Алишан обошла кресло и, склонившись к высокой спинке, глянула на заявленного претендента. Вопреки ожиданию, не ужаснулась, не удивилась и не стала уверять, что зеркало словило вирус и потому показывает не то, что следует. Только слегка поморщилась, будто обычно случалось и похуже.
– Порой так бывает, – пояснила сестра спокойно.
– Бывает?
– Особенно в первый для адары раз.
Да, первый раз, он такой.
Неловкий, неуклюжий и не всегда приятный.
– Я с этим вот… существом должна сочетаться?! – похоже, глубина моего попадания всё увеличивалась и увеличивалась.
– Око не врёт. Чьё отражение явится адаре, тот и есть предназначенный ей сочетаемый.
– Оно не человек, – я потрясла зеркальцем, отчего изображение неведомого мутанта запрыгало из стороны в сторону. – Оно вообще не гуманоид!
– Это лишь отражение, Фео, а отражения иногда бывают неясными, замутнёнными. Но даже если оно нечёткое, искажённое, надо понять, кто сокрыт за представленной маской.
– Как?
– Дайте взглянуть, – вмешался Виргил, поднимаясь с кресла. – Может, я его узнаю?
Если Феодоре было известно обо всех этих нюансах с самого начала, то неудивительно, что она сбежала с «Уикхемом». Он-то точно человек и привлекательный мужчина.
Ворон встал с другой стороны, с интересом посмотрел на жующего сочетаемого.
– Красавец, – удовлетворённо прокомментировал Виргил.
Не знаю, в чём корни неприязни Алишан к «Уикхему», но я сейчас зуб на её любовника заимею.
– Похож на одного моего знакомого. Представить вас друг другу? Вдруг это он и есть?
Смерив Виргила укоризненным взглядом, Алишан забрала зеркало. Овал мигнул, и стекло отразило её лицо. Музыкальный пасс, и зеркало, рассыпавшись искрами, истаяло без следа.
Магия – это круто, спору нет. Но кто объяснит, почему Алишан материализует зеркала из воздуха и перемещает двух человек вместе с собой и каретой, в то время как я не могу ровным счётом ничего? Напрасно я ночью моргала, щёлкала пальцами и в подробностях представляла место, куда хочу перенестись, – я осталась там, где была.
Из прихожей донёсся стук, и Виргил сразу посерьёзнел.
– Кто бы это мог быть? – пробормотал он и ушёл открывать.
– Может, сочетаемый лично явился к моему порогу? – мрачно сыронизировала я.
– Так редко бывает, ты же знаешь, – начала сестра и умолкла, вспомнив, что я-то как раз и не знаю. – Традиционно первое сочетание проводят в родном домене юной адары, в знакомом ей окружении, среди её родных и близких. Им руководит её мать или старшая сестра, смотря по тому, кто на момент первого сочетания является старшей носительницей дара в роду. После того, как юная адара узрит лицо сочетаемого, она отправляется в своё первое путешествие за пределы родного домена. Обычно молодые адары не покидают его до первого сочетания…
Зазвучал приглушённый голос Ворона, настойчиво втолковывающего что-то неурочному визитёру.
– А я покинула, – я не спрашивала – утверждала.
– Покинула.
– И нарушила традиции.
Недовольному гласу Виргила вторил женский.
Значит, не Люсьен.
– Не нарушила, – Алишан помедлила, а гостья заговорила громче. – Просто твоё бегство… с ним… уму непостижимо, как ты отважилась на подобное.
Это был неожиданный поступок, внезапное решение, принятое под влиянием эмоций, в минуту отчаяния, или Алишан знает сестру не так хорошо, как предполагает?
Или вообще не знает?
– А я бы не отважилась?
– Нет-нет, дорогой Виргил, я хочу на неё взглянуть, – заупрямилась гостья и, кажется, преуспела.
Шорох тканей, стук каблучков, и в гостиную стремительно вошла молодая женщина в длинном синем плаще и затейливо украшенной шляпке на убранных в причёску тёмно-каштановых волосах.
– Адара Алишан! – воскликнула она с широкой приветливой улыбкой и шагнула к сестре Феодоры. Та заметно напряглась, но заставила себя растянуть губы в ответном вымученном оскале. – Как хорошо, что удалось тебя застать! Обычно мой милый Виргил прячет тебя ото всех и никогда не предупреждает о твоём прибытии. А это, полагаю, крошка Феодора? – гостья повернулась ко мне, посмотрела так, словно я и впрямь была маленьким миленьким ребёнком. – Как же ты выросла! Совсем взрослая стала. Наверное, первое сочетание уже отметила?
