- Что же тут плохого?
- Плохого? Вы знаете, в чем смысл свободы большинства людей? - Чтобы боль одного человека стала болью всего общества.
- О чем это вы?
- Я? Ни о чем. О жизни. Стоит людям начать жить лучше, как все повторяется... Одни продают, другие скупают шедевры. Извините, я думаю о своем. Я отключился, как теперь говорят...
- Пожалуйста...
- А почему он их не подписывает? Скажите ему, пусть подписывает.
- Он пока не верит в себя.
- Но главное, что вы в него верите. Только у художников бывают такие красивые юные жены. Хотите, я приду к вам домой и сам приведу покупателей. Поверьте мне, что со временем этим картинам цены не будет... Я приду к вам, оставьте адрес... Живопись - это мое проклятие... Где вы их держите? Старайтесь держать в темноте. Чтобы солнце не съело краски... Я к вам зайду...
- Пока не надо... Сначала я поговорю с мужем... Если можно, я запишу ваш телефон.
- Да-да, пожалуйста. И оставьте свой.
- Я вам позвоню.
- Вы думаете, я хочу вас обмануть? Хорошо, не оставляйте ни телефона, ни адреса. Но приходите ко мне, приходите с мужем. И... приходите с мужем. И скажите ему, чтобы он подписывал картины. Так нельзя. Люди должны привыкнуть к имени.
Карина завернула картины и положила в сумку.
- Я вам позвоню.
Карина уже собиралась уйти.
- Подождите. Я вам дам адрес одного профессора. Он крупный коллекционер. Он обязательно у вас купит какие-нибудь картины... Стоит ему увидеть такой оранжевый цвет... Он вам заплатит все деньги, какие у него есть... Ах, что это за умница! Может быть, вы читали его книгу "Цветовая гамма в космосе"?
- Да-да! - сказала Карина. - Она у нас есть дома.
- Ну, вот видите... Сейчас, сейчас, сейчас... Вот вам его визитка.
- Спасибо.
Карина вышла из магазина, села в такси и, вернувшись домой, повесила картины на прежние места... Отныне она знала, что на стенах висит богатство.
- А я узнал этого эксперта. Это Теплицкий? Да? Сергей Николаевич Теплицкий?
- Да. Это он...
- А откуда ты его знаешь?
- Я случайно с ним познакомился в Италии, в галерее Уффици. Он ведь раньше работал экспертом в Эрмитаже, а потом ушел на пенсию и переехал в Москву. Это первостатейный знаток живописи. Большинство экспертов ничуть не отличаются от скупщиков золота. И если бы Карина попала к кому-нибудь из них, они бы так высоко не оценили картины. Когда она сказала, что "Цветы в космосе" стоят десять тысяч, я понял, что она была у Теплицкого...
- Да. Этот бессребреник не умеет врать. У нас часто к нему обращаются за консультациями. У тебя есть его телефон?
- Где-то записан.
- Позвонить бы прямо сейчас. Но старик спит.
- Позвонишь завтра.
- По-моему, нам пора услышать телефонный звонок стюардессы, - сказал Олег. - Наверное, она звонила Вадиму не раз, когда его не было...
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК СТЮАРДЕССЫ
- Алё? - сняла трубку Карина.
- Попросите, пожалуйста, Вадима, - сказал женский голос с эстонским акцентом.
- Его нет дома... Что передать?
- Скажите, что звонили из аэропорта. А когда он будет?
- Минут через десять.
- Я позвоню. Скажите, его ждет горячий кофе с пирожком.
- А вы приезжайте... он уже будет.
- Нет. Я не успею. Я позвоню. Завтра и послезавтра я буду в Москве. Тоже позвоню. А кто со мной говорит?
- Это сестра Вадима, - легко солгала Карина.
- Очень приятно, - ответил голос в трубке.
- Мне тоже очень приятно. А какая в Прибалтике погода? Я скоро лечу в Прибалтику.
- Хорошая. Дождь пройдет - и солнышко. А каким рейсом вы летите?
- Еще не знаю. Я еще не брала билет.
- Обязательно заходите ко мне. Запишите мой адрес...
- С удовольствием...
- А Вадим не приедет с вами?
- У него сейчас навалом работы... Но я постараюсь его уговорить... Мы; может быть, приедем с Никой... Вы так часто звоните и ни разу к нам не зашли...
- А я прилетаю и через четыре - шесть часов лечу назад...
- Ты должен будешь найти стюардессу. Она тебе очень понадобится...
- А как ты думаешь, она встретилась с Вадимом?
- Думаю, что да.
- В Москве или в Таллине?
- Наверное, и в Москве, и в Таллине.
- И что? Они встретились втайне от Ники? Ника знала о встречах Вадима со стюардессой? - спросил Олег.
- Нет. Не знала.
- Итак, - сказал Олег, - Вадим встречается с Никой и со стюардессой, но ни та, ни другая об этом не знают. А?
- Скорее, со стюардессой было всего две встречи. Одна - в самом начале, ну, дня через три, через четыре после знакомства. И другая - совсем недавно. В самом конце. Вадим был в отчаянии...
- В каком отчаянии?
- Вадим был в отчаянии...
- Хорошо, но в ночь смерти Карина стюардесса была в Москве? Или ты исключаешь такой вариант?
- Нет, - сказал Ваграм, - не исключаю.
- И могла оказаться в его квартире?
- Могла.
- В ночь смерти Карина? - переспросил Олег. - Она могла оказаться в его квартире?
- Видишь ли, - ответил Ваграм, - я не могу проследить сейчас весь каринский поток боли.
- А Карина познакомилась со стюардессой? И в ночь смерти Вадима эти две женщины могли встретиться?
- Я не знаю, в какой степени боль Вадима распространялась на стюардессу. Но я могу тебе сказать, что Кариной было необходимо с ней встретиться. В эту ночь или накануне, но встреча должна была состояться и окончательно решить судьбу Карина. Убивать его или нет, - сказал Ваграм.
- А почему Карина лишь спустя годы решила проверить, насколько талантлив ее муж?
- А как бы ты реагировал, если в течение одной весны в твоей квартире появилось сто с лишним картин, целая галерея?
- Ты хочешь сказать, что натянутость их отношений подтолкнула ее на этот шаг? Стоит ли вообще дорожить таким мужем?
- Да нет!.. Все не так. Дело в том, что до сих пор Карин серьезно не занимался живописью... Что-то ему мешало... Ну, Ван Гог тоже стал серьезно заниматься живописью в двадцать восемь лет. А Поль Гоген... Так вот, когда в эту весну посыпались картины одна за другой, она растерялась. Она поняла, что с мужем происходит нечто невероятное...
- Ну, да, она выходила замуж за обычного инженера. А тут однажды вечером домой явился гений... Как с ним говорить? О чем? Она, привыкшая себя считать пусть не состоявшейся, но актрисой, должна была непременно уйти в тень... То есть, пока у него все было плохо, картины скупали за бесценок, она диктовала свои условия, предъявляла претензии, требования... И вдруг - неожиданное крушение всех иллюзий.
- Что-то в этом роде...
- Так вот почему ни у одной из картин нет названия. Он еще сам не был уверен... А я думал, почему картины не подписаны? Откуда такая застенчивость у художника? Наше время, по-моему, не страдает застенчивостью. А красивое, как и талантливое, редко бывает несовременным.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
