— Если он считает деревенскую жизнь скучной, зачем он купил это поместье?
— Он утверждает, что с этим местом у него связаны воспоминания детства, поскольку оно принадлежало его покойному отцу. Но я уверена, что все это пустые слова. Сколько времени ему понадобится, чтобы заскучать? Как скоро его потянет к суете и проблемам Лондона?
Харриет окинула свою подопечную задумчивым взглядом.
— Он еще не знает, с какой проблемой столкнулся здесь.
Глава 5
Белла решила, что будет вести себя так, словно герцога здесь нет и никогда не было. Днем она планировала побеседовать с будущими слугами — кухаркой, горничной, главным садовником и управляющим. А Харриет будет домоправительницей. Поскольку у Беллы не было планов принимать гостей, она решила пока не нанимать дворецкого.
Она расправила плечи, вышла из комнаты и гордо прошествовала вниз по лестнице. Блэквуда нигде не было видно — только приехал еще один экипаж, из которого слуги выгружали вещи.
Как выяснилось, герцог прибыл в дом с четырьмя слугами, которые вежливо представились, но совсем не так, как если бы она была хозяйкой дома. Белла узнала, что Коутс — камердинер Блэквуда, и он, вероятно, считался главным, поскольку отдавал приказы кучеру и двум лакеям, которые носили сундуки в апартаменты герцога. Тут же вертелся молоденький парнишка с огненно-рыжими волосами и улыбчивой веснушчатой физиономией, который работал в конюшне — ухаживал за лошадьми герцога.
Багажа было много. Мужчины с сундуками сновали вниз-вверх по лестнице, словно трудолюбивые муравьи.
Коутс поклонился.
— Простите за вторжение, миссис Синклер, мы скоро закончим. Большинство багажа предназначено для комнат хозяина.
Белла вымученно улыбнулась, втайне подозревая, что ее улыбка больше похожа на гримасу.
— Уверена, что его светлость найдет свои комнаты пригодными для временного проживания.
— Не сомневаюсь, миссис Синклер, — ответствовал Коутс.
Если он и услышал сарказм в ее голосе, то виду не показал.
Внимание Беллы привлек стук дверного молотка. Входная дверь оставалась открытой, поскольку слуги герцога еще не закончили работу. На пороге стоял дородный человек средних лет с мясистыми щеками и широко раскрытыми глазами смотрел по сторонам.
— Добрый день, меня зовут Гиббс, Зигмунд Гиббс. Я ищу место управляющего.
— Спасибо, что пришли, мистер Гиббс, — сказала Белла. — Я миссис Синклер, хозяйка поместья. Мне нужен управляющий.
Проигнорировав любопытный взгляд Коутса, она пригласила Гиббса в гостиную, для чего ему пришлось перелезть через большой сундук, некстати оказавшийся в дверном проеме. Жестом предложив мужчине сесть, она расположилась напротив и вопросительно взглянула на него.
— Скажите, у вас есть опыт работы управляющим, мистер Гиббс?
Мужчина кивнул, и колыхнувшиеся складки кожи, нависшие над туго завязанным галстуком, напомнили Белле морщинистую шкуру слона.
— Есть… небольшой… но не в таком крупном поместье, как Уиндмур.
Белла нахмурилась. Уиндмур-Мэнор — маленькое поместье, во всяком случае, по сравнению с другими. Сто акров окружающих его земель были красивыми и ухоженными, но существовали поместья, раскинувшиеся на несколько тысяч акров, с большим количеством арендаторов. Величина Уиндмура была одним из факторов, привлекших Беллу. Поместье небольшое, так что им можно легко управлять, а арендной платы будет достаточно для его содержания.
— Расскажите мне конкретно, какой вы имеете опыт.
— Ну, я…
Дверь распахнулась, и в гостиную вошел Блэквуд. Его ухоженная внешность воплощала одновременно мужественность и властность. А энергия, казалось, била из него ключом.
— Мне сказали, что вы беседуете с кандидатом на пост управляющего?
Белла улыбнулась. Получилось фальшиво.
— Совершенно верно. В Уиндмур-Мэноре необходим управляющий, если, конечно, вы сами не претендуете на эту должность, ваша светлость.
Герцог расхохотался, и задорные огоньки в его пронзительных синих глазах разозлили Беллу еще сильнее.
— Я бы с удовольствием, дорогая, но в Уиндмур-Мэноре уже есть управляющий.
У Зигмунда Гиббса от удивления раскрылся рот, и он резво вскочил.
— Милорд… я хотел сказать, ваша светлость. Я не хотел проявить неуважение…
— Сядьте, мистер Гиббс, — скомандовала Белла. — Его светлость ошибается. Никакого управляющего здесь нет.
— Определенно есть, миссис Синклер, — с подчеркнутой медлительностью проговорил Блэквуд. — Гидеон Джейкобсон работает здесь управляющим уже двадцать шесть лет.
Белла скрипнула зубами.
— Могу я переговорить с вами наедине, ваша светлость?
— Конечно. — Он обернулся к Гиббсу. — Спасибо, что пришли, мистер Гиббс. Мы дадим вам знать, если у нас появится место для вас.
Зигмунд Гиббс поклонился Блэквуду и бросился вон из комнаты. При этом он оступился и едва не рухнул на мраморный пол.
Как он смеет! Белла кипела от ярости.
— Я имела в виду, что мы могли бы поговорить в другой комнате.
Герцог сел на подлокотник дивана, скрестив перед собой обутые в сапоги ноги.
— Полагаю, мы неверно начали. Пожалуйста, называйте меня Джеймс. Титул — это слишком утомительно.
Белла покосилась на герцога хмуро и с подозрением.
— Это непристойно.
Джеймс изогнул бровь, даже не потрудившись скрыть насмешку.
— А жить вместе пристойно? Вы полны противоречий, Белла.
— Миссис Синклер.
— Это тоже утомительно. К тому же Белла такое красивое имя. И очень вам подходит.
Герцог одарил ее улыбкой, от которой у нее снова чаще забилось сердце. Он все же непозволительно… неприлично красив, а в сочетании с льстивыми речами… Короче, этот человек может быть неотразимым, если захочет. Она представила, как его толпами атакуют лондонские кокетки, и ощутила неловкость, которую попыталась скрыть.
Что за игру он затеял?
Она прищурилась.
— Вы пытаетесь отвлечь меня от дела?
— У меня получается?
— Нет. Как хозяйка дома, я отвечаю за прием на работу слуг.
— Это спорное утверждение, — сказал герцог и тут же поднял руку, чтобы предотвратить возражения. — Пока что я всего лишь прошу вас выслушать меня. Должность управляющего чрезвычайно важна. И мне с трудом верится, что вы сумеете найти человека, имеющего такой же опыт. Гидеон Джейкобсон любит это место и прекрасно выполнял свои обязанности до того, как Редмонд Ривз его несправедливо уволил. Как я уже сказал, он живет здесь двадцать шесть лет. Вы можете сказать то же самое о мистере Гиббсе?
