— Работает, — кивнул Семен.
— И мы работаем… Мы нашли человека, который видел снайпера. Он тут недалеко живет, пешком шел в город по короткому пути. Мимо вашей гостиницы каждый день туда-сюда ходит… В общем, он видел человека в черном спортивном костюме.
— Очень хорошо.
Снайпер был в черном. И телохранитель покойного Панарина это видел, да и сама логика подсказывала. Опора, с которой стреляли, была черного цвета, а киллеру нужно было слиться с ней…
— Но он видел киллера со спины, в лицо его видел другой человек, который следовал со стороны шоссе навстречу подозреваемому…
— Просто замечательно. — Семен смотрел на лейтенанта, не понимая, к чему весь этот разговор.
— Человек этот был в рабочем комбинезоне, судя по всему, это строитель. И зашел он в вашу гостиницу. Через ворота.
— Ворота у нас закрыты, — возразил Семен.
— Значит, кто-то ему открыл… Да и не важно, как он попал на территорию гостиницы. Важно, что он видел предполагаемого снайпера. А так как это строитель, ваш строитель, его нужно обязательно найти.
— Ну, так пусть этот мужчина придет к нам, пусть покажет на строителя.
— Э-э… — замялся Прихожих. — Дело в том, что за этим мужчиной надо ехать…
Похоже, он упрекал себя в том, что сам не дошел до столь элементарного решения проблемы. Огромную работу проделал, свидетеля нашел, а потом голова дала сбой. Не надо было свидетеля отпускать…
— Нормально все, — пожалел его Семен. — Пошли.
Работы в новостройке шли полным ходом. Даже сам бригадир Алик скреб шпателем по стенам. Семен оторвал его от дела, вывел во двор. Дождался, когда парень закурит, и спросил, кого он отпускал в ночь с десятого на одиннадцатое мая.
— Ну, Лева у нас тут подженился. Баба у него в Булановке…
Село Булановка находилось от Стахова в десяти километрах по шоссе в сторону от Москвы. И если Лева там ночевал, в гостиницу он мог возвращаться по тропинке, которой уходил снайпер.
— Давай его сюда, — потребовал Семен.
Лева красотой и статью не блистал. Среднего роста, невзрачный на вид, замызганный, но взгляд живой, задорный. Во двор он вышел гоголем. Голова поднята, плечи расправлены, грудь колесом.
— Как там в Булановке дела? — спросил у него Семен.
— Да нормально! А что?
— Часто там бываешь?
— Ну, раза два был.
— Десятого мая был? — встрял в разговор Прихожих.
— Ну, был.
— Обратно утром возвращался?
— Ну, возвращался… А что, нельзя? — Лева смотрел на Семена вроде бы с удивлением, но в его взгляде угадывалась вина.
— Можно. У нас здесь не казарма… Слышал, тут недалеко человека убили?
— Это не я! — шарахнулся Лева.
— Винтовку нашли возле вашей гостиницы, — заметил Прихожих.
— Я здесь при чем?
— Киллера искали, — сказал Семен. — Всех спрашивали, может, кто-то что-то видел…
— Я не видел!
— Ты из Булановки возвращался, к мотелю подходил, а навстречу тебе мужик шел в черном костюме. Было такое?
— Ну, было.
— Почему не сказал?
— Ну, это же не киллер!
— А кто?
— Ну, парень какой-то. Идет, улыбается. Увидел меня, подмигнул. Весело подмигнул. Какой же это киллер!
— Весельчак, значит? — задумчиво протянул Прихожих.
— Ну, типа того… И оружия у него не было.
— Оружие он уже сбросил… Черный спортивный костюм на нем был?
— Ну да, найковский костюм, с капюшоном. Куртка утепленная с капюшоном. Шапочка вязаная, черная, тоже с найковской эмблемой.
— Очки солнцезащитные?
— Ну да.
— Усы, борода?
— Нет, не было ничего такого…
— Перчатки на руках?
— Ну, не помню… Кажется, были…
— Портрет составить сможешь?
— Фоторобот?
— Вот именно… Собирайся, со мной поедешь.
Лева кивнул и повернулся к лейтенанту спиной.
— Ты куда?
— Ну, переодеться…
— Ни к чему, так поезжай.
Не захотел Прихожих отпускать от себя Леву: испугался, что парень вдруг исчезнет. Зайдет в здание и обратно не вернется. Если он действительно так думал, то Семен его понимал. Слишком ценный свидетель этот Лева, чтобы его терять.
Лейтенант был один, и Семен на всякий случай его подстраховал, проводил их до машины.
Прихожих посадил свидетеля в свой старенький «Форд», закрыл за ним дверь, достал из кармана пачку «Мальборо», предложил Семену.
— Спасибо, — покачал тот головой.
