— Скажи, что я могу получить тебя, — велел он хриплым голосом. — Разреши мне взять тебя, Ная.
— Да, — без раздумий ответила она.
С низким возбужденным стоном Менас подхватил ее на руки и понес к дивану странной формы. Уложив Наю, он опустился на колени около ее ног. Даже на полу Менас возвышался над ней, и его длинные руки могли дотянуться до каждого места на ее теле.
Ная попыталась обуздать разыгравшиеся нервы и облизала губы. Ухватившись за край майки, Менас стянул ее через голову. Он бросил ее через плечо, и она исчезла из вида. Менас снял с одной ноги сначала ботинок, затем носок и проделал то же самое со второй. Следом быстро исчезли его тактические штаны.
Когда он привстал и стянул боксеры вниз по мощным бедрам, Ная не смогла отвести от него взгляда. В свое время она видела нескольких голых мужчин, но ни один из них не мог сравниться с Менасом. Смуглую кожу на правой половине его тела украшали татуировки. То тут, то там были бесчисленные шрамы — одни сморщенные розоватые, другие блестящие, белые и очень тонкие. Этот человек познал огромную боль и повидал много насилия. Возможно, в конце концов, у них с Наей было нечто общее.
Она опустила взгляд к члену и попыталась скрыть шок, но ей не удалось, судя по самодовольной ухмылке Менаса. Ная не могла его винить. Толстый, длинный и твердый, член моментально завладел ее вниманием. Киска сжалась при мысли о том, как этот огромный инструмент будет ощущаться внутри. Ная предположила, что очень-очень хорошо.
Менас снова опустился на колени у дивана и, взяв ее ногу, погладил голень, кончиками пальцев коснувшись нескольких царапин, полученных во время забега по лесу.
— Болит?
— Они просто уродливые, — покачала головой Ная.
— В моей аптечке есть средство, которое поможет быстро их излечить, — склонив голову, Менас поцеловал каждую царапину.
Пока его губы скользили сначала по одной икре, затем по другой, Ная задержала дыхание. Он положил ее ноги обратно на диван и погладил ладонями по бедрам вверх-вниз.
Наю впечатлило, что Менас не стремился непосредственно к призу, если можно так выразиться. Несколько ее бывших любовников сосредотачивались на месте между ее ног сразу же, как снимали с нее штаны. Но не Менас. Похоже, у него были иные представления о соблазнении, которые ей понравились.
Опершись коленом на диван, он потерся носом о горло Наи. Она закрыла глаза, наслаждаясь тем, как его горячее дыхание щекотало мочку ее уха, и большая теплая ладонь поглаживала бедро.
— Ты очень хорош, — немного сдавленно заметила Ная.
— Я хочу произвести на тебя впечатление в первый раз, — рассмеявшись у ее горла, Менас облизал место, где чувствовалось биение пульса.
У нее запнулось сердце, но уже по другим причинам. Оно заколотилось не из-за желания Менаса сделать их соединение замечательным. Нет, дело было в том, что он считал ее девственницей. Ная слышала истории о харкосах и их любви к невинным невестам. А девственницей она уж точно не была.
Встревоженная ошибочными представлениями Менаса, она уперлась обеими руками ему в грудь и оттолкнула его. Он хмуро посмотрел на нее сверху вниз с беспокойством в зеленых глазах.
— Я что-то делаю не так? Слишком спешу?
— Нет, — тут было не обойтись простым намеком. Лучше было выложить правду, что Ная и сделала. — Менас, я не девственница.
— И? — он выглядел развеселенным.
— Ты сказал, что хочешь в первый раз произвести на меня впечатление, — ответила она, ничего не понимая.
— Хочу, — Менас поцеловал ее с невыносимой нежностью. — В наш первый раз, — разъяснил он. — С чего мне заботиться о состоянии твоей девственной плевы? — спросил Менас, удержав взгляд Наи.
— Я думала, что небесные воины предпочитают девственных невест, — от его прямого вопроса у нее запылали щеки.
— Некоторые, — подтвердил он. — Но я не один из них, — Менас кончиками пальцев обрисовал ее подбородок и спустился к изгибу шеи. — Ты идеальна.
Нае не верилось, что пугающий небесный воин, укравший ее с родной планеты, сказал самые романтичные слова из всех, слышанных ею в жизни.
— Ох.
