Дорогой оба говорят наперебой. Лара злобен и твердо решил отомстить. Только бы поймать англичанина, и он проткнет его насквозь шпагой!
Когда всадники поднялись, и открылся вид на Сан-Франциско, они пришпорили коней. Долорес они проехали не останавливаясь, но, поравнявшись с таверной, невольно придержали лошадей, так как их окликнул человек, по виду не то лодочник, не то рыбак, с довольно неприятным лицом.
— Что вам, Рокас? — спросил креол. — Вы хотите говорить со мной наедине?
Он наклонился к Рокасу, и тот что-то начал нашептывать. На Лару услышанное, по-видимому, произвело сильное впечатление. В его глазах загорелся огонь, сначала изумления, затем алчности, и видно было, что то, о чем ему говорят, он слушает с удовольствием.
— Я приеду завтра в полдень, — сказал Лара, — до свидания!
XIX. Ошибка
Лара скоро догнал своего приятеля и сказал ему только, что Рокас сообщил ему интересную новость, но что об этом после, прежде надо подумать о дуэли.
— Не мешает тебе для храбрости выпить, — посоветовал Лара. — Мы въезжаем в город, и ты как раз можешь встретить своего соперника.
В то же мгновение они заметили вдали облако пыли, за которым можно было различить фигуры всадников. Подъехав ближе, они узнают их. Это Кармен Монтихо и Иньеса Альварес со своими спутниками.
— Проклятье! — воскликнул Лара, — посмотри-ка, Кальдерон. Вон твой соперник нашептывает сладкие речи твоей избраннице. Ты можешь с ним поступите как угодно, а я уж не спущу своему.
Оба останавливаются. Лара не сводит глаз с Кармен и Крожера. Вот они сверкнули, как у тигра, когда он заметил, что Кармен и ее кавалер склонились друг к другу. Он с бешенством вонзил шпоры в бока лошади и помчался вперед.
Кадвалладер, который был ближе, обернулся на конский топот и уловил бешеный возглас Лары. Он немедленно вытащил из ножен кортик, твердо решив, если понадобится, воспользоваться им. С его лица слетело выражение беспечного веселья, — оно стало строгим и мужественным. Однако Лара промчался мимо, не обратив на него никакого внимания. За ним следовал Кальдерон, но, когда он заметил обнаженный кортик, присутствие духа изменило ему, несмотря на то что он только что приложился к фляге, и он пронесся мимо.
Между тем Крожер, услышав конский топот, придержал свою лошадь и обернулся. Видя, что Лара мчится на него сломя голову, он сразу догадался, что тот хочет, чтобы их лошади столкнулись: способ, к которому часто прибегают в Калифорнии. Крожер знал, что лошадь под ним сильная, он повернул ее и, принимая во внимание расстояние, сам бросился вперед. Лошади столкнулись, и через минуту Лара лежал на земле, барахтаясь вместе с лошадью в пыли. Он, однако, сразу вскочил на ноги и бросился к пистолету, но подоспевший Кадвалладер спешился и резко вырвал у него оружие. Без оружия, весь в пыли, Лара в нерешимости стоял на дороге, изрыгая проклятия, угрозы и ругательства. Кадвалладер хохотал, глядя на него, а Крожер внушительно произнес:
— Отправляйтесь-ка, господин Лара, домой и посидите там, пока не остынете. Можете получить свою лошадь, а пистолеты я приберегу и возвращу вам при случае. То же самое советую сделать и вам, — обратился он к Кальдерону.
Затем офицеры вскочили на лошадей и помчались догонять своих дам.
XX. До свидания в Кадисе
Простившись с капитаном «Кондора», дон Монтихо отправился домой. По дороге он остановился в городе, чтобы увидеться с агентом, которого он давно знал и на которого мог бы положиться. Самое важное, как доставить золото на шхуну. Монтихо неотступно преследовала мысль, что его украдут. На это были основательные причины. В Сан-Франциско стекалось множество преступников из Австралии, отбывших каторгу или бежавших из тюрьмы, не говоря уже о местных разбойниках. Узнай только они, что в доме Грегорио Монтихо без всякой охраны лежит столько золота, его не уберечь. Дон Грегорио хотел разменять золото на бумаги, но в Сан-Франциско не нашлось банковых билетов и на десятую его долю. Посоветовавшись с агентом, он остановился на решении тайком перевезти золото на шхуну в эту же ночь.
Дон Томас должен был достать лодку с надежными матросами и причалить к дому Монтихо. В нее тайно внесут золото и отправят прямо на корабль, а дальнейшее возьмет на себя Лантанас. Переговорив с агентом, дон Монтихо сел на лошадь и поспешил домой. Он закрылся в своей спальне и приказал не тревожить его, пока не вернутся дамы. Золото хранилось в спальне, часть в мешках, а часть в ящиках. Дон Монтихо принялся его укладывать так, чтобы удобно было доставить на шхуну. Но прежде чем он закончил, он услышал топот копыт и увидел, как запыхавшиеся лошади и всадники въезжают во двор. Дон Монтихо поспешил навстречу гостям.
Молодые девушки легко спрыгнули на землю и бросились на шею к дону Грегорио. Он сразу же догадался, что молодые офицеры сделали предложение, и что ему надо дать согласие. Он ничего не имел против. От капитана Бресбриджа он получил все нужные справки. Оба офицера пользуются хорошей репутацией, оба благородного происхождения. У Кадвалладера небольшое состояние, а Крожера ждет колоссальное богатство. На пути в Средиземное море «Крестоносец» должен зайти в Кадис, где обе пары смогут встретиться.
За роскошно сервированным столом дон Грегорио рассказал, что договорился с чилийским капитаном и упомянул кстати о затруднении, в котором находится Лантанас, из-за отсутствия экипажа.
— Кажется, одного хорошего матроса, — сказал Крожер, — я могу рекомендовать вашему капитану. Что, Гарри Блью, как ты думаешь, не ушел еще на прииски?
— Думаю, он еще здесь, — ответил Кадвалладер. — Третьего дня он приезжал на фрегат навестить товарищей.
— Кто этот Блью? — спросил дон Монтихо.
— Он служил у нас в экипаже и был на хорошем счету. Теперь решил попытать счастья на приисках. Если он еще здесь, я уверен, мне удастся убедить его отплыть на шхуне: во время стоянки в Гваймасском порту Гарри свалился за борт и, не будь меня, угодил бы прямо в пасть акулы. Этот человек стоит десяти. Он хорошо управляет парусами и знает все гавани на Великом океане.
— Так это просто находка для Лантанаса! — воскликнул Грегорио. — Только найдете ли вы его?
— Сегодня же начнем искать, и как только найдем, то пошлем прямо к капитану или к вашему агенту. Дайте-ка мне его адрес.
Дон Грегорио вынул из кармана карточку и передал ее Крожеру.
Испанцы и испано-американцы не любят засиживаться за столом, и донья Кармен с племянницей, едва кончился обед, встали и отправились на террасу, а гости приступили к разговору, который занимал их сердца и мысли. На вопрос Кадвалладера, согласен ли дон Грегорио быть их тестем, он ответил утвердительно, и молодые люди, сияя от счастья, также поспешили на террасу.
