Прямо вижу печальную физиономию Веланда в белом кабинете. «А потом она на меня напала. Просто так, представляете? Прямо в день нашей свадьбы. На парковке у машины. Вот запись с моего видео регистратора, доктор. Повезло, ещё, что я удачно расположил машину и все заснял!»
А мне-то что делать сейчас? Отбиваться? Ждать, пока он вцепиться в волосы?
Влажными пальцами ухватил меня за лицо и упал. Просто взял и упал. А я стою, замерев. Неужели сработала эта штуковина? Бежать! Ошарашенный охранник тупо глядит то на меня, то на тело. Хоть бы он сдох от заряда электрошокера!
Бросилась в сторону и вперёд, к воротам, к долгожданной свободе. Как и на чем выбираться из города? Ждёт меня кто-то в аэропорту или нет? Глупая надежда, что наверняка ждут. На машине? Свою-то я бросила. Брать такси? Поезд? Куда и на чем можно сбежать? Такси, то самое, на котором я приехала, меня ждёт. Вот только таксист, похоже, придремал, опустив на руль свою голову.
Дернула пассажирскую дверцу изо всех сил, в нос ударил запах дешёвого спирта. Водки, похоже.
— Вы вернулись уже?
— Едем!
— Простите, стекло протирал, пахнет немного, разлил.
Медленно, невозможно медленно повернул ключ в замке зажигания, неторопливо повернул руль. А в воротах автостоянки уже мелькнули знакомые фигуры в свете яркого фонаря. Только мелькнули и разбежались в разные стороны. Охранник со всех ног несётся ко мне, а Веланд рванул обратно, за машиной, похоже.
— Это не к вам?
— Быстрей!!
Наконец, водитель что-то понял, но вместо того, чтоб тронуться, повернулся ко мне.
— Криминалом не занимаюсь. Вон пошла.
— Он меня убьет, это муж.
Смотрит в лицо, думает непозволительно долго, в воротах уже мелькнули знакомые фары приземистой машинки.
— И вас тоже. Скажу, что сплю с вами по пятницам.
Вжата педаль газа до упора, рванули с места, только не в сторону проспекта, а черт-те куда, окружной дорогой. На паркетнике здесь не проехать, колдобины, счастье-то какое. И дорога темная, не единого фонаря.
— Спасибо!
— И не страшно с незнакомым мужиком по буеракам?
— Нет.
— Шокер-то положи. Все равно игрушечный.
— То есть?
— Брал себе такой. Фонарик работает, а шокер нет. Рванул менять, а у них вся партия — брак. Пассажиры разные бывают, вот и хотел обзавестись.
— Рабочий он. Мужа уложил.
— Уложил бы, за тобой бы никто не бежал… Куда едем?
— Не знаю. Подальше отсюда. Мне из города надо выбраться.
— Из города, — протянул мужчина, — Из города — это легко. Деньги-то есть?
— Хватает.
— А на катерок не хочешь? Туристический? Утром уже далеко будешь. До отправления успеваем.
— Хочу.
— Ну, тогда мне по двойному тарифу и шурину накинешь, чтоб местечко нашел. Сезон. Билетов может и не оказаться.
— Договорились.
— Вот удивляюсь я вам, бабам, — водитель тряхнул головой, выворачивая руль, — Вечно вы себе приключения находите. В чистом поле оставь, где ни одного человека на сто километров не будет, через неделю амуры заведете.
— С кем, если людей кругом нет?
— Да хоть с лешим. Или с эльфом. Найдете с кем.
Глава 5
Элли
Катерок мерно прыгает по волнам. Как добраться до содержимого ящика? На меня и так косятся все пассажиры. Плывём в какой-то известный всем, кроме меня, монастырь к утренней службе. Это все, что мне пока удалось разузнать из обрывков разговоров. Странно было бы спрашивать о конечном месте прибытия, торопясь изо всех сил занять место на борту. Я так тороплюсь, пропустите, подвиньтесь, подожмите ноги, мне очень надо! А куда мы плывём? Повезло, что экскурсовод выделил мне из своих запасов старый просоленный дождевик из брезента. Теперь я точно стала похожа на бездомного.
И все же ящик так и просит, чтобы его открыли, так и зудит в руках. Может, подковырнуть ноготком тонкую планку, заглянуть в узкую щёлочку тайника хоть единым глазком? Ведь никто же не догадается. А подсвечу электрошокером, надеюсь, не убью никого по случайности. Ноготь плотно засел в щели, планочка ни туда, ни сюда не поддается. Может быть, стоит попросить гвоздодер у капитана этой посудины? Вряд ли он мне его даст. Осторожно и почти незаметно расстегнула кожаный пояс джинсов, ковыряюсь в щели облупленной пряжкой. Планка потихоньку идёт.
— Умеют на почте посылки запаковать. Держите.
— А? Что? Спасибо. Сосед по скамейке протянул мне перочинный нож. Дело пошло. Планка оторвана, только ни черта не видно из того, что внутри. Запустила ладонь. Пусто. Щель есть, а в ней ничего. Поскребла коготками. Фанерка ничем не закреплена, она, похоже, и есть письмо! Дернула на себя изо всей силы, крепко прижимая ладонью. Подсветила фонариком драгоценное завещание. Шифр с виду простой, составлен в форме детского стишка. Старался он и опасался, что кто-то найдет. А так, просто кусочек фанерины с напечатанной на нем дешёвыми красками псевдо-детской загадкой.
"Сказки её я читал.
Озеро сверкало подобно серпу.
Пара-папра-парапа- де
Воск податлив и мягок, но вечен в своих очертаниях".
Сказки? Это просто. Единственная сказка, которую читал мне отец, и то по случаю, была «Хайди». Страна ясна. Швейцария.
Озеро? Тут немного сложнее. Озеро. Серп — скорее всего указание формы. Допустим, это — указание на город или даже на конкретное место. Поищу по спутниковой карте.
Воск? Намек на отлитые из него формы? Известная мне шутка отца. Там, где невозможно скрытно провезти металл из-за детекторов, можно провезти восковой слепок, а металл отлить уже на месте. Где-то в этом ящике есть еще один тайник? Допустим, найду. А дальше? И что он так решил передать? Украшение? Точно нет. Отмычку? В меня он никогда настолько не верил. Ключ? Вполне в его духе. Вот только к ключику должен прилагаться замочек. А где его найти — огромный вопрос! И припев вообще не понятен. Может, я чего-нибудь не учла? Под текстом затертая картинка дома с башенкой и стягами, свисающими из окон. Замок? Дворец? Но