– Да, отметила, – подтвердила Алишан сухо.
– О-о, так вы, должно быть, прибыли в Фартерский домен к сочетаемому? И кто же он?
Сказочное чудо-юдо.
Ну, или действительно мутант.
– Майя, – вошедшей следом за гостьей Виргил попытался оттеснить её обратно к выходу.
Упорная Майя не сдавалась и грозного Ворона, при виде коего незадачливый «Уикхем» сбледнул и мигом язык прикусил, не убоялась.
– Нет, Виргил, и не надейся, что я так запросто уйду, – она отступила в сторону, ловко уклонившись от протянувшего было руку мужчины. – Ты только взгляни, как Феодора похорошела! Жаль прятать столь прелестную жемчужину в раковине, где её никто не увидит. Помнишь меня, Феодора? Я Майя Мелве, сестра Виргила, и когда мы встречались в прошлый раз, ты была ещё малышкой. Но нынче ты взрослая красивая девушка и должна блистать в обществе, способном по достоинству оценить твоё очарование, ум и острословие. Желаешь посетить мой салон, где собираются прекраснейшие дамы и выдающиеся мужи Риджа?
Сестра?
Я глянула украдкой сначала на Ворона, затем на склонившуюся ко мне Майю. На близких родственников они походили не больше, чем Феодора и Алишан. Майя моложе брата, хотя вряд ли намного. Её тёмные волосы, светлые зелёные глаза и приятное лицо составляли резкий контраст с грубоватой нордической внешностью Виргила, и, пожалуй, только небрежно-неформальные взаимоотношения выдавали, что этих двоих связывает нечто иное, чем возможная интрижка.
– Благодарю за приглашение, но едва ли девушке возраста и положения Феодоры уместно посещать… подобные собрания, – поспешно отказалась Алишан.
– Сколь помню, Феодора уже должна была миновать двадцатилетний рубеж, разве нет? – Майя вопросительно посмотрела на Виргила, но выразительный взгляд намекал, что ответ ей известен и без Ворона. – А раз так, то отчего бы ей не появиться в моём салоне? Адарам дозволено многое… куда больше, нежели благочестивым девицам из добропорядочных уважаемых семейств. Да и налаживать связи с другими доменами – занятие, полезное в любом возрасте. Сам король порой удостаивает своим вниманием мой скромный салон. Алишан, не кривись так, будто вместо хорошего вина полный бокал уксуса хлебнула. Ты тоже можешь посещать наши маленькие собрания, когда тебе заблагорассудится.
– Это плохая затея, – вмешался Виргил.
– Плохая затея – скрывать только-только распустившийся цветок в вечной тени… этак и зачахнуть недолго, – Майя оценивающе оглядела моё платье. – Странно, фасон Бертерского домена… я полагала, его мода не пользуется спросом в Исттерском…
– Тебе лучше уйти, Майя.
– Если тебе нечего надеть, то не тревожься, я помогу.
– Ты переходишь все разумные границы.
– Поедем к моей модистке, она подберёт подходящие платья. Она одна из лучших мастериц Риджа…
– Майя, нет, – повторила Алишан с нажимом.
– Пока я слышу тебя, Алишан, и моего братца, но голоса Феодоры я ещё не слышала. Что скажешь, Феодора?
Не знаю, что сказала бы настоящая Фео, будь она здесь и сейчас, но мне не в первый уже раз остро хотелось сбежать подальше. Второй день кряду вокруг меня ведутся загадочные пляски с бубном, всем что-то от меня надо, всем не терпится вытащить меня куда-нибудь. Все задают вопросы и требуют ответа, который полностью устроил бы спрашивающего, и никого по-настоящему не волнует моё мнение. Неизвестно, насколько считались с Феодорой, однако безапелляционность Алишан в ряде вопросов наводила на мысль, что она не ждёт от сестры протестов и возражений. И бегство с посторонним мужчиной ей казалось чем-то запредельным, невероятным, тем, чего Феодора совершить никак не могла.
– Помнится, ты была бойкой, своенравной девчушкой, – продолжила Майя. – Никогда не терялась. Что же с тобой случилось?