— Хватит волноваться, — убедил Менас. — Не думай. Не сомневайся. Только чувствуй, Ная.
«Не думать? Не сомневаться? А почему он не попросил меня не дышать?»
Он завладел ее ртом в чувственном поцелуе. Когда Менас, наконец, закончил, Ная дрожала и страдала от головокружения. Продолжи он целовать ее, и она бы не смогла ни думать, ни сомневаться. У нее даже не получалось втянуть в легкие воздух.
Менас расстегнул пуговицы на ее рубашке и приспустил ткань с плеч. Ная приподнялась ровно настолько, чтобы с его помощью раздеться. Снова оказавшись голой в его милосердии, она прижала кулаки к своим бедрам.
Менас посмотрел на них и схватил ее запястья.
— Нет. Расслабься.
— Я ничего не могу с собой поделать.
— Мне нужно воспользоваться наручниками?
Ная невольно вспомнила, как ее сковывали во время ареста, и у нее скрутило живот. Она не хотела, чтобы уродливые мысли портили красивый момент.
— Пожалуйста, не надо.
Менас склонил голову набок. Видел ли он в глазах Наи страх? Скорее всего. К его чести, он не упоминал ее слабость. Вместо этого Менас поднял ее руки и осторожно разжал ей пальцы. Он поднес их к широким большим петлям на изголовье дивана.
— Держись за них.
В порыве облегчения Ная уцепилась за петли.
— Я не отпущу.
— Я в тебе не сомневаюсь, — рассмеялся Менас и звонко поцеловал ее над грудью.
Ная застонала, когда он лизнул ее сосок. Пока Менас омывал языком смуглую кожу, чувствительная плоть сморщилась. Он втянул сосок в рот и снова облизал его. Шумно выдохнув, Ная попыталась сжать колени и хоть немного унять пульсацию в клиторе, но положение Менаса помешало ей.
— У тебя такая чувствительная грудь, — заметил он. От легкого укуса она задрожала. — Очень красивая, — прошептал Менас с благоговением.
Ная застонала, и он пальцами сжал сосок, переключившись ртом на второй. Выгнув спину, она сдалась терзавшим ее губам и пальцам. Ная никогда не чувствовала ничего подобного. Каждое нервное окончание в ее теле пылало. Клитор пульсировал на грани с болью. Она не сомневалась, что если опустит руку и прикоснется к розовой бусине, кончит моментально.
Внезапно Менас отстранился, и Ная чуть не захныкала.
— Ты куда?
— Спокойно, милая, — прошептал он и потер низ ее живота. — Просто достану кое-что из ящика.
Она наблюдала, как Менас направился к шкафам у стены. Открыв второй ящик сверху, он достал нечто блестящее и металлическое. Ная судорожно сглотнула, рассматривая предмет на его ладони. Ярко-синие крошечные скрепки с черными мягкими наконечниками, скрепленные между собой цепочкой. Ная ни разу не видела таких приспособлений.
— Что это?
— Зажимы для сосков.
— Прошу прощения? — ее взгляд метнулся к лицу Менаса.
— Зажимы для сосков, — он рассмеялся ее потрясению. — Они зажимают соски.
— Но…зачем?
— Это приятно.
— Кому?
— Тебе.
— Сказал человек, чью грудь никогда не мучили подобным образом, — прищурилась Ная.
— И вот ты снова со своими заявлениями о пытках, — покачал головой Менас. — Если бы я тебя пытал, спрашивал бы разрешение?
— Ну… нет.
— Итак, хочешь опробовать зажимы?
— Нет, — тут же выпалила Ная. — Категорически.
— Ты уверена? — он казался ни капли не расстроенным ее отказом. — Ты можешь получить от них огромное удовольствие, — Менас пожал плечами. — А можешь их возненавидеть. Но ты не узнаешь, пока не попробуешь.
— Ты не отстанешь, да? — скривила губы Ная.
— Нет, — он зловредно усмехнулся.
— Ладно, — вздохнула она, закатив глаза. — Я попробую, но если станет больно, немедленно сниму.
— Справедливо, — с зажимами в руке Менас опустился к Нае на диван и провел губами по ее шее. Он не стремился к грудям, неспешно облизывая, целуя и покусывая ее горло, пока она снова не воспламенилась. Начав играть с правым соском, Менас спросил: — Какой твой любимый цвет?
