удачи рисковал действовать в таких неблагоприятных условиях. В иные годы (и суммарное их число достаточно велико) у тихоокеанских берегов Испанской Америки английские пираты вообще не появлялись.
Однако у любой медали имеется оборотная сторона. Тихоокеанское пиратство имело ряд существенных плюсов.
Чрезвычайно редкие визиты пиратов избаловали местных жителей. Прибрежные городки не имели гарнизонов и фортов с мощной артиллерией, захватить их можно было даже силами команды одного корабля. Прибрежные воды не бороздили сторожевые эскадры, охотящиеся за пиратами, гвардакостасы отсутствовали как класс. Торговые суда плавали не в составе хорошо охраняемых караванов, а в одиночку, причем зачастую не несли на борту пушек и становились легкой добычей.
Короче говоря, пиратствовать у тихоокеанских берегов Америки было одновременно и очень просто, и очень трудно. Диалектика, единство противоположностей.
Но не прибрежные городки и деревушки были главной целью прорвавшихся в Тихий океан английских пиратов и приватиров. Самой заветной мечтой каждого джентльмена удачи был манильский галеон. Захватить его – и можно навсегда покончить с пиратством, на всю жизнь хватит, и детям останется, и внукам.
Как уже отмечалось, мореходами испанцы были неважными, но весьма богатыми. Денег на флот не жалели. Строили дорогие и здоровенные галеоны, оснащали их большим количеством пушек, включали в состав экипажа отряды морской пехоты, не имевшие иных обязанностей, кроме отражения пиратских нападений. Рассуждали испанские корабелы и их заказчики просто: такая махина и шторму не поддастся, и от пиратов в одиночку отобьется, если вдруг отстанет от конвоя. Срабатывала эта логика не всегда. Медлительные и неповоротливые галеоны тонули и от естественных причин, и от малой компетентности командовавших ими капитанов, и с легкими и маневренными пиратскими кораблями тягались в бою не всегда успешно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Но манильские галеоны – это нечто особенное даже на фоне других испанских кораблей. Галеоны Атлантики имели водоизмещение в среднем 600 тонн. У манильских оно было втрое больше, у некоторых доходило до 2000 тонн. Монстры. Авианосцы парусного флота.
Путь от Филиппин до Америки медлительные громадины преодолевали в одиночку и тратили на него четыре месяца, сделать за год больше одного рейса туда-обратно не получалось. Из Манилы галеон возвращался, нагруженный золотом и всевозможными драгоценными товарами из Индии и Китая (фарфором, шелками, пряностями, жемчугом и сапфирами). Но и следовавший от американских берегов был завидной целью, ибо нес на борту серебро на несколько миллионов.
![]()
Илл. 9. Манильский галеон (современная реконструкция). Впечатляет даже в наше время, после «Титаника», «Куин Мэри» и прочих железных монстров, рассекавших моря и океаны.
Томас Кавендиш, первым из английских корсаров увидевший в 16 веке манильский галеон «Санта-Анна», пришел в изумление. Два его корабля казались скорлупками на фоне небывалой парусной громадины, их суммарное водоизмещение уступало «Санта-Анне» раз в десять.
Однако как Кавендиш ни удивлялся, но галеон захватил и разграбил. Как сумел? Очень просто: не сближаясь и не помышляя об абордаже, издалека обстреливал из пушек, пока испанцы не спустили флаг. Ответить они не могли, не имели на борту артиллерии. Вообще. Ни единого орудия. Никто не ожидал встретить англичан в заповедных тихоокеанских водах, Кавендиш стал первопроходцем, – считалось, что для борьбы с лодками туземных пиратов пушки не нужны, достаточно многочисленного отряда солдат с аркебузами.
Из горького урока испанцы сделали правильные выводы. Снабдили манильские галеоны мощными орудиями, и повторить легкий успех Кавендиша стало не так-то просто. За два с половиной века, что манильские галеоны совершали свои неторопливые рейсы, пиратских попыток завладеть ими случалось множество. Успешными стали лишь четыре (включая упомянутый захват «Санта-Анны»).
И все равно джентльмены удачи отправлялись на Тихий океан именно за манильскими галеонами. Не стали исключением и Шелвок с Клиппертоном. Тейлор, надо полагать, тоже мечтал о манильском галеоне. Должна же быть у человека, пусть даже у пирата и убийцы, хоть какая-то мечта.
* * *
Совместные действия у двух приватирских капитанов не задались. Оба обладали характерами сложными и неуживчивыми, и очень быстро разругались. «Успех» и «Вероника» разошлись в разные стороны и дальше действовали самостоятельно. Шансы захватить манильский галеон, и без того небольшие, стали вовсе уж иллюзорными. Клиппертон, командовавший лучше вооруженным кораблем, продолжал еще надеяться, однако ни во что реальное надежды не воплотились.
После года с лишним автономных действий Клиппертон и Шелвок вновь случайно встретились. К тому времени последний потерял «Веронику», разбившуюся о скалы, и пиратствовал на трофейном корабле «Хесус-Мария».
Капитаны помирились, начали действовать совместно, и даже стали планировать, как бы им ловчее захватить манильский галеон «Санта-Кристо-де-Бургос», как раз готовившийся к очередному рейсу.
Но тут их приватирству, и без того формальному, проходившему с множеством нарушений, пришел конец.
