Но спрашивать ни о чём Райхана не стала. Лишь с тревогой глянула в окно, на пролетающие мимо пейзажи. А спустя время всё же прозвучал тихий вопрос:
– Мне нужно бояться?
– Нет. Тебе ничего не угрожает, – ответил ей, скользнув тяжёлым взглядом по щеке, на которой теперь чётко проступала ссадина.
У дома Айше, как обычно, дежурила охрана. Халим кивнул им, и те распахнули массивные ворота. Когда-то он приставил людей к своей любовнице, чтобы уберечь её от других. Как же слеп он был.
Айше была красавицей, каких поискать. Чистая и невинная, мягкая, ласковая, как кошка. Нежная и податливая в постели. Тихая, скромная, понимающая. Она никогда не надоедала, терпеливо ждала его прихода и была любовницей шейха уже много лет. Он находил её удобной и часто поощрял за преданность и любовь. Последняя, от кого Халим мог ожидать удара в спину – Айше.
Сегодня она встречала его во дворе. Макияж, улыбка, нежный, ласковый голос и радостный, хотя и настороженный взгляд.
– Мой эмир… Я так долго тебя не видела. Так обрадовалась, когда мне сказали, что ты едешь, – прильнула к его груди, не обратив внимания на Райхану, а когда та вышла из-за его спины, отпрянула. – Ты не один?
Райхана вопросительно взглянула на Айше, затем на Халима. Он мог бы поклясться, что в этот момент её лицо потеряло все краски окончательно. Поняла кто перед ней и заревновала. Не смог сдержать улыбки.
Поняла и Айше. Осознала, что он раскрыл её, попятилась. А когда её схватили под руки и заставили опуститься на колени, нечеловечески закричала.
– Нет! Нет! Пустите! Я ничего не сделала! Это не я! Отпустите! Эмир! Эмир, ты же не поступишь так со мной! Ты не сделаешь этого! Ты же знаешь, как я тебя люблю! – и замолчала, потому что уже увидела в его глазах ответ.
– Ты подняла руку на мою невесту. Обвинила в этом мою жену. Ты ударила меня в спину, прислав в мой дом убийцу. Так чего я не должен с тобой делать, Айше? – он почувствовал, как напряглась Райхана рядом. Как схватила его за руку и впилась в неё тонкими, дрожащими пальцами.
– Я не делала этого… Нет, Эмир… – Айше испуганно обернулась на человека, подходящего сзади с верёвкой в руке, и завизжала, пытаясь вырваться.
– Халим, не надо! Нет! – её крик оборвался, потому что верёвка в руках Али сжала тонкую шею женщины, и та захрипела.
– Я буду милосерден к тебе, – кивнул убийце и тот резко натянул верёвку, глаза бывшей любовницы закатились, а тело содрогнулось от конвульсий.
В ушах и висках билась ярость, бурлила кровь и полыхал огонь в ней. Он не сразу услышал всхлип, лишь почувствовал, как Райхана отпустила его руку. Бросилась к палачу, толкая его и силясь освободить Айше, но было уже поздно.
– Отпусти её! Отпусти! Халим, останови это! Останови, прошу! – её крик и слёзы, застывшие в глазах, беспомощный взгляд на него, и Райхана падает на траву, отползая назад, пытаясь спрятаться от невидящего взгляда Айше, лежащей на земле.
– Теперь его очередь, – кивнул на Али, а тот выпустив верёвку из рук бросился бежать, но выстрел одного из охранников всё закончил.
Сделал шаг к Райхане, присел рядом, пытаясь поймать её взгляд. Она закрыла лицо руками, вздрогнула, когда его рука легла на плечо.
– Не стоит сожалеть о них, моя красавица. Это они пытались тебя убить. И получили по заслугам. Они бы не проливали свои слёзы из-за тебя. – Её платье испачкалось в грязи, платок соскользнул с плеч, а маленькая сгорбленная фигура заставила шейха снова ощутить себя чудовищем. – Дай мне руку. Мы едем к водопаду. Как ты и хотела.
ГЛАВА 11
Ног коснулась прохладная вода, и я открыла глаза. Я не помнила, как оказалась в своём оазисе посреди испепеляющей зноем пустыни, в которой, казалось, живу уже очень давно. Так давно, что скоро забуду любимые русские холода, снег, дождь… Я так сильно скучала по ним. А вокруг жестокость, кровь, страх, боль… Почему и зачем?
Макушки коснулись его губы. Тоже горячие, обжигающие. И руки, обнимающие меня, от которых кожа воспламеняется. Это он меня иссушает. Сжигает, оставляя после себя лишь пепел.
Я мелко дрожала и тихо, незаметно даже для самой себя плакала. Не знаю, откуда во мне столько слез. Не знаю, как это прекратить. Только сегодня я осознала, что слишком слаба, чтобы выжить в страшном мире шейха Халима эль Хамада. Нужно набраться сил, но откуда их взять?
– Возьми у меня, – услышала тихое на ухо, коснувшееся кожи вместе с его дыханием, и поняла, что задала свой вопрос вслух. – Я способен дать тебе многое. Тебе нужно только согласиться и взять это, – горячая ладонь коснулась моей шеи сзади, чуть сжала. Совсем немного, но я вновь ощутила его подавляющую силу.
– Ты убил её. Свою девушку. Она ведь одна из твоих женщин, да?
Рука Халима даже не дрогнула. Не напряглась. Он не испытывал боли сейчас. Неужели совсем ничего не почувствовал, приказав её убить?
– Была одной из моих женщин. Но перестала ею быть, когда предала меня. Покушение на тебя – это удар в мою спину. Такое не прощают. Я не прощаю. Забудь о ней, Райхана.
Его губы касаются позвонка, опускаются вниз, к лопаткам. Руки крепко прижимают моё ватное тело к его твёрдой груди. Будто раскалённый камень, в поясницу упирается твёрдый член. Мы сидим прямо на камнях, по пояс мокрые из-за набегающих волн. Приятно обдувает теплый ветер. И мне так хочется забыть всё, что произошло этой ночью, чтобы отдаться его прикосновениям… Жаль, не во власти Халима стереть мне память.
– Ты чудовище, – произношу тихо, но он, конечно же, слышит. Поцелуи исчезают, что отзывается во мне волной внутреннего негодования. Проглатываю свои глупые желания. Он убийца. Разве можно такого любить? Что или кто помешает ему однажды убить и меня? Так же жестоко и безжалостно?
– Я знаю, моя прекрасная невеста. Но другим я быть не могу. Ты привыкнешь, – грубый поцелуй в плечо и вот я уже лежу под ним на нагретых за день на солнце камнях, а сильное тело шейха устраивается между моих ног. Длинный чёрный балахон неприлично задирается до бёдер, шейх добирается и до белья. А я, собрав все силы в кулак, упираюсь в его грудь и уворачиваюсь от поцелуя в губы.
– Нет.
– Нет, Райхана? – его тон мрачнеет, теряет ласкающие слух тёплые нотки. Взгляд в свете маленьких фонариков вокруг становится чёрным, как
