метро «Арбатская», по Знаменке выкатываемся на Большой Каменный мост и чуть было не попадаемся за превышение скорости бдительным сотрудникам ГИБДД, которые несут вахту у Дома на Набережной. Рядом — «Rай» и его обдолбанные посетители. Здесь тоже сладкое место для ГИБДД. Нас на большой скорости обгоняет «Лексус». Его-то борцы за денежные знаки и прихватывают. Якиманка. Думаю, не зайти ли мне, в популярный латиноамериканский ресторанчик «Панчо Вилья», пропустить соточку «от нервов»? Водитель уже начинает притормаживать, но в последний момент я решаю, что не стоит спускаться вниз, в подвал, где латиноамериканские мачо завязывают романтические отношения с нашими барышнями. Адреналин ещё бушует у меня в крови, и я вполне могу ввязаться в новую потасовку. А оно мне надо? И мы продолжаем путь домой. За окнами мелькает Ленинский проспект, а я закрыл глаза, и слушаю спокойную волну, радио Relax.
Под убаюкивающее покачивание «мерседеса» и усыпляющий голос Шаде начинаю тихо кемарить, но звонок мобильного не дает мне заснуть. На дисплее высветилось: Алик. Его голос чуть слышно пробивается сквозь грохот музыки. Он предлагает мне приехать в «Оперу» и говорит, что у Риты действительно классные подруги, которые жаждут, со слов Алика, пообщаться со мной. Однако, на часах начало пятого, и я потрогав намечающийся фингал, решаю, что на сегодня хватит. Завтра трудный день. Всё, домой, спать!
Поднявшись на пятый этаж, я, нетвердой рукой, достал из кармана ключи. Они выскальзывают из ладони и с грохотом бьются об пол. Пьянству — бой, думаю я наклонившись. И замираю. В самом низу двери я вижу спичку, вставленную между дверью и дверной коробкой. Контрольная метка. Но это не моя метка! Мне показалось, что я мгновенно протрезвел. Я намеренно неспешно (может кто-то наблюдает) выпрямляюсь, и открываю дверь. Спичка падает на пол.
9
Шестнадцатое декабря, воскресенье, утро
Тип по Эниостилю Панченко: «плюс Восток минус Север». Может совпадать с соционический типом «Дон Кихот». Интуитивно — логический экстраверт. Сильная логика и развитая интуиция. Стратег. Изобретателен, имеет объемное, целостное видение стоящих перед ним задач. быстро схватывает суть идеи и видит перспективу ее развития. По своей природе — исследователь. живет в будущем. Безумный оптимист. Легко меняет цели, часто забывая об этом сообщить, своему окружению. Знаменитые люди: Н. Менделеев, Г. Дарвин, К. Маркс, Г. Галилей, К. Циолковский, Б. Гейтс, П. Ришар, А. Абдулов, … Литературные герои: Дон Кихот, папа Карло.
ЭНИОСТИЛЬ ПАНЧЕНКО
Проспав пять часов, я проснулся от тарахтенья электронного будильника в мобильном. Он вытащил меня из сонного полузабытья. От мозгов никакого проку. Сплошная каша, а не мозги! Болит голова, и саднит висок. На ощупь небольшое рассечение. Надо вставать. С этой мыслью я снова провалился в дрёму. Когда я окончательно проснулся, шёл снег. Семинар Панченко начался час назад. Граница между сном и бодрствованием оказалась зыбкой. Я смотрел в окно, в которые вьюга бросает пригоршни снега. Откуда-то из-за стены доносится голос Успенской, соседи слушают «Шансон» (боже, до чего же раздражают громкие звуки!). В квартире холодно.
Мучительно, силой воли, заставляю себя встать и пойти в ванную. В старом зеркале, с трещиной в углу, отразилась бледная тупая рожа со вздыбленными волосами.
Слегка заплывший глаз с фингалом, всё больше приобретающим фиолетовый оттенок, ссадина на виске. От собственного дыхания становится муторно. Чищу зубы, прополаскиваю рот и снова чищу. Перегар неистребим. НАДО, НАДО, НАДО срочно жениться — чтобы кофе в постель, и не болтаться по клубам!
— Привет! — говорю я своему отражению.
Я залез в ванну. Сделал воду погорячее. Она стекает по телу, обжигая меня. Стоя под горячими струями, я понемногу прихожу в себя. Затем включил холодную воду и стоял под ней, сколько смог выдержать. Организм, переборов похмелье, возвращается к жизни. Растерся жестким полотенцем и вышел из ванной.
Голышом, поплелся на кухню, достал из холодильника и разогрел кислые щи. Лучший продукт для измученного алкоголем организма. Быстро, почти обжигаясь, проглатываю тарелку щей и завариваю в кружке плиточный «пуэр». Вспоминаю про вечеринку у Адамовича, и морщусь, снова пьянка. Тащусь к платяному шкафу, где висят чистые рубашки. Выбрал приталенную сорочку цвета шампань, и темно-серый костюм «Балдессарини.
Вдруг внутри защемило. Я вспомнил спичку и слова водителя, о сидящим на хвосте «БМВ» … Что это? Я стал кому-то нужен? Или не я? Несколько последних, относительно спокойных лет, похоже расслабили меня. Ничего путного в голову не приходит. Медленными глотками допиваю горячий чай и возвращаюсь к шкафу, чтобы достать пистолет. Вставляю обойму, досылаю патрон в патронник и ставлю на предохранитель. За ремень засовываю легкую оперативную кобуру. Покрутил пистолет в руках, и подумал, что лучше положить его в карман меховой куртки. Затем вернулся на кухню и чуть сдвинув штору, осторожно выглянул в окно. Ничего подозрительного возле подъезда не увидел …
В прихожей я оделся и прислушался. За дверью стояла тишина. Встал сбоку от двери и медленно провел мизинцем левой руки перед глазком. Этот прием спас жизнь не одному человеку. Подождав пару секунд, и выглянул. На лестничной площадке пусто. Похоже, что у тебя, мужчина, паранойя!!! Поставил квартиру на сигнализацию и открыл дверь. Спички на полу не было. Мне что, метка привиделась? По воскресеньям уборщица подъезд не убирает, я это точно знаю. Тогда куда делась спичка? Через перила заглянул в лестничный колодец…. На каждом этаже площадка, и такая же — на полпути между двумя этажами. Если кто-то хочет меня встретить — очень удобное место. Пять этажей, десять площадок, девять ступеней от одной площадки к другой. На каждой площадке лестница поворачивает на сто восемьдесят градусов. Я снова прислушался. Похоже в подъезде никого нет. Начал спускаться, тихо ступая и прижимаясь спиной к стене. Рука в кармане куртки плотно сжимает пистолет. Спустился на один пролет и остановился. Прислушался. Тишина. Я медленно двинулся дальше. На площадке между третьим и четвёртым этажом, за трубой мусоропровода наркоманы вновь оставили пластиковую бутылку — бульбулятор. Эта площадка, обычное место их сбора. Судя по ещё тлеющим бычкам на полу, они ушли совсем недавно. Странно, в подъезде, их, кроме меня, никто не гоняет…
На первом этаже, я на секунду замер, снова прислушался и, только затем вышел на улицу, Снег перестал валить сплошной пеленой, но продолжают кружиться в воздухе. Резкие порывы ветра слепят глаза и словно режут острыми ножами. Под ноги прикатилась пустая банка из-под пива. Я пинаю ее несколько раз, пока она не улетает с тропинки на заснеженный газон. Редкие в этот воскресный
