— Это точно. А что ты умеешь делать?
— Только рисовать, больше ничего.
— Это не так-то просто. Здесь художники за место по 30 тысяч левов за сезон выкладывают.
Виолетта помрачнела.
— У меня и десятой части-то нет.
— Ладно, не вешай нос, что-нибудь придумаем. Надо переговорить с ребятами из ресторана и с пляжа, авось найдем для тебя занятие. Собирайся, пойдем на пляж, я тебя кое с кем познакомлю.
Они уже запирали калитку, как вдруг услышали истошный крик:
— Цеца! Подожди!
К ним со всех ног бежала полная женщина в фартуке. Цеца скорчила смешную гримаску.
— Что там у них стряслось? Неужели вызовут в дневную смену? Да я скончаюсь просто.
Женщина поравнялась с ними.
— Как хорошо, что я тебя застала! — задыхаясь, проговорила она. — Звонил Владимир из Варны и просил тебе передать, чтобы ты в три часа зашла на белую виллу. Туда приезжает кто-то.
Цеца издала торжествующий вопль и сделала изящный пируэт на одной ножке.
— Вот здорово! А я уж думала, он так ее и не сдаст. Дима, с меня причитается.
Виолетта, ничего не понимая, смотрела на них. Цеца поспешила ей все объяснить.
— Грядет дополнительный заработок. Буду подрабатывать горничной на белой вилле. Шикарное место. Интересно, кто ее снял. Должно быть, какие-нибудь крутые богачи. Если Владимир не очень их ободрал, хватит и на мою долю.
Дима поправила на себе фартук.
— Ну ладно, я пошла. А то хватятся еще. С подружкой, что, так и не познакомишь?
— Ой, извини! Виолетта — моя новая соседка. Художница, между прочим, из Италии.
Виолетта уже успела пожалеть, что рассказала ей об Италии. До захода солнца все побережье уже будет знать, кто она и откуда.
— Вот оно как. — Дима с любопытством оглядела Виолетту. — То-то я смотрю на наших не похожа.
— Я студентка. Приехала сюда на этюды. Только вы уж особо не распространяйтесь об этом. Мне излишнее внимание ни к чему.
— Тут ты права, — с готовностью согласилась Дима. — Итальянцы у нас здесь в диковинку. Все больше русские да немцы. Но внимания тебе все равно не избежать, такой красотке. Все, я побежала. Заходи к нам в «Людо», я тебе персональное блюдо изготовлю.
Она поспешила обратно. Цеца посмотрела на часы.
— Так, сейчас двенадцать. Времени в обрез. Надо еще успеть привести себя в порядок. Пойдем скорее, я тебя познакомлю с ребятами. Они уже второй год работают здесь спасателями на пляже, знают все ходы и выходы. Может быть, посоветуют что-нибудь.
Солнце припекало вовсю. Деревья, кусты — все замерло, словно боясь лишний раз шевельнуться. В тени на обочине бессильно распластался огромный пес. Язык безжизненно свисал красной тряпочкой. Ему тоже было жарко. Отдыхающие потянулись с пляжа, стремясь спастись от немилосердных солнечных лучей.
— Ну и денек сегодня, — сказала Цеца. — Пекло, да и только. Ты извини, что я сказала Диме про Италию. Как-то не сообразила. Но ты не волнуйся, она не из болтливых.
Море ослепительно сверкало на солнце и еле-еле плескалось о песчаный берег. Народу было немного. Девушки подошли к будке спасателей. В шезлонге под зонтиком мирно дремал высокий мужчина, надвинув на глаза соломенную шляпу.
— Интересно, кого он так спасет, этот соня, — шепнула Виолетта на ухо Цеце.
Та озорно ей подмигнула и заорала прямо в ухо спящего:
— Эй, Мартин, вставай! Там кто-то сигналит из воды. Ой, уже пузыри пускает!
Мужчина вскочил на ноги и впился глазами в море. Девушки покатились со смеху. Мужчина растерянно обернулся.
— А-а, это ты, Цеца. Не можешь без своих приколов. Я чуть инфаркт из-за тебя не схватил.
— Познакомься, Виолетта, это Мартин. Первый донжуан здешних мест и, как видишь, наш лучший спасатель. Если он на пляже, можешь плавать совершенно спокойно.
Мартин оскалил зубы в притворном гневе.
— Ты не успокоишься, пока совсем не разрушишь мою репутацию. Не слушай ее, Виолетта. Все, что говорит Цеца, можно смело делить пополам. Но за что ее терплю, так это за ее подруг. Все, как одна, красавицы. Хотя такой, как ты, здесь еще не было.
Он так и пожирал Виолетту глазами. Цеца усмехнулась.
— Мартин в своем репертуаре. Ладно, воркуйте, а мне некогда, дела. Кстати, Мартин, у Виолетты к тебе вопросы накопились. Выслушай ее повнимательнее. Может, сообразишь, как ей помочь.
Она повернулась к Виолетте.
— Увидимся дома. Чао!
Мартину на вид было уже здорово за сорок. Волосы на макушке начали редеть, но игривый огонек в глазах и немного дурашливая улыбка начисто лишали его солидности. Он взял Виолетту за руку и усадил под зонтом. Руку, впрочем, отпускать не торопился, слегка поглаживая ее пальцами.
— Так что у тебя за вопросы? У меня скоро обеденный перерыв. Пойдем ко мне и там все обсудим в холодке. У меня и шампанское есть.
Виолетта убрала руку. Ей была неприятна его навязчивость.
— Я только хотела посоветоваться с вами. Цеца сказала, что вы здесь все знаете.
— Ну что ты все «вы», да «вы»? Давай на «ты».
— Хорошо. Мне нужны деньги и, желательно, побыстрее. Какая здесь может быть для меня работа?
Мартин смерил ее оценивающим взглядом.
— А много тебе надо?
— Долларов шестьсот-семьсот.
Мартин удивленно присвистнул.
— Да я за целый сезон столько не зарабатываю. Так что официанткой или горничной в отель тебе устраиваться не имеет смысла. Танцевать или петь умеешь?
— Конечно, но не профессионально.
— Остается только одно.
— Что?
— Сними-ка свою хламиду.
— Это еще зачем?
— Ты же на пляж пришла. Запаришься.
Виолетта нехотя скинула сарафан и осталась в крошечном купальнике, не оставлявшем никакой свободы воображению. Мартин так и уставился на нее, не мигая. Да, смотреть было на что. Высокая, упругая грудь, тонюсенькая талия, соблазнительные бедра, а ноги, ноги! Само совершенство. Он не ошибся. Таких здесь еще не было. Мартин облизнул вдруг пересохшие губы.
— Может быть, все-таки передумаешь и поднимешься ко мне, а? Заодно и проверим, на что ты способна.
Виолетта совсем растерялась. Она ожидала чего угодно, но только не этого. Видимо, дельного совета от него не получишь.
— Вы… Ты меня не понял. Мне нужна нормальная работа.
— Вот чудачка! Пойми, что иначе ты таких бабок нигде не заработаешь.
Тут, к огромному облегчению Виолетты, к ним подошел мужчина. Лет ему было, наверное, столько же, сколько и Мартину. На дочерна загорелом лице выделялись светло-серые глаза. Жесткие курчавые волосы буйно спадали на лоб. От его крепкой, ладно сбитой фигуры исходило ощущение надежности и силы. Он почему-то сразу располагал к себе. Виолетта заметила, что на левой руке у него недостает одного пальца. Он с интересом разглядывал Виолетту, но на этот раз у нее не было чувства, что ее раздевают глазами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