— Здоровье бережешь? — насмешливо спросил лейтенант. Он чувствовал себя героем: шутка ли, такое дело, считай, в одиночку провернул.
— А почему бы и нет?
— Панарин тоже берег. Раз, и нет мужика.
— Бывает.
— Да уж, живешь и не знаешь, как оно повернется… Я слышал, ты с Антониной… ну, в хороших отношениях.
Семен выразительно посмотрел на лейтенанта. Что у него там с Антониной, никого не касается.
— Думаешь, это праздный вопрос? Ты у нас как бы подозреваемый, а она это дело вела…
— Почему вела?
— Так отказалась сегодня. Сказала, что не имеет права его вести. Мы-то думали, что из-за тебя…
— А разве не из-за меня?
— Ну, как бы тебе сказать… Где она сегодня ночевала?
— Как это где? Дежурство у нее сегодня было.
— Дежурство?!.. — Прихожих удивленно вытянулся в лице.
— А разве нет? — нахмурился Семен.
— Ну, не знаю… Может, и дежурство… Пойду я!
Он отбросил сигарету в сторону, шагнул к машине, но Семен крепко схватил его за руку.
— Эй, ты чего? — возмутился тот.
— У нас тут не мусорят.
— Ну, извини. — Прихожих дернулся, чтобы освободиться, но Семен держал его крепко.
— Не было сегодня у Антонины дежурства? — сквозь зубы спросил он.
— Не было.
— Значит, она мне соврала?
— Выходит, что так…
— Что ты знаешь? Я же вижу, ты что-то знаешь, лейтенант.
— Ну, не знаю, догадываюсь… Ты не думай, она баба правильная. Кто к ней только не подкатывался, всех прокатывала. Никогда, ни с кем… Слушай, может, пустишь?
Семен разжал руку, и лейтенант высвободил плечо.
— Слушай, ну и хватка у тебя… Это, правда, что у тебя краповый берет?
Семен пропустил этот вопрос мимо ушей.
— О чем ты догадываешься? Что с Антониной не так?
— А если я ошибаюсь? — растерянно посмотрел на него Прихожих. И куда только делась его наигранно-ироничная насмешливость.
— Что с Антониной не так? — жестко повторил Семен.
— У нас один подозреваемый есть. Мы его еще даже разрабатывать не начали, а он уже появился. Сам к Антонине подъехал. Дескать, он ни в чем не виноват, и трогать его не надо. И еще сотрудничество предложил… Антонина его раскусила, хотела задержать, потом передумала. Позвонила нам, и мы начали с ним работу… Вчера он снова появился, они уехали вместе… А сегодня она пришла на работу и сказала, что не может вести это дело… Мы думали, что из-за тебя, но, возможно, это из-за Скачкова. Скачков его фамилия… Но я тебе ничего не говорил.
— Где она?
— Не знаю…
Семен бросился к своей машине, но вспомнил, что у него нет при себе ключей и документов, метнулся в гостиницу. Ему нужно было срочно увидеть Антонину, поговорить с ней. Хотелось надеяться, что Прихожих обычный балабол без царя в голове…
Глава 9
Тихая классическая музыка, мягкий перестук компьютерных клавиш. И в кабинете спокойно, и Антонина безмятежна. Ей сообщили, что к ней пожаловал Семен, она велела его пропустить. Выражение лица спокойное, никаких признаков волнения… То ли Прихожих что-то не то наговорил, то ли Семен не так его понял.
— Ты уже закончила? — спросил он.
— Нет еще, — показав ему на стул перед столом, сказала она.
— А с дежурства сменилась?
Антонина внимательно посмотрела на него и как-то тоскливо усмехнулась:
— Не было никакого дежурства, и ты это знаешь.
— А что было? И где ты ночевала?
— Семен, прости! — Антонина опустила глаза.
Волна возмущения перенесла Семена на шесть с лишним лет назад. Антонина тогда еще только училась в академии, своего кабинета у нее не было, и объяснение прошло на улице. Но все произошло точно так же — и прощения она попросила, и голову под тяжестью вины опустила. После чего тут же последовало страшное для него признание…
— Ты полюбила другого?
— Да, полюбила, — вздохнула она. — Я так перед тобой виновата…
— Ты уходишь к нему?
— Ну, в общем, да… — Она не осмеливалась смотреть на него.
— И кто ты после этого?
— Я знаю, ты не поймешь… Да я и сама себя не понимаю… Я так хотела быть с тобой, и вот, когда это случилось… Я сама не понимаю, что произошло. Это что-то необъяснимое. И это свыше моих сил… — Глаза ее наполнились слезами.
— Ты его любишь?
— Я до сих пор не пойму, что со мной происходит. Но я его люблю… Другого объяснения у меня нет.
