и схватил меня за руку, крепко сжав её:
— Просто заткнись и дай мне закончить. До того как мы начали общаться, я подумывал бросить всё и вернуться домой, чтобы работать на семейной верфи. Мне казалось, что никто не хочет видеть рядом с собой болотного беса, но тебя это не волновало.
Григ сделал паузу, глубоко вздохнув, и вдруг вздрогнул, когда мышцы на его бедре напряглись, и рана начала немного кровоточить. Я поморщился и взял тряпку, осторожно промокнув кровь.
— Всё, что тебя волновало — это перепихнуться, придумать, как бы не выглядеть глупо и… быть самим собой. Это очень круто! У Берты были свои проблемы. Я и не подозревал, что она верила в эту чушь про Церковь Света. Может, она ещё и ревновала, — выдал Григ.
Я быстро моргнул и в замешательстве уставился на беса:
— Ревновала к чему?
Григ вздохнул и провёл рукой по лицу: — К тебе, болван. Думаю, она завидовала нашей дружбе. То, что ты оказался Повелителем Демонов, стало последней каплей.
— О-о-о… — протянул я, только чтобы хоть что-то ответить, опустил взгляд и снова начал стирать кровь, стекающую с ноги Грига, в основном, чтобы отвлечься. — В смысле, я, конечно, польщён… но… Григ, я не люблю парней… — мои неловкие слова оборвала Лилия, взорвавшись хохотом. Реакция Грига была почти такой же бурной.
Уши беса встопорщились по обеим сторонам его головы, не хуже, чем новые паруса на нашем дирижабле, затем опустились и Григ задрожал. Я сначала решил, что у моего друга начался припадок, но потом понял, что он тоже дико хохочет. Ангелина запищала и замахала на меня лапами.
— Что за хрень? Что смешного? — обиженно спросил я.
Григу наконец удалось открыть глаза, он потянул за край одеяла, вытирая слёзы с глаз. Светящиеся бинты с мерцающими серебряными рунами на них обвивали торс моего друга. Удивительно стройный, женственный торс.
— Вот дерьмо! — ошарашенно уставился на беса. — О… о… о, чёрт! Григ… — начал я.
Он поднял руку, пытаясь отдышаться: — Я очень польщён, Иван, но, знаешь, болотные бесы устроены немного иначе, чем другие виды.
Я поднял руку, медленно ущипнул себя за переносицу и закрыл глаза: — Пожалуйста, объясни, о могущественный бес мудрости, — пролепетал и откашлялся — голос показался мне хриплым.
— У болотных бесов больше двух полов. Самки — королевы. Они большие, не могут много двигаться и откладывают кучу яиц. Самцы — маленькие, прекрасно владеют магией, но очень хрупкие. Они редко покидают дом. Большинство из нас относится к третьей категории. Некоторые ученые называют нас трутнями, но это довольно обидно. Мы не можем иметь детей, но воспитываем всех детей клана, выполняем работу за пределами болот и, честно говоря, мы намного умнее мужчин, — сказал Григ.
Я поднял руку, прося друга сделать паузу: — Погоди, так если ты не парень, почему ты позволял мне называть тебя им всё это время?
Григ пожал плечами: — Мне показалось, что это намного проще, чем объяснять тебе, что я не парень и не девушка, и что из-за моих женских черт у меня были неприятности на родине — млекопитающие обычно раздражаются, когда их не понимают правильно.
Я вздохнул и положил руку на лицо: — Ладно, так… как мне тебя называть?
— Друг. Зови меня просто другом, — сказал Григ. Всё это казалось слишком странным, чтобы я мог так быстро успокоиться.
— Слушай, ты, карлик, я собираюсь… — моя угроза оборвалась, так как в голову не шла ни одна путёвая идея, — я… всё ещё могу сбросить тебя с этого дирижабля! — закончил свою мысль, выдохнув. Григ только рассмеялся.
— Успокой свои рога, драконья морда. Технически я чёрт. Просто в моём языке нет такого слова, — несколько мгновений Григ бормотал про себя, потом хмыкнул. — Андрогин с потенциалом стать самкой для выживания клана — это лучшее, что я могу придумать для описания. Пока рос среди людей, и мои интересы были мальчишескими, я одевался соответственно, но если наши королевы начнут вымирать, то я смогу стать женщиной, чтобы иметь детей.
Григ взял мою руку, а когда начал отпускать её, я только фыркнул и крепче сжал пальцы друга. — Ладно, для меня ты просто клёвый чувак. То, что у тебя в штанах, меня не касается — трудно уследить за двумя полами, не говоря уже о… четырех?
Вопросительно взглянул на Грига, и когда болотный бес поднял руку и показал пять пальцев, у меня отпала челюсть. Григ хмыкнул. — В моей группе «трутней» ещё есть потенциальные самцы, потенциальные самки и настоящие бесполые. По численности они встречаются чаще, чем я. Но… тебя это не волнует?
Я пожал плечами: — Твоя странная репродуктивная ситуация меня не особо беспокоит. Просто дай знать, как ты хочешь, чтобы тебя называли, и всё будет в порядке. Хорошо?
Григ кивнул и прищурился: — А если я хочу, чтобы меня называли «сладкий», когда я сижу у тебя на коленях?
Я вытаращил глаза и почувствовал, как моя челюсть касается пола. Григ загоготал и отдёрнул руку, чтобы закрыть лицо. Сквозь душащий его смех и икоту бес еле смог сказать: — О боги, тебя так легко вывести из себя! Земля, наверное, самый скучный мир на свете.
— Учитывая, что последние несколько дней нас развлекали кургены, грифоны и безумный минотавр, не могу с этим поспорить, — я закрыл рот и фыркнул, покачав головой. — Прямо в окно, Григ. Ты маленький, тебе подойдёт. Ты мне нравишься настолько, что ничто не помешает мне просто вышвырнуть твою задницу прямо в ближайшее окно.
Мы ещё немного посмеялись шуткам, и через несколько минут Григ уснул. Лилия приходила дважды, чтобы напоить беса зельем, снимающем боль, и теперь, когда он спал, я решил с ней серьёзно поговорить. Мгновение жевал нижнюю губу, а потом решился.
— Каковы шансы сохранить ногу? — тихо спросил профессора зелий, боясь разбудить друга. Лилия сидела на стойке и покачивала ногами взад и вперед, глядя на меня.
— Трудно сказать. Пары маны, проникшие в плоть, могут нанести очень серьёзный вред: разрушение мышц и нервов, потеря костей. Эта штука будет медленно разъедать всё, к чему прикоснётся. У Грига, как у болотного беса, есть некоторая устойчивость к парам. Их раса вынослива, но никто из нас здесь не является настоящим целителем. Юлия, вероятно, смогла бы спасти его без проблем,
